Чтение онлайн

Он вытащил из контейнера странной формы устройство. Наверное, его форма была обусловлена удобством ношения, иначе никак не объяснишь. Антонов коснулся незаметной боковой кнопки. В зрачках его отразился мертвенный свет загоревшегося экрана.

— Детектор аномалий — это хорошо, — с профессиональным интересом произнес Маус. — Давай-ка проверим, насколько он лучше моей машинки…

Он включил полученный от Кислого детектор, бегло взглянул на экран.

— Проверим за дверью, — решил он. — Здесь аномалий нет.

— Отчего же, — медленно произнес Антонов. — Здесь есть аномалия.

Маус недоверчиво посмотрел на физиолога. Подошел, заглянул тому через плечо. Экран у прибора был необычный, вроде даже как вогнутый, что ли. Но разметка была вполне понятная. В этом масштабе были видны очертания лаборатории, синими точками светились живые существа — в данном случае, присутствовавшие здесь люди. Только синих меток было отчего-то не четыре, а три.

И крупной оранжевой меткой мерцала обнаруженная прибором аномалия — как раз в том месте, где стоял, неподвижно глядя на них, Бука.

Эту ночь они провели в подземной лаборатории. Все смертельно устали, да и пробираться по Темной долине ночью — не самая лучшая идея. Маус раздал всем армейские сухпайки в пластиковой упаковке — из полученных у Кислого запасов. Все это большей частью снова пришлось тащить на себе Петле, но тот не высказывал особых протестов. Что ни говори, он — идеальная отмычка.

Поев, стали устраиваться на ночлег. Петля вырубился сразу — в крайне неудобной на вид позе, устроившись на груде каких-то тряпок и привалившись спиной к стене. Засыпал он беспокойно, вздрагивая и постанывая во сне, пока наконец не затих.

Антонов тоже никак не мог успокоиться: лежа на длинном пластиковом ящике, он все пялился на Буку, спящего на сдвинутых контейнерах. Глядел на него со странным выражением, словно на кровососа и, видимо, о чем-то напряженно думал.

Надо сказать, и Маус был удивлен. Но совсем не так, как физиолог. Просто он был уверен, что из всех порождений Зоны Бука скорее относился к мутантам. Но если прибор говорит «аномалия» — значит, аномалия. Куда удивительнее было бы, если б она присвоила парню ярлык «артефакт».

Хотя, если вдуматься, Бука действительно проявлял себя как разновидность аномалии. Взять хотя бы эти штуки с удачами и несчастьями. Интересно было и другое: был ли Бука таким изначально или же подхватил «аномальность» в пору своего блуждания по Зоне. Впрочем, это как раз вопрос для яйцеголовых вроде этого Антонова.

— Слыш, ты, Антоха, — тихонько позвал Маус.

— Чего? — так же тихо отозвался ученый.

— Как вы планировали выбираться отсюда?

— За нами должен прилететь вертолет. Армейский.

— Когда?

— По плану — через три дня. Но поскольку ситуация изменилась и никто не вышел в эфир по установленному графику — думаю, что завтра.

— А-а… — протянул Маус. — Но ты, надеюсь, понял, что с отлетом придется повременить? Придется малость побродить с Букой — пока он сам не отпустит.

— Можешь меня не уговаривать, — не отрывая взгляда от спящего Буки, сказал Антонов. — Теперь я от этого парня ни на шаг не отстану.

…Из подземелья выбрались без особых приключений. Просто на удивление спокойно: мутанты, наверное, решили пока оставить их в покое. Даже с дополнительным противогазом для Антонова все решилось само собой: у того была прекрасная альтернатива — герметичная маска из комплекта его спецкостюма биозащиты. Если в лаборатории воздух был сравнительно чист, то в туннеле один только Бука не боялся подхватить какую-нибудь специфическую заразу. Одним словом — ходячая аномалия.

Подумав, Маус дал новому участнику этой странной экспедиции пистолет. Сомневался поначалу: стоит ли давать оружие практически незнакомому человеку. Не столько потому, что боялся получить пулю в затылок, сколько из опасения, что этот перепуганный малый, чего доброго, подстрелит кого-то из своих. Впрочем, перевесило давнее убеждение в том, что без доверия шансы на выживание в Зоне значительно уменьшаются, а лишний ствол, путь даже пистолетный, в критической ситуации может оказаться спасительным.

Мауса ломало идти назад — к люку, через который они сюда влезли. Плохая примета — возвращаться тем же путем, каким пришел: Зона этого не любит. Правда, Бука вполне мог наплевать на любые приметы: он подчинялся только своим собственным, никому не известным правилам.

Впрочем, Антонов показал другой выход — тот, через который забиралась сюда погибшая научная миссия. Оказывается, здесь имелась вполне человеческая лестница и дверь, ведущая наружу, из полуподвала старого здания.

Маус вышел первым. Осторожно двинулся вдоль стены, осваиваясь на открытом пространстве. Всегда нужно дать себе время освоиться: при переходе с поверхности под землю и при выходе обратно. Разные среды диктуют разную тактику, разное восприятие пространства и даже разное состояние психики. У сталкеров это на уровне рефлексов.

Было сыро, утренний туман расползался меж серых стен, но видимость была терпимая. По крайней мере, ни одна тварь не подкрадется незамеченной. Главное — кончился этот долбящий, раздражающий дождь. При отсутствии других поводов для хорошего настроения сойдет и этот.

— Чисто, — сказал Маус, стягивая противогаз. — Выходите.

Бука глянул в свой ПДА, поудобнее перехватил дробовик и, не говоря ни слова, пошел вперед. Остальным ничего не оставалось, кроме как последовать за ним. Бука вел группу по краю Темной долины, куда-то в сторону Агропрома. Истинное направление можно было лишь предполагать — его не знал и сам лидер.

Маус усмехнулся, заметив, как перекосило Антонова при виде специфического Букиного ПДА. Теперь Антонов плелся позади парня, мялся, раздираемый какими-то внутренними противоречиями и никак не решался завязать разговор. Похоже, ученый нашел для себя предмет исследования не менее интересный, чем заветный «Зет-восемь».

Он все-таки решился и, нагнав Буку, двинулся рядом, пытаясь поймать его взгляд. Бука словно не замечал его — он смотрел куда-то вперед, и, наверное, вглядываясь не столько вдаль, сколько в свои собственные, одному ему понятные мысли.