Чтение онлайн

— Ладно. — соглашаюсь я, подвигаясь ближе. — Помнишь ту штуку, которую ты проделывал языком? — Я еще больше понижаю голос. — Такую… скользящую. Ну вот, иногда меня почему-то так и подмывало засмеяться. В общем, на твоем месте я не пробовала бы этого с твоей новой подружкой…

У него делается такое лицо, что я осекаюсь.

Вот дерьмо! Он уже успел это опробовать!

— Франческа сказала, — сообщает Коннор каким-то деревянным голосом, — что это ее заводит!

— Уверена, так и есть, — поспешно сдаю позиции я. — Женщины все разные. И тела тоже разные, каждому правится свое.

Коннор, оцепенев, смотрит на меня. Потом говорит:

— И еще она сказала, что любит джаз!

— Ну что тут такого? Миллионы людей любят джаз.

— И еще она обожает, когда я начинаю цитировать Вуди Аллена. Как по-твоему, она лжет?

— Нет, я уверена, это не так… — беспомощно отрицаю я.

— Эмма! — вздыхает окончательно сбитый с толку бедняга. — Скажи, у всех женшин есть секреты?

Какой ужас! Неужели я навсегда разрушила веру Коннора в противоположный пол?

— Нет! Конечно, нет! Честно, Коннор, это одна я такая!

Я хочу сказать еще что-то, но слова замирают на губах при виде знакомой светлой шевелюры у входа в зал. У меня падает сердце.

Это не…

Только не…

— Коннор, мне нужно идти, — бросаю я наспех и бегу к дверям.

— Она сказала, у нее десятый размер! — отчаянно кричит он мне вслед. — Что это означает? И какой размер я должен просить в магазине?

— Двенадцатый, — сообщаю я не оборачиваясь.

Так и есть. Это Джемайма. Стоит в фойе. Что она здесь делает?

Дверь снова открывается, и я едва не падаю от изумления. С ней какой-то тип в джинсах, с короткой стрижкой и бегающими глазками. На плече висит камера, физиономия наглая и в то же время заискивающая. Тип с интересом оглядывает толпу.

Так она все-таки…

Она не посмеет!

— Эмма!

— Джек!

Он идет ко мне, улыбающийся, веселый, и глаза светятся нежностью!

— Ну, как ты? — спрашивает он.

— Прекрасно! — чуть громче, чем нужно, отвечаю я. — Просто прекрасно!

Как же отделаться от Джемаймы и ее репортера? Думай, Эмма, думай!

— Джек… ты не мог бы принести мне немного воды? Я подожду здесь. Что-то голова закружилась.

— Тебе нехорошо? Я так и думал: что-то случилось. Давай отвезу тебя домой. Сейчас вызову машину.

— Нет-нет… не стоит. Я хочу остаться. Только принеси мне воды. Пожалуйста.

Стоило ему уйти, как я, едва не падая, бросаюсь с фойе.

— Эмма! — радостно приветствует меня Джемайма. — Вот так удача! Я как раз собиралась тебя искать. Это Мик. Он хочет задать тебе пару вопросов. Пожалуй, нам вполне подойдет эта комнатка.

Она устремляется в маленький пустой кабинет, слева от фойе.

— Нет! — кричу я, хватая ее за руку. — Джемайма, тебе лучше уйти. Слышишь? Уходи!

— Никуда я не пойду! — Джемайма выдергивает руку и многозначительно смотрит на Мика, плотно прикрывающего дверь кабинета. — Говорила же я, что она начнет отнекиваться!

— Мик Коллинз, — представляется репортер, суя мне в руку визитную карточку. — Счастлив познакомиться. Послушайте, совершенно нет причин так волноваться.

Он изображает неотразимую, по его мнению, улыбку. Вероятно, привык иметь дело с истеричками. Судя по всему, его постоянно откуда-нибудь гонят. Вот он и старается.

— Давайте спокойненько посидим, поболтаем, все выясним, — продолжает он, энергично двигая челюстями. Похоже, жует жвачку. Меня начинает тошнить от острого запаха мяты!

— Послушайте, произошло недоразумение, — объясняю я, изо всех сил стараясь держаться вежливо. — Боюсь, ничем не смогу вам помочь.

— А вот об этом лучше судить мне, — уверяет Мик с дружелюбной ухмылкой. — Вы только изложите факты…

— Нет. Нет у меня никаких фактов. Джемайма, я ведь сказала тебе, что ничего не желаю предпринимать. Ты обещала…

— Эмма, какая же ты безвольная зануда! — раздраженно ворчит Джемайма. — Мик, теперь ты видишь, почему я была вынуждена действовать самостоятельно? Словом, ты уже слышал, что сделал с ней этот подонок Джек Харпер. Его давно следует проучить.

— Совершенно верно, — соглашается Мик и склоняет голову набок, словно оценивая мои достоинства.

— Очень привлекательная, — заявляет он Джемайме. — Знаешь, мы могли бы подумать о сопутствующем интервью. Что-то вроде «Мой роман с супербоссом». Эмма, вы могли бы зашибить неплохую деньгу.

— Нет!!! — ору я в ужасе.

— Эмма, перестань валять дурака! — рявкает Джемайма. — На самом деле тебе хочется выговориться. Представь, ты можешь начать совершенно новую карьеру!

— Не хочу никакой новой карьеры!

— А следовало бы! Да знаешь ли ты, сколько делает в год Моника Левински?

— Ты больна! — говорю я убежденно. — Спятившая, умственно неполноценная извра…

— Эмма, я тебе добра желаю!

— Какое там добро! И вообще мне пора идти. К Джеку.

Воцаряется молчание. Джемайма ошеломлена. Я смотрю на нее затаив дыхание. Но тут робот-киллер снова оживает, выпуская очередную порцию смертоносных лучей.

— Тем более необходимо что-то предпринять! Сразу поставишь его на место! Покажешь, кто здесь босс! Продолжай, Мик.

— Интервью с Эммой Корриган. Четверг, пятнадцатое июля, девять сорок вечера.

Я поднимаю глаза и зажмуриваюсь. Мик откуда-то достал маленький диктофон и теперь держит его передо мной.

— Впервые вы встретили Джека Харпера в самолете. Можете сообщить нам, куда он летел и откуда? — спрашивает он и тут же шепчет мне: — Только говорите естественным тоном, словно болтаете по телефону с подругой.

— Прекратите! — визжу я, не помня себя. — И проваливайте. Проваливайте оба!

— Эмма, ты уже не ребенок. Пора стать взрослой, — уговаривает Джемайма нетерпеливо. — Мик обязательно выяснит, в чем дело, независимо от того, поможешь ты ему или нет, так что вполне могла бы и… — Она вдруг замолкает, глядя на дверь. Ручка дергается, медленно поворачивается…