Чтение онлайн

Она нахмурилась. Был час ночи, поэтому ей, пожалуй, не следует говорить о прелести ночи. Возможно, она просто скажет, что спать ей не хотелось и она почувствовала желание сесть за руль, чтобы расслабиться.

На самом деле ей вновь хотелось увидеть его, пока она не потеряла присутствия духа. Она была до глубины души потрясена движением собственных чувств и возникшим в ней непреодолимым желанием поцеловать его. Сейчас ей необходимо встретиться с ним наедине, где их никто не сможет прервать, и понять, что означает все это.

Она могла бы привести миллион причин, по которым ей не следовало бы совсем обращать на него внимания, но ни одна из этих причин не объясняла того смятения чувств, которое он в ней вызывал, того восхитительного ощущения пробуждения и возвращения к жизни. Это ощущение одновременно было и живительным, и ужасающим. Он не делал секрета из того, что она ему не по душе, но в то же время она ощущала, что его влечет к ней.

Без видимой причины она почувствовала, что на глаза ей наворачиваются слезы. Кто она теперь? Круглая дура или у нее действительно появился шанс обрести утраченную женственность?

Фары выхватили из темноты деревянный почтовый ящик, и она моргнула от неожиданности. На ящике не было имени, но номер был правильный, и она притормозила, свернув на покрытую гравием проселочную дорогу. Ночь была облачной; пробивавшийся сквозь облака лунный свет едва освещал старую рощу. Она миновала небольшой деревянный мост и некоторое время поднималась по склону, прежде чем увидела огни.

Заросший плющом фермерский дом был совсем не похож на расхристанный холостяцкий притон, каким она его себе воображала. Сложенный из дерева и камня, он имел три трубы и вытянутое в одну сторону крыло. К старинному крыльцу главного входа вели ступени, огражденные витыми перилами. Гостеприимный свет выбивался из окон фасада, и она обратила внимание, что ставни и парадная дверь были выкрашены в одинаковый жемчужно-серый цвет.

Шины прошуршали по гравию, она подкатила к дому и выключила зажигание. Внезапно фонарь над крыльцом погас, а затем погас и свет в доме. Она заколебалась. Должно быть, она застала его как раз в то мгновение, когда он отправился спать. Однако еще не спит!

Подхватив видеопленку с сиденья, она открыла дверцу машины и вышла. Вдалеке в роще ухнул филин; этот жуткий звук заставил ее почувствовать себя еще более неловко. Осторожно пробираясь к крыльцу, она почти жалела, что решилась приехать.

Положив руку на перила, она робко поднялась по каменным ступеням. В кромешной темноте даже стрекотание ночных насекомых звучало зловеще, а не миролюбиво, и было подобно шороху крыльев в доме с привидениями. Она пыталась нащупать кнопку звонка, но обнаружила лишь тяжелый металлический молоток. Она отвела его, затем опустила и отступила на шаг, когда дверь глухо загудела.

Проходили секунды, но никто не реагировал на стук. С растущим беспокойством она ударила еще раз, затем пожалела, что сделала это, так как вдруг осознала, что совершает ужасную ошибку. Ей стало неимоверно стыдно. У нее не было никакой возможности правильно объяснить ему причины своего ночного визита. Что он подумает о ней? Она медленно повернулась, чтобы тихо ускользнуть и…

Она задохнулась, когда чья-то рука зажала ей рот. Прежде чем она сумела понять, что с ней происходит, другая рука обхватила ее вокруг талии. Вся кровь отхлынула от головы Фэб, ноги ее подкосились, когда она обнаружила, что крепко схвачена.

Зловещий голос прошептал ей на ухо:

— Я забираю тебя в леса.

Она была парализована страхом. Она пыталась кричать, но не могла произнести ни звука. Все происходило точно так же, как в ту ночь, когда ей только-только исполнилось восемнадцать. Ноги ее оторвались от земли, и кто-то огромный сбежал вместе с ней по ступеням крыльца так резво, словно она ничего не весила. Темнота и ужас душили Фэб. Кто-то молча тащил ее к старой роще, а потом на секунду остановился, прижав свой рот к ее уху.

— Дерись со мной, — шепнул он. — Сильно дерись, словно ничего хорошего тебя там не ждет.

Звук знакомого голоса, чуть растягивающего концы слов, проник в глубь ее сознания, и она поняла, что в плену ее держит Дэн! В голове у нее все перемешалось. Это произошло опять! Она обратила внимание на него, флиртовала с ним, а теперь он собирается изнасиловать ее! Ее скованность прошла. Она не могла позволить этому произойти во второй раз.

Она принялась отчаянно бороться за свою свободу, брыкаясь и норовя ударить его локтями, но он был сильный, гораздо сильнее ее, он обладал стальной мускулатурой, наработанной годами физических упражнений. Он нес ее в лес так легко, словно она весила легче перышка. Она пыталась кричать, но его огромная рука крепко сжимала ее губы.

— Это прекрасно. Ты устроила настоящую бойню, моя дорогая. Ты заставляешь меня пошевеливаться.

Она энергично сопротивлялась и пыталась укусить его ладонь, но у нее ничего не вышло, В призрачном свете луны она смутно различила впереди круглое деревянное строение; когда он подтащил ее ближе, она увидела, что это большая беседка.

— Я собираюсь наподдавать тебе для твоей же пользы, — прошептал он. — Уверен, тебе это понравится. Отлуплю тебя так, как ты этого заслуживаешь.

Он внес ее сквозь арочный проем в пространство, ограниченное увитыми плющом решетчатыми стенками. Его дыхание даже не участилось.

— Ты — беззащитна. Я сделаю с тобой все, что захочу, и ты никак не сможешь остановить меня.

Он повалил ее в темноту, и ужас охватил ее с новой силой. Продолжая зажимать ей рот, он просунул другую руку ей под юбку и добрался до резинки на ее трусиках.

— Сначала я собираюсь содрать это.

Ужасные булькающие звуки вырвались из глубины ее горла, заглушенные его огромной ладонью. Она не хотела этого. Пожалуйста. Господи, не допусти, чтобы это снова произошло с ней. Она опять услышала тягучий шепот над ухом:

— Может быть, мне начать прямо отсюда? Ты этого от меня хочешь?

Он отнял руку от ее лица и ухватил в кулак лиф ее платья. Одним движением он разорвал его.

Дикий крик, сорвавшийся с ее губ, заставил его застыть в неподвижности. Рука, сжимавшая ее грудь, оледенела.

— Вэл?

Он ощупал ее грудь. Все его тело явственно напряглось. А затем он отскочил от нее, словно от гигантского паука.

Она разразилась рыданиями. Янтарный свет масляного светильника внезапно затопил маленькое помещение, выхватив из темноты садовую мебель, циновку и его напряженное лицо.