Трюкачи
Шрифт:
– Мне стоит пойти в школу самой и все разузнать...
– Вам никто ничего не расскажет, ведь вы его мать. Даже мне, полицейскому, в котором дети видят защиту, ученики рассказывали о вашем сыне очень неохотно и шепотом, с затаенной надеждой, что я арестую его. Вижу, вы не знаете, что Теодора боится вся школа?
– Но почему?!
– Увы, но факт. За глаза его зовут 'Йома', это такое чудовище в человеческом обличье. С ним стараются не встречаться. Некоторые ученики из соседних классов на переменах боятся выходить в коридор, а многие ученики его собственного класса, наоборот, на переменах уходят из классной комнаты сразу после учителя и возвращаются вместе с учителем. Весь круг общения вашего сына, если верить рассказам - четверо банцу, признавших его власть, и девочка-американка, ученица по обмену. И все.
– Инспектор сочувственно вздохнул и продолжил: - в общем, все то, что я вам рассказал - узнал от учеников в школе. От многих, я переговорил с тремя десятками, примерно. Вряд ли они сговорились. Опять же, я ни в чем не обвиняю вашего сына, но опасаюсь, что мы с вами многого еще не знаем. Слишком уж много дурных признаков, что ваш сын вляпался во что-то очень серьезное. Держите мою визитку, если понадобится совет, или сами захотите что-то рассказать - звоните. А, и чуть не забыл. Если захотите что-то узнать о Йонаге - приходите в полицейское управление и там спросите кого угодно. Расскажут немало ужасного. Однако вопрос, как вашего мужа угораздило связаться с настолько нехорошим человеком, я задам ему самому.
Он откланялся и вышел на улицу. Похоже, что во всей этой кутерьме у него тоже появился союзник. Мать подозреваемого производит очень хорошее впечатление, по лицу и глазам видно, что добрая и порядочная женщина. И их интересы совпадают: обоим хочется разобраться в этом деле.
***
Тео провел самые неприятные полчаса своей жизни, рассказывая маме историю своих злоключений в школе. И про встречу с Куродой, и про инцидент с Такехисой, правда, без упоминания о ноже, и про встречу в парке Ханами, и про двоих приятных улыбающихся парней, которые на самом деле собирались избить его кастетом.
Мама, разумеется, поверила, но вот о банцу из Бенибэ пришлось расписать в деталях: совпадение слишком уж невероятное и похожее на отмазку.
– Как так, что упали все четверо, Теодорчик?
– На самом деле, первый упал раньше... увидел меня, шагнул назад и пяткой зацепился... А пока я бегал вокруг него и думал, что же делать, куда бежать за помощью - пришли еще трое. Ну и подумали, что это моих рук дело. Первый шарахнулся назад, ударил головой в лицо второго, второй свалил третьего...
– Тогда почему все думают, что ты их побил?
– Как - почему? Пришли на шум Юдзи и Курода со своими товарищами - и увидели, как я пострадавших на травку волоку, чтобы на бетоне не лежали...
– Но ты же им объяснил, как все было?
– О господи, мама!
– горестно воскликнул Тео.
– Неужели ты думаешь, что они мне поверили?! Вся школа свято верует, что я по утрам топлю щенков, выкалываю глаза котятам и изучаю человеческую анатомию для будущих злодеяний!! От меня шарахаются, как от зачумленного, а когда Юдзи побил одного парня, который флиртовал с Дэлайлой, все подумали на меня, и если не дай боже в городе случится убийство - ты уже догадалась, на кого опять подумают?!
– Но, Теодорчик... Почему?!!
– Почему?! Мам, ну посмотри на меня! У меня глаза, как у хищника, длинные уши и серая кожа! Как, йоклол возьми, им не бояться?! Чертова папина магия не позволяет другим людям заподозрить во мне чужака, но видеть, каков я есть, не мешает! И вот это несоответствие между тем, что видят глаза, и тем, что понимает сознание, вызывает у всех сильный душевный дискомфорт при взгляде на меня! Я кажусь всем страшным!
– Теодорчик, с чего ты это взял?!
– Мам, а ты как думаешь? Папа рассказал. Кому знать, как работает его магия, если не ему?
– А как же Дэлайла? И мне ты вовсе не кажешься страшным. И вообще, раньше ничего подобного не было! Как же дедушка, бабушка, дядя, тетя, твой братик, наконец? Как ты раньше на улицу ходил?
– Потому что ты моя мама. Ты и так знаешь, какой я, и на тебя магия руны не действует. А раньше ничего подобного не было, потому что заколдовывал меня папа. Это он может прийти в униформе эсэсовца в Кнессет и быть там своим среди своих, а я так не умею! А с Дэлайлой мне просто повезло, она близорука, но в первый день пришла в школу без контактных линз, и потому ее первое впечатление было нормальным, и я ей объяснил, что лицо себе не выбирают...
Мама тяжело вздохнула и обняла Тео.
– Ну и как же теперь быть?
– Папа говорит, что я со временем смогу накладывать руну правильно. Но если не получится - должно быть, я еще не раз пожалею, что на свет появился...
– вздохнул Тео.
– Может, тебе не стоит водиться с хулиганами?
– Я с ними и не вожусь. Курода меня, мне кажется, ненавидит. Причем за то, что испугался меня и потерял титул первого защитника... Мне титул нафиг не сдался, но все подумали, что я побил Куроду и теперь сам - номер один. А Юдзи... Ну, он вовсе не плохой.
– А что рассказывал про то, как он кого-то побил?
– Ну, ему не понравилось, что с Дэлайлой флиртует кто-то, кроме меня. Эти японцы такие странные!
***
Весь следующий день Тео провел дома. Школьную программу за пропущенные занятия он одолел легко, потом спустился в подвал, положил в дальнем углу хлеба и сыра для обитающей в норе старой крысы и немного попрактиковался в начертании рун: отец вернется не сегодня, так завтра, что чревато внеочередным экзаменом по рукопашному бою, магии и по чему там еще отцу заблагорассудится. А недостаточный прогресс по сравнению с прошлым результатом чреват существенным урезанием карманных денег.
После полудня появился господин Йонага с относительно хорошими новостями: второй преступник уже пойман и написал признание. Ложкой дегтя оказалось содержание этого признания.
– Так полиция установила, зачем эти головорезы напали на Теодорчика?
– спросила мама, когда они втроем пили чай в гостиной.
– Вот тут есть один момент, который я должен прояснить, - ответил адвокат, - преступник - член молодежной уличной банды по имени Накаяма, и в качестве объяснения своих мотивов указал, что ты, Теодор, задолжал ему относительно крупную сумму денег, пятьдесят тысяч йен, взял взаймы и не пожелал вернуть.
У мамы глаза на лоб полезли:
– Что?! Теодорчик, это правда?
Тео скорчил скептическую гримасу:
– Мам, я этого Накаяму не встречал до инцидента ни разу в жизни. И денег никогда ни у кого не одалживал.
– Я так и думал, - сказал адвокат, - это отвод. Накаяма сказал первую пришедшую на ум причину, но не выдал истинного мотива, к слову, он также написал, что хотел только запугать, а намерения бить не имел, но из-за дымовой шашки рука сама дернулась... Это совершенно типичное поведение для японских преступников, и означает оно, что у Накаямы и Мияги личных причин нет. Им это дело поручило третье лицо, вероятно, их главарь. Таким образом, вопрос о причине нападения остается открытым. Однако из того, что я узнал от инспектора, делаю вывод: нападение связано с инцидентом с банцу из школы Бенибэ.