Чтение онлайн

– То, как Лукас смотрит на тебя... не наебывай его, ладно? Вы с ним трахаетесь, и это портит нашу музыку. Я не привык бить девушек, но знаю телочек, которые надерут тебя задницу вместо меня.

Предполагаю, Уайтту известно очень мало или совсем ничего о планируемом сольном альбоме Лукаса. Я подошла к нему ближе так, чтобы парень ясно увидел мою улыбку.

– Серьезно? Ты угрожаешь тем, что заставишь какую-то девушку избить меня за то, что ты себе якобы вообразил? Вы рокеры такие чувствительные неженки.

– Мы просто стремимся защитить свою карьеру, - сказал он, доставая удостоверение личности со своего бумажника и направляясь к входной двери клуба. Но в тот момент, когда он разворачивался на пятках, то бросил мне на последок.
– Развлекись в Атланте.

– Сиенна? Эй, Сиенна? Ты слышала хоть слово из сказанного мной?
– спрашивает Кайли, возвращая мое внимание к настоящему.

– Ага, здесь я. Эй, я попробую сделать несколько звонков в аэропорт. Перезвоню тебе через несколько минут, ладно? Пока, - говорю я на одном дыхании. Я кладу трубку прежде, чем Кайли успеет снова начать волноваться.

Но в конце концов Кайли становится той, кто спасает мой день, высылая на мой личный почтовый ящик подтверждение брони частного самолета, который ей удалось арендовать, прежде чем Лукас спускается к завтраку. Глядя на смету сего праздника жизни, я испускаю стон. Этой суммы хватило бы, чтобы оплатить все наши с Тори расходы в течение трех или даже четырех месяцев.

Кайли отправила копию сметы и Лукасу, но он не выглядит смущенным данным изменением планов или суммой потраченных денег. Он просто зовет меня, чтобы вместе позавтракать, и вот я сижу напротив него, попивая свой кофе. Лукас поглощает свежие фрукты, одновременно с тем пристально следя за всеми моими действиями. Я сползаю ниже на своем стуле, прикрывая рукой лицо.

– Почему вы так смотрите на меня, мистер Вульф?

Он кладет кусочек дыни себе в рот, от чего его губы становятся влажными, липкими и сладкими. Я скрещиваю свои длинные ноги, пытаясь унять накатившее чувство нужды.

– Помнишь, как мы с тобой однажды ели клубнику?
– спрашивает он.

Румянец разливается по коже. Я подношу к губам чашку с кофе и делаю огромный глоток. Горячая жидкость опускается по моему горлу, и я потираю язык туда-сюда между зубами.

– Господи, я бы хотела помнить то время.

– Я планирую заставить тебя сесть неподвижно - говорит он, и его карие глаза горят желанием и властью, - пока буду макать в твое тело свои пальцы и фрукты. Пробуя тебя на вкус. Знаешь ли, я пристрастился к твоему вкусу, Рыжая.

Я чувствую, как в глубине моего живота начинает пульсировать, и от этого чувства я не могу спокойно усидеть на стуле.

– И дай угадаю, ты не собираешься этого делать, пока я не скажу нужные слова, верно?

– Ты чертовски умна, Сиенна.

†

Лукас пребывает в задумчивом состоянии все время полета до Джорджии, который, кстати, заканчивается не успев толком начаться. Мой босс сидит в стороне, занимая при этом два сидения, и пишет что-то в своем ежедневнике. Каждый раз, когда он бросает на меня взгляд, то наклоняет свою голову, словно пытается прочесть мои мысли.

Хотела бы я знать, что он там пишет, это что-то обо мне или о нас? Я хочу знать, какие мысли заполняют его разум каждый раз, как он смотрит на меня. Так много всего я хотела бы о нем знать, что голова идет кругом, а сердце пускается в галоп.

Лукас признает мое присутствие только тогда, когда самолет заходит на посадку, и мы готовимся покинуть борт. Возвышаясь надо мной, он кладет руку на мою щеку, а другой рукой убирает волосы с моего лица. Я тянусь к нему, становясь на носочки и пробегая пальцами по его волосам. Лукас наклоняет лицо, но всего в миллиметре от моего рта, останавливается.

– Это будет непросто.

– Что?
– выдыхаю я, когда его пальцы скользят между моих губ. Он двигает ими туда-сюда, и я слегка нажимаю зубами на его кожу, именно так, как Лукас и учил меня.

– Быть рядом с тобой, зная, что вот-вот ты станешь моей, но при этом не иметь возможности трахнуть тебя, попробовать на вкус или владеть тобой любым другим желанным мною способом, потому что несколько следующих дней будут реально сумасшедшими.

– У нас всегда есть время в гостинице, - говорю я, потираясь своим животом о его эрекцию.

Он шумно выдыхает, убирая мои руки от своего тела и поднимая их в захвате у меня над головой.

– Да... у нас всегда есть такая возможность.

†

Лимузин - впервые я ездила на таком после выпускного вечера около пяти лет назад - везет нас с Лукасом в отель Четыре Сезона Атланты. Даже при том, что я была свидетелем реакции фанов Лукаса на его появление в Лос-Анджелесе и в баре The Beacon в Нэшвилле, это все ничто, по сравнению с реакцией на него в его родном городе. Отелю пришлось усилить меры безопасности, потому что какая-то светская хроника прознала, что Лукас в городе и остановился именно здесь.

Прежде чем я успеваю выйти из авто, Лукас останавливает меня, притягивая к себе, так что я падаю ему на колени. Он натягивает мне на голову одну из своих безразмерных шапок. Нанося на мое лицо нелепые розовые румяна, он мягко говорит:

– Не хочу, чтобы о тебе снова начали сплетничать, размещая наши совместные фото в сети, - он поднимает мои волосы и прячет их под шапкой, убеждаясь, что каждая прядка скрыта от посторонних глаз. Этот жест настолько интимный, что мое дыхание становится прерывистым.
– Не говори со СМИ, - приказывает он.