Чтение онлайн

– Вспомнил, как ты когти выпустил. С серебряным болтом в плече.

– Это я могу в любом состоянии… ну почти в любом.

– А есть что-то, чего ты не умеешь? Пока или вообще?

– Есть. И пока, и вообще. Я не самый лучший среди вампиров. И самым лучшим не стану. Вот мама – да.

– Она хорошая, – вздохнул Дан, вспомнив маму. Гай и Аль захохотали так, что испугали лошадей.

– Чтоб человек так говорил о вампире!

Дан пожал плечами. Она не улыбалась при нем во весь рот, не махала когтями, не отращивала крыльев и даже свиной крови не пила. Дан не воспринимал ее как вампира. А если бы и воспринимал? Она все равно хорошая. Ясно, что не ко всем, но тот, кто любит всех, не любит никого. Кто ж из великих это сказал?

Ладно, и что дальше? Конечно, хорошо бы, чтоб драконы, проникшись пониманием момента, к тому утесу согнали уворованных для непонятных целей невинных девушек или кого они там похищали. Но это вряд ли. Скорее там соберется группка драконов, голодных настолько, чтоб скушать парламентеров. Хотя съедобный тут он один, ну вот еще лошади.

Страшно не было. Не станут драконы их жрать, и уж конечно, не из-за них самих, а только из опасения, что Нирут может на это обидеться всерьез. В чем выразится обида властителя? И что такое все-таки этот властитель? Несколько месяцев прожив «перчаткой», Дан так толком и не понял ни его функций, ни своих. Заговаривал с друзьями – те тоже не очень понимали, но были так уверены в правильности происходящего, что Дан махнул рукой. Менталитет, что ни говори. Правда, пообщавшись немножко с сильным мира сего, Дан окончательно перестал считать мир средневековым, даром что не было здесь томографов, двигателей внутреннего сгорания и телефонов, зато была магия. Впрочем, магии как таковой он все еще не видел, только та самая дознавательская, о которой так пренебрежительно отзывался хозяин. А вот технологиитут имелись, и еще вопрос, какие были круче, домашние, земные, или здешние. В кармане лежал предмет, сильно напоминающий «уоки-токи», но в какой рации – или в каком мобильнике – аккумулятора хватит на шесть недель? А тут, надо полагать, и на обратную дорожку хватит. Коробушечка была размером с Данову «диковинку» – дорогой сименсовский телефончик, нельзя ему было дешевый иметь, имиджу не соответствовало. Имелись на ней две кнопочки: кругленькая, чтоб говорить, квадратненькая, чтоб слушать. Пользоваться в крайних случаях, каковых пока не случалось. «Для них магия, для тебя технология». Надо же, какое доверие. Как Аль, еще неизвестно, но вот от Гая Дан слышал термины, крайне далекие от магии, и сильно подозревал, что вампиров наука интересует больше. А кому его хотели показать, подозревая в шизофрении, то есть в наличии еще одной личности? Не магу ли? Или просто хорошему психологу? А то и экстрасенсу… Или это – тоже магия?

Они были довольно беспечны: Шарик бдил за всех. Дан в любом случае видел и слышал хуже даже Аля, что уж говорить о вампире, который видел и слышал вообще в другом диапазоне. Типа так ультразвук и инфракрасный спектр…

Что я здесь вообще делаю? Да еще так, словно всю жизнь прожил… И все реже вспоминаются пенсионерки, Тяпа и вся былая жизнь. Стали частью прошлого. Он ведь и о Толике думал редко. Толик был из юности. Тоже из прошлого. Да и тут… сколько страданий имелось, когда задницу надрали в прямом смысле, умереть хотел и даже пытался, хоть и с чужой помощью, а ничего, тоже не то чтоб забыл, но и не свербит постоянно. И «хрусь» не преследует. Адаптировался? А то. Всегда отличался такой способностью. Тем более что Гай помогал так существенно… Дан покосился на Гая, которого из-под шляпы и шарфа не было видно. Шарик клекотнул и подпрыгнул. Впереди была ровная, словно отшлифованная площадка, на которой неподвижно сидели три впечатляющие темные туши. Пузатые, словно пива много пьют. Черные драконы черными не были, очень темными, неровной окраски, тусклые чешуйки были какие-то неухоженные. Тут нас и сожгут или сожрут?

– Вот, – мрачно сказал один дракон, вперевалочку отодвигаясь. – Все. Забирайте. Властителю напомните про ритуал и пусть сам решает. Вампир-то у вас, поди, не только зайцев высасывает? Ему, значит, можно, а нам, значит, нельзя?

– Я спрошу у властителя, что вам можно, а чего нельзя, – пообещал Дан, ошалело глядя на стайку перепуганных до смерти и грязных до полного безобразия красоток. Именно что юных красоток. Ритуал у них. Какой, хотелось бы знать. – И непременно передам ему, что мы договорились мирно и без эксцессов.

– Передай уж. А то знаем мы, явится, грозить начнет… Тут все, кого мы забирали, а если уж кто-то еще пропал, с соседей спрашивайте. Люди знаешь какие? Под шумок все норовят свои делишки провернуть. А эльфы и вовсе…

Гай удержал Алира за руку. Ну вспыльчивость какая-то повышенная.

– Твое мнение насчет людей и эльфов, я думаю, властителю неинтересно. Ну что, девушки? Домой идем?

Зрелище было! Три черных всадника в компании с крылатым крокодилом гонят стайку девиц. Чем их кормить? как спать укладывать? дойдут ли? До ближайшего жилья еще ого-го, такими темпами дней пять, не меньше. Может, надо было заодно и овец парочку потребовать? Нет, тут и драконы могли обидеться…

Первый привал они устроили, когда пышная девица без сил рухнула на землю. Наверное, когда-то она была блондинкой, и даже, пожалуй, натуральной, но если волосы не мыть несколько месяцев, определить исконную масть трудно. Гай спешился и снял с лошади свою аптечку. Аль вздохнул и отправился на охоту, как ни противна была ему мысль о добыче пропитания для людей. Дан натаскал дров. Научиться пользоваться огнивом было проще всего, так что он быстро высек огонь и развел костер, к которому немедля стянулись девицы. Дан наконец пересчитал их. Девять. Прокормить не только себя, но еще девять человек? Женщин? А женщины, да еще красивые, – создания капризные во всех мирах. Ну, пусть одна-две будут нормальные, но ведь остальные непременно либо кокетничать начнут, либо истерики закатывать, либо в обморок падать. Что одинаково плохо.

Дан притащил воды из ручья, повесил чайник над огнем. Гай задумчиво перебирал свои запасы.

– Есть у меня пилюльки, которые придают сил. Потом отходняк тяжелый, но несколько дней я могу их подкармливать, а до жилья доберемся – пусть себе… отходят, – сообщил он. – Не помрут.

Девицы таращились на него с ужасом, и Дан заметил, как Гай поморщился. Ну конечно, из огня да в полымя. То, понимаешь, драконы, то вампиры да эльфы, которые еще хуже вампиров. А ведь не сегодня, так завтра Гаю нужна будет кровь. Впрочем, можно и в кустики отойти… и вернуться с блаженным видом, и пусть себе девушки думают, что они там всякими аморальными делами занимались.

Одна девица, то ли побойчей, то ли меньше времени с драконами провела, тихонько сказала:

– Спасибо, сударь. Неужели и правда за нами послал властитель?

– Властитель послал нас выяснить, куда пропадают люди, – сухо пояснил Гай, – а не за вами. Проводим вас до первой деревни, а дальше сами.

Девица смотрела только на Дана. Ну да, конечно, что с вампиром разговаривать, еще покусает. Дан кивком подтвердил слова Гая.

Их было жалко. Пережитый ужас останется навсегда. Драконы с ними, собственно, никак не обращались, притаскивали по одной в пещеру, выйти не давали, в пещере был ручеек, хиленький, не помыться, да и греть воду не в чем, никакой посуды вообще. Тепло было, дров хватало, а драконам даже огнива не надо, дохнут маленько – и все, горит костер. Кормили одним мясом, но никогда не разговаривали. Стерегли. А хоть бы и не стерегли, куда беззащитной девушке одной…

Ну вот кокетничанье и началось. Дан нахлобучил на себя маску холодности, что было нетрудно, потому как он не представлял себе ситуации, в которой у него могла бы вызвать желание женщина, не мывшаяся бог знает сколько времени. Аль приволок двух зайцев и здоровенную птицу, бросил женщинам вместе с коротким: «Готовьте обед». Гай отложил пилюли, осмотрелся и отправился в лесок. Дан пошел следом.

– Поможешь? Тут корешки съедобные явно есть, если их запечь, вполне, даже вкусно. Женщины уже от мяса озверели, – улыбнулся Гай. – И брось, мне наплевать на их отношение.

Когда они углубились в лес, Дан протянул Гаю руку. Тот поколебался с минуту, но все же аккуратно оттянул рукав. Черт, больно же кусает. Острые зубки, ничего не скажешь.

Оторвавшись, Гай прижал к ранке свой платок и посмотрел на Дана виновато.

– Я знаю, что больно. Тут еще место чувствительное…

– Не оправдывайся, – усмехнулся Дан, – проходит тут же.

Гай помедлил, но все же спросил:

– Ты побоялся, что я соблазнюсь на эти чучела?

– Не в постель же ложиться, – смущенно пробурчал Дан. – А тебе уже пора…