Чтение онлайн

На ней был черный кашемировый свитер с воротом-хомутом, тисненый кожаный пояс и шерстяная юбка горчичного цвета. Свитер открывал безупречную шею, пояс подчеркивал осиную талию, узкая юбка обрисовывала ноги и бедра великолепных пропорций.

Она разговаривала на манер Таллулы Бэнкхед [9] и громко хохотала над моими шуточками. На мой взгляд, не было в ней ни малейшего изъяна, кроме, пожалуй, золотого браслета в славянском стиле с маленьким бриллиантом. Да еще руки и ноги чуть великоваты.

Но только полный чурбан обратил бы внимание на эти крошечные дефекты.

— Ты артист, милый, ведь правда?

— Бывший, — ответил я. — Откуда ты знаешь?

— Что-то в тебе такое есть. Я люблю артистов.

Она умела озорно улыбаться, на миг высовывая язык. Я счел это неподражаемым.

— А ты никогда не выходила на сцену? — спросил я. — Ты достаточно красива.

— Спасибо, милый. Да. Я мечтала о театре. Хотела стать певицей. У меня было несколько ангажементов в маленьких клубах, но муж заставил бросить это занятие.

— Как ему только не стыдно, — сочувственно сказал я. — Ты, наверно, производила фурор. А что ты пела?

— О, — протянула Корал, шаловливо улыбаясь и высовывая язычок, — чаще всего про любовь.

Я не мог дождаться, когда обнажится это мягкое тело, и не дождался. В спальне она попросила меня раздеться, но сама не сделала ни малейшей попытки снять одежду.

— Я разочарован, — пришлось заявить мне.

— Не будешь, милый, — сказала она, — обещаю.

Раздевшись, я потянулся к ней, но она отодвинулась.

— Постой, постой, — сказала она, — просто лежи тихонько, а я займусь делом.

— Как хочешь, — чуть-чуть сердито сказал я.

Она села на край постели и накрыла меня своими пушистыми волосами. Ее пухлые губы прильнули к моим соскам. Я почувствовал укус. Потом она взглянула на меня, полуприкрыв глаза.

— Нравится? — прозвучал ее низкий голос.

— Мне все нравится. Но я хотел бы, чтоб ты позволила мне…

— Ш-ш-ш, лежи спокойно. Я сама все сделаю.

И она сама все сделала своими холодными пальцами и влажным ртом. Ее опытность поражала, и я подумал — в который уж раз, — какая прекрасная у меня профессия.

— Мне нравится твое тело, — тихо сказала она. — Такое чудесное мужское тело.

Я терпел ее умелые действия сколько мог. Потом закричал и рванулся. Она не выпустила меня. Я ощутил остроту ее зубов и всхлипнул.

Обезумев, я грубо полез ей под юбку, яростно тиская плоть. И там под шелковыми трусиками нащупал самый настоящий пенис и яички.

— Сюрприз! — прокричала Корал.

В ноябре бизнес оживился. Кроме трех борделей на Западной Семьдесят пятой и Шестьдесят восьмой улицах, у нас была небольшая, но пользующаяся растущим спросом служба мальчиков по вызову. Появились перспективы и у службы сопровождения.

Возникли кадровые проблемы. Мой штат состоял примерно из сорока жеребцов. Из них лишь половина постоянных, на которых можно было положиться. Белые, черные, испанцы, представители Востока и один чистокровный индеец-чероки.

Остальные — временные, которые наезжали в Нью-Йорк в свободное от работы время, или женились и выходили из бизнеса, или безнадежно просиживали в ожидании приглашения на телевидение. Освободившись, они обычно связывались со мной, но нам все время требовались новые «таланты».

Я снова отправился к Солу Хоффхаймеру. Сунул конверт в окошечко, за которым сидел агент, и сказал:

— Четыре сотни. Наличными. Мелкими купюрами. Пересчитайте.

Хоффхаймер не притронулся к конверту. Он просто взглянул на него.

— Что я делаю? — удивленно спросил он.

— Зарабатываете деньги, — ответил я. — Деньги не пахнут. Это просто зеленые бумажки. На грязную двадцатку можно купить столько же, сколько на чистую.

— Это по-вашему.

— У нас проблемы, — коротко сообщил я. — Нам нужно побольше парней. Слишком много временных. Я должен создать ядро из постоянных сотрудников.

— Ядро, — сказал Сол. — Хо-хо. Богатая идея.

— Поэтому, — продолжал я, не обращая внимания на его замечание, — прошу вас дать в торговых бюллетенях краткие объявления. За мой счет.

— Требуются жеребчики? Так и писать?

— Ну, ладно. «Требуются молодые люди на хорошо оплачиваемую работу». Что-нибудь в этом роде. Могу сочинить за вас.

Агент молчал.

— Сол, — мягко сказал я, — вы можете выйти из этого дела, когда пожелаете. По моим сведениям, вы уже заработали около двух грандов. Если у вас временный приступ раскаяния, я поищу кого-нибудь другого.

Хоффхаймер не ответил.

— Дайте листок бумаги, — сказал я. — Я напишу текст объявления прямо сейчас.

Другой проблемой оказался график. На его разработку стало уходить столько труда и времени, что я всерьез подумывал о покупке небольшого компьютера.

Многие клиентки делали заказ на определенное время. Другие — на определенного парня. Несколько постоянных посетительниц заказывали одного и того же партнера на одно и то же время единожды, дважды и трижды в неделю.

Я обсудил эти трудности с Мартой, и мы признали, что настало время снять квартиру в Ист-Сайде.

— Три спальни, — говорил я, делая пометки, — которыми можно пользоваться двенадцать часов в сутки. Это позволит нам за день обслужить максимум тридцать шесть клиенток. Не думаю, что мы справимся силами нынешнего персонала, но двадцать, по-моему, вполне реально.