Чтение онлайн

Она смотрела на свечу и думала, что он ничего в этом не понимает. Ему только двадцать девять, столько же, сколько Джонатану.

— Я посыпала рыбу травами, — услышала она свой голос. — Травами, которые посадила Лили.

— Значит, она тоже участвовала в приготовлении ужина, — сказал Сэм.

Дана взглянула на него через стол. Солнце уже заходило, и небо стало густо-розовым. Силуэт Сэма был озарен закатным светом.

— Приготовлено с любовью, — прошептала Дана. — Так говорила Лили, когда добавляла в кушанья травы.

— Да, это на Лили похоже.

Дана не могла не довериться доброте, прозвучавшей в его голосе. Ей незачем было раскрывать перед ним свою душу, ей надо было забыть, какую боль причинил ей человек почти что его возраста, и она вполне могла воспользоваться предложением Сэма поискать Куинн.

— Я беспокоюсь за нее.

— Понимаю.

— Мне не хочется оставлять Элли здесь одну...

— Я схожу. Ты только скажи куда.

— Знаешь, как пройти на Литл-Бич? По тропинке вдоль берега...

— Знаю, — сказал он, и в глазах его мелькнула легкая тень смущения. — Я хожу этой дорогой, когда возвращаюсь от Огасты.

— А-а-а, — пробормотала Дана и, вспомнив букву «Д» на песке, покраснела.

Они с Сэмом встретились взглядом и тихо улыбнулись друг другу. Он словно догадался, что она это видела, но оба не знали, как об этом заговорить.

— Она наверняка там, сидит на валуне.

— Понятно. Я скоро вернусь.

Он встал из-за стола и вышел. Дана смотрела ему вслед. Из окон дул прохладный ветерок, но лицо у Даны все еще горело. Только буква «Д» не имела к этому никакого отношения.

Быстро темнело. Куинн ругала себя за то, что не прихватила фонарик. В кармане нашлись спички, и она развела костерок из сухих веток и чистых страниц дневника. Прислонившись к валуну, она торопливо писала:

Он сейчас в доме, а я сижу на Литл-Бич. Почему? Да потому, что я идиотка. Раздражаюсь по пустякам. Ну, попросили меня накрыть на стол. Тетя Дана хотела как лучше, а мне так хотелось переколотить всю посуду. Я тут же вспомнила наш последний ужин, вспомнила, как мы сидели все вчетвером. А шесть часов спустя... нас осталось только двое.

А потом я начала говорить с Сэмом и хотела спросить его о самом важном, а тут пришла тетя Дана со своим дурацким салатом. И это было последней каплей. Ну почему я взбесилась? Я пыталась сдержаться, но...

Куинн перестала писать. По тропинке кто-то шел. Она сунула дневник в пакет и, обернувшись, увидела Сэма.

— Чудесный вечер для прогулок, — крикнул он ей. — Ты пропустила отменный ужин.

— Она меня потом накормит.

— Не уверен, — сказал Сэм, садясь рядом с Куинн. — Очень уж ты стараешься вывести ее из себя. В один прекрасный день ты своего добьешься.

Куинн хмуро поглядывала на него.

— Я тебя отлично понимаю, Куинн. Ты считаешь, что твоя жизнь — полное дерьмо. Я в твоем возрасте думал точно так же.

— Да? А почему?

— Когда-нибудь расскажу. Подробности не важны. Важно то, как я из этого выбирался.

Куинн тяжко вздохнула:

— Все я поняла. Ты пытаешься наладить со мной контакт. Ничего у тебя не получится.

Солнце скрылось за лесом, но на небе еще виднелся отблеск заката. Облака были высвечены золотом, тихую гладь моря заливал красноватый свет.

— Наверное, ты права, — сказал, немного помолчав, Сэм.

— Отлично. С этим разобрались, — тряхнула головой Куинн.

— Ответьте мне на один вопрос, мисс Грейсон. Сначала вы с трагическим видом покидаете сцену, а когда я прихожу за вами, грубите мне. Мне одно непонятно: зачем вы меня пригласили?

— Ну, не знаю... — замялась Куинн. — я думала...

— Не ходи вокруг да около. У меня на это нет времени.

Куинн молча смотрела на пролив. Куда-то вдаль: за буйки, за гряды волн, разбивавшихся о Викландскую мель. Небо теряло цвет, потихоньку наполняясь чернотой. Проглянули первые звезды, но они еще не успели разгореться и в море не отражались.

— Что там? — спросил он.

— Волшебная страна. Земля Большой Охоты.

— Земля? — переспросил он. — Да здесь до самого Лонг-Айленда никакой земли нет.

— А она под водой. Земля под водой.

— Морское дно?

Куинн кивнула.

— Чем я могу тебе помочь? — спросил он.

— Я бы хотела тебя нанять.

— Нанять? — Он едва сдержал улыбку. — Для чего?

— Я хочу знать, что там, внизу.

Она подумала о сонаре, исследующем дно. Представила себе звуковые волны, которые находят поселения луфарей, китов, русалок. И остатки лодки родителей.

— С этим я помогу, — сказал он.

— Только поскорее, до нашего отъезда. Тетя Дана говорит, что остается, но я знаю: она хочет увезти нас во Францию.

— Почему ты так решила?

Ей показалось или Сэм и вправду немного расстроился?

— Потому, что она не рисует. И в море не ходит. Их с мамой старая лодка так и стоит в гараже. А если бы тетя Дана собиралась остаться, то давно бы спустила ее на воду.

— Я слышал, ты неплохой моряк.

— Раньше была. Теперь я всего этого терпеть не могу. Так я могу вас нанять? И сколько это будет стоить?

— Я должен подумать.

— Ладно. Только у меня два условия. Первое: не рассказывайте о нашем уговоре тете. И никому, кроме меня, не говорите о том, что найдете.

— А что ты хочешь, чтобы я нашел?

— Этого я пока сказать не готова. Ну, договорились?

— Договорились, Куинн.

Они пожали друг другу руки. Сэм встал, и Куинн, хоть они и не условились еще, где, когда и почем, тоже встала и засыпала костер песком.

Дана ждала их у дверей. Куинн шмыгнула в дом, будто ничего особенного не произошло. Вынула из духовки свою тарелку и ушла наверх, в свою комнату, смотреть телевизор. Дана благодарно улыбнулась Сэму.