Чтение онлайн

– Ты глава селения, твой брат жив, клан процветает, тебя все любят и не боятся, - перечислил Хаширама.
– Не этого ли ты хотел? Кстати, где Тобирама?

– Твой братец смотался заключать договор с Мизу. Причем без использования пространственных печатей. Сказал, чтобы раньше, чем через полгода, его не ждали, - Мадара шипел раскаленной сковородой, на которую плеснули холодной воды.

Дверь распахнулась как от пинка. Хокаге немедленно схватил со стола свиток, имитируя трудовую деятельность. Так входить мог только один человек.

– Чем это вы занимаетесь?
– радостно и громко спросил секретарь.
– А я принес новые документы.

– Ну, я пойду, - тактично поднялся и попытался смотаться Хаширама.

У самого выхода перехватила цепь, связала и усадила обратно на стул.

– Нет, сегодня мне понадобится ваша помощь. Узумаки прислали согласие на переговоры по поводу союзнического договора, нужен представитель, который бы отправился к ним. Мадаре нельзя, он Хокаге, поэтому поедешь ты, Хаширама. А мы тем временем обсудим политику присвоения хвостатых остальными селениями. Скоро состоится собрание глав всех Деревень…

Мадара переглянулся с Хаширамой и застонал. Стол уже носил отпечаток его высокого лба.

Это никогда не закончится!

Секретарь весело и невинно улыбнулся.

– Не кукситесь, - пропел он.
– Нас ждут великие дела!

– Интересно, - брюнет потянулся, - почему он отправился именно в то время? Да еще и попросил выторговать у Смерти того милого мальчика?

– Потому что только во времена первого Хокаге жили те, кто способен был безболезненно выдержать энтузиазм и кипучую деятельность нашего Узумаки, - ответил шатен, не отрывая взгляда от свитка.

Прямо на его глазах менялась история Деревни скрытой в листве.

========== Вопросы наследственности ==========

Напротив стоял Рикардо, наставив на них оружие. Джотто знал, что это последние мгновения Первого поколения Вонголы. Его идеалы, его мечты и стремления погибнут в этой комнате. И даже двойная игра Деймона, которую тот вел в надежде спасти свое Небо, здесь не поможет.

Неожиданно револьвер покрылся коркой льда, а затем и вовсе превратился в цельную ледяную глыбу. В комнату вошел невысокий, растрепанный шатен с карими глазами. Оглядел собрание и широко, неловко и в какой-то мере по-детски улыбнулся.

– Добрый день, меня зовут Савада Тсунаеши. Тсуна, - пожал руку Рикардо, - Тсуна, - следующей “жертвой” стал Деймон. Парень обошел всех, пожал руку каждому, представляясь. Наконец, остановился, открыл светящуюся дверь в стене.
– У нас нет времени, мы должны спасти будущее. Так что, вперед.

Теплая волна пламени подхватила Первое поколение и вбросила в портал.

– Э-э… - поднял руку Рикардо.

– Скажешь, что они умерли, станешь Вторым, - быстро ответил парень.

– А-а-а…

Но портал уже закрылся.

– Вы же хотели исполнить свои мечты и сделать Вонголу благородной?
– говорил парень, пока они шли по коридорам удивительно знакомого-незнакомого особняка семьи.
– Так вот, у вас появился уникальный шанс перевоспитать наследника Рикардо! И я знаю, как это сделать.

В этот раз церемония наследования проходила чинно и благородно. Занзас попивал виски, смотря, как уходит из-под носа его заветная мечта. Он бы умер со скуки, если бы не голосок гиперинтуиции в голове. Где-то, когда-то Рикардо умудрился пересечься с потомками Джотто, вот и унаследовали от него всякую говорящую пакость, вроде голоса. Тихий, едва заметный, он утверждал, что нужно бежать отсюда ко всем чертям и проситься в Триаду к Фонгу, дабы познавать дзен. Это же Савада, мерзавец Савада, который ни дня не может прожить без приключений на свою пятую точку.

Поэтому Занзас почти не удивился, когда Савада отказался принимать звание Десятого и сошел с пьедестала. Зато замер в шоке, когда мелкий японец подошел к нему и спокойно так протянул кольцо, втирая что-то про волю Примо. Больше Занзаса поразило, только если бы он опустился на одно колено и сделал предложение руки и сердца. На автомате вариец принял кольцо, все вокруг захлопали.

Зачатки гиперинтуиции хрюкнули и расцвели бурным махровым цветом, прогнозируя осадки, перелет птиц и неприятности от лица Савады. Который выглядел подозрительно счастливым.

И светился с каждой секундой все больше, когда сразу после приема утащил теперь уже Десятого и его Хранителей в кабинет босса. Собственные Хранители Савады остались праздновать избавление от мафиозного ига. Занзас начал подозревать какой-то подвох.

В кабинете их уже ожидали. Все Первое поколение в полном составе, включая нуфуфукающего паразита-иллюзиониста.

Савада подтолкнул Занзаса к креслу, усадил. Интуиция взвякнула, ее кусты стали гуще, плотнее. Как будто она за ними пряталась.

– Ты же хотел стать настоящим наследником воли Примо?
– Занзас машинально кивнул.
– Вот, Первые решили помочь тебе и твоим Хранителям стать настоящими лидерами семьи. Начать лучше прямо сейчас.

Как по команде, офицерский состав Варии растащили Хранители Первого поколения. Занзас остался наедине с Савадой.

– Девятый учил меня, с чего начинать. Сейчас тебе покажу. Вот, смотри, это договор с семьей Фарелли, в нем говорится…

Через пару часов вариец понял, что трепаться Савада может без остановки, практически не переводя дыхания, не сбавляя темпа и не давая вставить ни слова. Гора бумаг на столе росла в геометрической прогрессии, телефон уже сейчас разрывался от звонков, пока что это были только поздравления, но завтра начнется уже обыденная рутина.

Савада сиял и доставал все новые и новые папки.

Когда необходимо, Занзас умел соображать невероятно быстро. Всего два дня потребовалось, чтобы он понял: его крупно подставили с должностью Десятого босса Вонголы. У Варии никогда не было столько бумаг. Да и чего скрывать, половину из них в добровольно-принудительном порядке брал на себя Скуало. Но сейчас мечник ничем не мог помочь, утащенный в какое-то логово в японском стиле улыбчивым Первым мечником Вонголы. Не помогали ни крики, ни угрозы разрезать на части. Асари Угетсу в умении познать дзен мог дать фору даже Фонгу, а три меча позволяли быстро и безболезненно скрутить любого, кто мешал этот самый дзен познавать. Большую часть тренировок Скуало проводил в состоянии спеленутой пламенем гусеницы, выслушивая древние трактаты по философии пути меча.