Чтение онлайн

И вот он здесь.

Аргента вышла из французского бутика, расположенного на Петроградской стороне, и огляделась. Какой-то мужчина присвистнул при виде дивы, укутанной в дорогие меха. Она обожгла холодным взглядом и отвернулась. Вечер убаюкивал воспаленные вены, хотелось чего-то особенного. Она вдруг весело фыркнула и направилась к небольшому турецкому ресторанчику. Пора бы и свидеться со старым знакомым!

— Хозяина позови! Быстро! — приказала она тщедушному халдейчику. Тот было дернулся, чтоб возразить, но вовремя просек, что дама не из тех, с кем по добру поздорову связываются.

— Откуда, красавица? — сверкнул золотым зубом Мехмед. — Как говорят в России, сколько лет, сколько зим!

— Проголодалась, Мехмед, — Аргента ослепительно улыбнулась. — Вот и вспомнила про старого знакомого. Угостишь?

Тот засуетился, отвел к лучшему столику, щелкнул пальцами: мол, несите всего и сразу. Присел и сам, катая в руках пузатую рюмку с отменным коньяком.

— Зачем пожаловала? Сто лет тебя не было?

— Зачем врать, Мехмед?! — если и хотел, то смутить ее не удалось. — Сто лет назад мы с тобой в Болгарии встречались. Ах, зачем эта встреча так была хороша?!

— Знаешь, что фигурально спросил. А появилась ты здесь неспроста, — он пожевал ус. — Поесть можно и в другом месте.

— Лукавить не буду, — Аргента закурила, чем вызвала крайнее удивление и негодование Мехмеда. — Был он здесь?

— Был.

— Чего хотел?

— Тебя.

Они оба замолчали, затем Мехмед рискнул:

— Простила бы ты его, Аргента. Не по-нашему как-то получается. Которую сотню лет друг от дружки бегаете, в смертельную войну играете. А ради чего? Ты уж поди и забыла, в чем причина.

— Не забыла.

— Послушай, Аргента, что было, быльем поросло. Знаешь, какой год на дворе? Дракула дал тебе удивительный шанс, перепрыгивать из эпохи в эпоху. Да если б не он, и меня бы здесь сейчас не было. Естественно, ты постаралась, но…

— Простить и забыть?

— Ты мстишь за мужа и детей. И не надо уверять меня, что тебе не нравится наш образ жизни. Еще как нравится! Иначе ты бы не сделала своего внука вампиром.

Аргента ковыряла вилкой в салате.

— Он сам того захотел. Неволить не стала бы. Правильно говоришь, Мехмед, что есть человеческая жизнь? Песчинка. Сам не заметишь, как ветер унесет. Только и видели. Вспомнил бы кто! И я не помню: был муж, были дочери, но, видно, правду говорят — время все лечит.

— Так в дело? — с видимым облегчением спросил Мехмед. — Миритесь!

— А что потом?

— Долгая и счастливая жизнь. Что еще может быть, если двое — вампиры и к тому же любят друг друга?

— Вряд ли у нас с Владом что-нибудь получится. Столько ненависти, столько боли, столько непонимания.

— И столько ревности…

— Ты и об этом знаешь?

— Он все-таки мужчина. За шестьсот лет у любого терпение лопнет.

— Ничего не понимаю, Мехмед! Что происходит? Ничего не радует, похудела вот, плачу…

— Кризис среднего возраста, — цокнул Мехмед. — Так бывает…

— С ума сошел? Знаешь, сколько мне?

— А сколько не было б! Кризис, он и через шестьсот лет кризис. Миритесь, говорю! Всем будет спокойнее!

— Я, между прочим, его теща!

— Да? И что теперь?

— Если бы я знала, Мехмед, если бы я знала… Но я так по нему скучаю!

…И пришел на землю Красный род, названный еще в честь его основателя кланом Каинитов. И наступила новая эра — вампиров. Начиналось же все так… У Адама, изгнанного из рая, родилось двое сыновей. Старший — Каин был завистливо, ревнив и мрачен, словно сумрак на грани дня и ночи. Младший — Авель — весел, наивен и светел. И убил Каин Авеля. Убив, зачерпнул ладонью свежую кровь, слизнул и сказал: хорошо! За это Бог проклял Каина и превратил его в вампира. Ужаснулись люди, изгнали Каина из рода своего:

— Уходи!

Спрятался Каин, наблюдая за людьми, боясь Солнца и желая крови. Никто не знает, сколько скитался Каин, но встретил он ведьму, имя которой было Лилит.

— Я первая жена твоего отца, — сказала Лилит. — Но буду женой и тебе, если пожелаешь.

Возвел Каин Лилит на свое ложе, и было им хорошо. Но укусила Лилит Каина, и выпила его кровь. Так возник род вампиров. Но не дал Сатана им детей, и тогда Каин принял к ним еще троих — злых и алчных, ненавидящих род людской. Трое создали тринадцать, и пошли первые чудовища среди первых народов мира, безжалостно убивая и используя смертных, как кукол в своих целях. Увидев содеянное, Каин устыдился! И создание подобных себе. Собрав детей и внуков, он построил великий город — Первый Город на Земле — и здесь вампиры и смертные жили в мире.

Увидев мир, Лилит опечалилась, ибо ненавидела она детей Адамовых, и не смогла простить тому измену. Не сказав Каину, дети его, влекомые Лилит, нарушили законы и снова смертные стали жертвами вампиров. Узнал Каин и рассердился. Пошел войной на жену свою, да только силы были неравные. Столкнула Лилит мужа в бездну, и пал первый город, пал в крови и нечистотах. Ушла и Лилит, с тем, чтобы возникнуть в новом времени и в новой тьме. А тринадцать внуков Каина, самых сильных и ненасытных нетопырей, свободные от натисков и полные желания, начали создавать себе подобных. И каждый последующий был страшнее предыдущего. Стали звать их Антедилувиане, а их дети, созданные по их образу и подобию, унаследовали магические силы и проклятие Антедилувиан. Так были созданы вампирские кланы.

Каждый род выбрал часть света, и ушел во мрак, сея хаос, ужас и печаль. И хотя каждое поколение было слабее предыдущего, численность его возраста в тысячность раз. В зиггуратах Вавилона во дворцах Крита, в трибуналах Рима вампиры правили подобно темным тиранов, всегда используя смертных как пищу и безвольных рабов. Вампир воевал с вампиром, клан с кланом, и так — от древних раздоров Первого Города — родилась великая месть, которая продолжается и сей день. Красный род множился и процветал, когда достиг времен раннего Средневековья. В то время много вампиров правили открыто, держа крестьян и лордов одинаково в своей ночной хватке. Вампирское население достигло огромных количеств, и казалось, Земля будет принадлежать Красному роду вечно.

И пришел на землю Дракула, посвященный в вампиры гигантским нетопырем. Ядовитая кровь вспенилась, явив миру новую силу и могущество. Ибо выбрала его судьба дабы исполнить черное предназначение.

Томимый вечной жаждой, выбрал Дракула себе суженую. Мать жены своей. И было то хорошо. И было то и правильно. Через зло и черный навет рождается новый союз. Но ослепил свет ясные очи Аргенты, опутал путами сомнения и предательства, и прокляла она князя на вечность и один день, чтобы сойтись с ним в последнем бою и решить участь Красного клана.