Чтение онлайн

Подошли к первому кедру в обхват толщиной. Я достал из кармана раскладной телескопический спиннинг с безынерционной катушкой, на которую намотана тончайшая нить, свитая из трех однослойных нанотрубок. Сама нить была абсолютно невидимой — слишком тонкая (примерно в 25 тысяч раз тоньше человеческого волоса). Казалось, что я в одной руке держу спиннинг, а в другой не связанную с ним блесну. Но связь не просто существовала, а была и достаточно прочной. И чрезвычайно, фантастически острой.

Я присел на корточки перед комлем дерева, выставил перед своим лицом руки и сделал ими плавное движение вперед и вниз, опустив их на уровень груди. Потом, не меняя высоту, подтянул их назад к своему лицу. По сути, нить не резала древесину. Она просто раздвигала молекулы в стороны. Совсем чуть-чуть, буквально на пару нанометров. Но этого было вполне достаточно. Поднялся на ноги и смотал нить обратно на катушку. Попросил Дианту встать на мое место, упереть рогатину в ствол дерева как можно выше и слегка нажать. Когда она выполнила мою просьбу, и дерево чуть-чуть отклонилось в противоположную сторону, я резко ударил каблуком в то место, над которым ранее манипулировал. Из ствола выскочил клиновидный фрагмент, составляющий чуть меньше половины от поперечного сечения древесного ствола. Выскочил и упал на траву.

Я встал с противоположной вырезу стороны дерева и попросил всех пройти мне за спину и отойти на несколько шагов. Когда все оказались в безопасной зоне, я опять присел на корточки и попросил Дианту встать за моей спиной, упереть рогатину в ствол как можно выше над моей головой и подержать так некоторое время. Когда она проделала требуемые манипуляции, вершина дерева немного отклонилась в противоположную от нас сторону. Я опять достал спиннинг, поднял разведенные в стороны руки немного выше головы и медленно повел их с двух сторон от ствола от себя и вниз. Параллельно с нисходящим движением моих рук двигалась и верхушка дерева. Доведя линию разреза почти до середины древесного ствола примерно на 10 сантиметров выше конического выреза с противоположной стороны, я отклонялся назад, освобождая нить из разреза, встал на ноги и отступил в сторону. Под нажимом рогатины дерево отклонялось в противоположную от нас сторону все дальше и дальше. Раздался резкий треск. Тонкая перемычка, оставшаяся недорезанной, лопнула, и дерево, ломая свои и чужие ветки, тяжело обрушилось на землю всей своей массой.

Я отсчитал десять больших шагов и уселся верхом на поверженное дерево. Лег на грудь и опустил руки вниз. Соединил их под стволом, перехватив блесну левой рукой, развел в стороны и начал медленно подниматься. Подняв руки над бревном, смотал нить и спрыгнул на землю. Аналогичным способом обрезал две толстые ветки и несколько тонких. Оттащил их в сторону. Подошел сбоку к комлю, уперся руками и грудью в него, а ногами в землю. Поднатужился. Секунду ничего не происходило, а потом бревно сдвинулось в сторону, отделившись от верхней части ствола.

— Все, — обратился я к мужчинам, — забирайте и транспортируйте к берегу.

By не торопясь подошел к бревну. Взялся за торец. Поднатужившись, приподнял его сантиметров на десять и сразу опустил обратно.

— Великовато бревнышко получилось. Больше полутонны весит. При перетаскивании его на себе можно и спину надорвать. А то и пупок развяжется.

— А разве я употреблял слово переноска, — удивился я, — круглое надо катать!

— Через лес? Как вы это себе представляете?

— Да элементарно. Сейчас катков вам нарежу, и катите себе потихоньку. Подсовываете под бревно три-четыре катка и толкаете его. Сзади освободившиеся катки забираете и переносите вперед.

Прошел к кроне и вырезал из наиболее толстых веток пять метровых бревнышек диаметром около двадцати сантиметров.

— Вперед, с песнями. А мы пошли следующее дерево валить.

Свалили еще пять деревьев. Потом срезали два более тонких, диаметром в комле сантиметров в двадцать, и отрезали от каждого из них по два трехметровых бревнышка. Отнесли их на берег.

Я выдал Гансу моток тонкого углеродного шнура диаметром в пару миллиметров для увязывания плота и занялся веслами и уключинами. Резал нитью из нанотрубок чрезвычайно осторожно, чтобы не обрезаться самому. Трудно работать с инструментом, которого не видишь. Два весла сделал обычными, а третье, кормовое, вырезал более широкое. Собирали плот на тоненьком песчаном пляже под откосом, расположив его так, чтобы треть длины бревен находилась в воде. Иначе у нас просто не хватило бы сил, чтобы столкнуть его в воду.

Шесть бревен были уложены одно рядом с другим таким образом, чтобы комли чередовались с вершинами. Сверху под прямым углом положили четыре тонких трехметровых бревна. Стянули все это шнуром из углеродных волокон. Отверстия под уключины я вырубил тесаком на стыках бревен. Среднюю часть плота устлали толстым слоем лапника. Погрузили рюкзаки. Перекусили на скорую руку. С помощью жердей столкнули плот в воду, попрыгали на него и, отталкиваясь жердями, вытолкали плот на глубину. By стал к кормовому веслу, а мы с Радживом взялись за боковые. Надо было как можно скорее вывести плот на стремнину. Н-Солнце уже приближалось к зениту.

Скорость течения в средней части реки почти всегда больше, чем у берегов. Почти, так как на поворотах стремнина перемещается ближе к приглубому берегу. Мы в этом убедились на собственном опыте. Сначала, когда мы только отошли от берега, скорость течения нас, мягко говоря, разочаровала. Четыре-пять километров в час. Даже пешком можно идти быстрее. На середине реки она была заметно выше, но все равно меньше, чем мы рассчитывали. И только после того, как мы преодолели почти две трети ширины реки, нас наконец подхватило действительно быстрое течение. Точно измерить скорость течения реки в процессе сплавления по ней практически невозможно. Даже при наличии на борту физика-прикладника с целой кучей разнообразного оборудования. Разумеется, By попытался это сделать. Потом еще раз. И еще. Через полчаса сдался, заявив, что она явно больше семи километров в час, но, скорее всего, менее двенадцати.

У меня имелся некоторый опыт сплавления по рекам. На его основании, после долгого наблюдения за берегом, я заявил, что наша скорость десять, максимум одиннадцать километров в час.

Иннокентий не имел ни опыта, ни приборов. Тем не менее, немножко повертев головой из стороны в сторону, он недвусмысленно дал мне понять, что мы двигаемся со скоростью три метра в секунду (10,8 километра в час).

Честно сказать, я был удивлен и поинтересовался — как он это установил. На что котяра продемонстрировал свои усы. Эти антенны, мол, и не на такое способны. Мы ведь движемся не только относительно берегов, но и окружающего воздуха.

Определившись со скоростью и убедившись, что шансы добраться до места вовремя у нас вполне реальные, так как река течет на юго-запад, я занялся рыбной ловлей. Надо ведь хоть раз использовать спиннинг по назначению.

Для начала провел инструктаж по технике безопасности. Всем перебраться на кормовую часть плота. Ни в коем случае не приближаться к спиннингу, как в момент заброса, так и при вываживании добычи. Не размахивать руками и не совать нос куда не следует. Нить, свитая из нанотрубок, выполняющая роль лески, невидима и чрезвычайно остра. Любой контакт с ней может привести к усекновению членов либо конечностей. Это будет не больно, но фатально. И последнее — не доставать рыболова советами. А еще лучше — вообще помалкивать.

Аккуратно прикрепил к блесне тройник, раздвинул телескопические колена — почти метр, и резко взмахнул рукой. Блесна упала в воду метрах в двадцати от плота. Крутить вручную катушку не требуется. Там имеется рычажок, задающий скорость сматывания. Помаленьку выбираю нить. Рывок. Не сильный, блокиратор катушки рассчитан на усилие в один килограмм. Медленно подтягиваю рыбу ближе к плоту. А она, дергаясь, наоборот, увеличивает дистанцию. Постепенно рывки ослабевают, наверняка всю морду себе уже порезала и кровью истекает. Как бы кто-нибудь покрупнее не посчитал мой улов своей добычей. Но обошлось. Подтащив обессиленную рыбину к самому плоту, я мягким, пружинистым движением перебросил ее на бревна. Сразу выбрал слабину нити, смотав ее на катушку.