Телохранитель
Шрифт:
— Что ты сказал? — прошептала она.
На его лице появилось лукавое выражение, но губы растянулись в улыбке:
— Что ты дочь Карлы. Мисс Луккезе, вы вряд ли знаете гуляющие по Палм-Бич сплетни, но мой дед может много рассказать тебе про эти дела. Он много лет был садовником в поместье, а глаза и уши у него слава богу есть. Он всегда называл тебя «маленькая девочка мисс Карлы» и никогда не мог понять, почему она позволила тебя увезти.
Франческа не могла отвести от него изумленного взгляда. Семейная тайна перестала быть тайной. Теперь уже не существовало обета молчания, который они были обязаны хранить.
— Не принимай это близко к сердцу, милая, — прошептал Джон, нежно прижимая ее к себе. — Мне, например, очень нравится узнавать в твоих глазах характер старика Чарли Бладворта, всегда готового обрушиться на своих противников и стереть их с лица земли. Ты здорово гоняла своих телохранителей — я когда-нибудь говорил тебе об этом?
Его губы ласкали ее шею и подбородок.
— Я никак не могу насытиться тобой, — бормотал он.
Она покачала головой:
— Ты не понимаешь, — и обеими руками попыталась отстранить его сильное тело, но он только плотнее прижался к ней. — Ты можешь выслушать меня? Гарри Стиллман сказал, что бывший муж Карлы, Деласи, подал иск в суд…
— Знаю, — сказал Джон.
Его губы и язык нащупали уютное местечко за ее ухом и теперь осваивали его.
— Перестань, — сказала она, пытаясь устоять перед этой лаской. — Ты должен меня выслушать! Мой отец был…
Но он накрыл ее губы.
— Франческа, — прошептал он, не отстраняясь от нее, — я снова хочу тебя. Теперь ты принадлежишь мне, и я собираюсь любить тебя до конца своих дней… — Его смуглое, красивое лицо с блестящими черными глазами пылало страстью. — Все остальное не имеет никакого значения. Ты слышишь меня?
Франческа несколько секунд смотрела прямо ему в глаза. Джон Тартл отнюдь не шутил, он имел в виду именно то, что сказал. И если кто-нибудь из людей и был способен держать свое слово, то этим человеком был именно он.
Она вздохнула, и в ее вздохе не было ни капли сожаления. Выбор сделан, и Франческа знала, что этот выбор верный. Если они вдвоем сумели справиться с трудностями, значит, смогут разделить и счастье, каким бы огромным оно ни было.
Отбросив всякие сомнения, Франческа обвила руками его шею и поцеловала в губы.
— Я люблю тебя, — прошептала она. — Ну почему только я не поняла все это раньше? Тогда бы я не сделала…
— Ни слова больше! — остановил ее Джон, накрыв ее губы пальцем. — Мы с тобой справимся со всем, обещаю тебе.
— А если, — вставила Франческа, — деньги будут нам мешать, мы найдем способ, как избавиться от них!
И, услышав, как он рассмеялся, поняла, что Джон Тартл будет любить ее всю жизнь.