Татуировка
Шрифт:
А он застыл, лихорадочно собирая все внутренние резервы.
И понимая, что , если она еще что-то подобное выкинет, если хоть чуть-чуть пошевелится еще так неоднозначно, то крыша ему сделает ручкой. Быстро и неотвратимо.
И он похерит свой профессионализм, репутацию, пойманный, наконец, дзен, и набросится на беспомощную девчонку прямо на рабочем месте.
И Коул даже на какую-то, очень короткую секунду, позволил себе представить, как бы это было.
Как бы он разодрал к хренам эту ее так легкомысленно нацепленную юбку, как ворвался бы сначала пальцами в сладкую душистую мякоть, такую сладкую, что при одной мысли об этом слюни потекли, как нагнулся бы и попробовал ее на вкус, наконец…
А затем он краем глаза увидел ее удивленный взгляд.
И свою, подрагивающую у нее на талии, руку.
И стало так стыдно.
Так невыносимо плохо от своих грязных мыслей.
Коул убрал руку и вернулся к работе.
И доделал все до конца, как планировал.
Включая порнуху и неосознанно выбирая худеньких, большеглазых актрис с нежной, покрытой золотистыми веснушками, кожей, Коул думал только о том, где ему взять силы еще на один сеанс через неделю.
И еще о том, что Роби, не иначе, ангел - хранитель помогает, раз ей удалось сегодня свалить от него неоттраханной.
И еще немного о том, что в следующий раз ей точно не повезет, если она опять напялит эту нимфеточную юбчонку.
5
Роби дико пожалела, что позволила уговорить себя на это.
Хотела быстрей добраться, теперь терпи, дура, терпи!
С утра ей необходимо было срочно в институт, а затем на последний сеанс к Коулу.
Как назло, руководителю кафедры не терпелось обсудить с ней перспективы ее дальнейшего обучения и , возможно , работы в институте.
В любое другое время Роби с удовольствием задержалась бы, но не сегодня!
Но пришлось. Она все таки думает и о своем будущем, а не только о горячих руках мастера Рена.
В итоге она опоздала на автобус, и, нетерпеливо пристукивая ногой, ждала следующего, когда к остановке с шиком подкатила низкая серебристая машина с хищными очертаниями, и сокурсник Роби, придурок Пол Дэниэлз, прокричал, не вылезая из-за руля
– Роби, детка, чего стоишь , танцуешь? Прыгай, довезу!
Роби демонстративно отвернулась в другую сторону, но Дэниэлз выбрался из машины и проявил настойчивость.
Роби немного подумала, сомневаясь, принимать ли помощь от этого озабоченного урода, уже несколько лет безуспешно пытающегося затащить ее в койку, но автобуса на горизонте не было, а время уходило. Опаздывать к Коулу она не хотела ни в коем случае.
В итоге, уже проехав полпути до салона, она готова была выпрыгнуть из машины и пешком идти, только бы не слышать плоских шуточек , похоже, серьезно возбудившегося Пола, не терпеть его сальных взглядов на ее голые коленки. Роби жалела, что не надела джинсы, но из чистых вещей в доме оставался только джинсовый комбинезон с короткими шортами и широкими лямками, под который она надела простенькую маечку.
Лифчик тоже не стала искать, все равно под лямками не сильно видно, особенно с ее маленькой грудью, зато потом легче одеваться, пояс и бретели не впиваются в пораненную иглой кожу.
Теперь же, периодически ловя жадные взгляды поганца Пола то на своих коленках, то на груди, где, как назло, оттопырились лямки комбеза, а маечка внезапно оказалась предательски тонкой и ничего не скрывающей, Роби мучительно краснела, злилась и призывала все силы на помощь. Чтоб вытерпеть дорогу. Потому что сама дура. Не надо было вообще садиться к нему.
Доехали, как ни странно, без приключений, хотя Роби уже готовилась к тому, что Пол начнет разговор о том, чтоб куда-нибудь заехать. Или заедет, не спрашивая ее, козел.
Но Пол , стрельнув веселым взглядом в мрачную фигуру курящего на крыльце Рена, лишь силой притянул к себе не ожидавшую такого Роби , чмокнул в щеку, сказал: “Пока, малыш”, и газанул прочь.
А Роби осталась стоять на тротуаре и глядеть в совершенно черные страшные глаза Коула.
*********
Нет, ну о чем он думал, идиот? Чего он ждал? Что у такой девочки не будет парня? Ухажера?
Да на нее же даже смотреть тяжело, потому что хочется сразу не смотреть, а трогать. Везде. Пробовать на вкус. Тоже везде. Хочется просто схватить и не отпускать, утащить к себе, и чтоб никаких вокруг смазливых пидоров на папочкиных тачках!
Девчонка что-то бормочет, оправдываясь, но Коул не слушает.
Слишком сильна злость.
На себя в первую очередь. Вот кретин-то, ну надо же!
На нее, конечно, тоже.
Вы только посмотрите, как вырядилась! Нимфетка, бля! Этот комбезик в просвечивающей маечкой просто персональный поезд в ад! Скорый поезд. Экспресс, бля!
А он-то думал, что юбочка ее - это зло!
Вот оно - зло!
Вот эти вот гладкие стройные ножки , которым место только на его плечах, - зло!
Вот эти темные острые соски, так отчетливо дразнящие его через тонкую майку, - зло!
Вот эти вот огромные нежные глазки, так доверчиво и немного испуганно глядящие на него…
Коул задохнулся окончательно, закашлялся, отворачиваясь от Роби и мотая ей головой в сторону двери.
Девушка понятливо кивнула и шмыгнула внутрь.
А Коул, отдышавшись, закурил еще одну.
Этот сеанс будет тяжелее всех. Блядь.
**********Роби стояла, прижав майку к груди, и терпеливо ждала, когда Коул закончит обрабатывать ее уже готовую татуировку.
Все это время она честно терпела, не смотрела на свою спину.
Гадала, что же там такое?
Явно там не будет ничего похожего на тот рисунок, что изначально хотела она.
Но что же?
Цветы?
Крылья?
Черепа?
Она никак не могла угадать вкус самого мастера. На его рукавах было набито огромное количество всего на свете, на шею выходили стебли какого-то экзотического растения. Или щупальцы неведомого существа?