Чтение онлайн

Спенсер приложил пальцы к виску. Преданность Амелии брату восхищала – она являлась одной из причин, по которой Спенсер решил на ней жениться, – но ее попытки защитить лишь причиняли ему вред. Нет, Спенсер просто не мог позволить, чтобы Джек спустил его деньги в самых грязных борделях Лондона или еще того хуже…

– Деньги находятся в доверительной собственности. Я не могу просто так отдать их тебе. Так не делается.

– О, я уверена, что ты можешь сделать исключение, если захочешь. Ты с легкостью выписываешь чеки, когда это нужно тебе. – Амелия бросила взгляд на стену, возле которой они только что занимались любовью. – Я свою часть сделки выполнила.

Спенсер едва не задохнулся от гнева, что придало его словам язвительности.

– Ты пока не беременна. Так что я ничего тебе не должен до тех пор, пока мой сын не появится на свет.

– Половину, – ошеломленно произнесла Амелия. – Я требую половину этих денег в качестве аванса. Или никакого сына не будет.

– Да что за бес в тебя вселился? Оказываешь мне любезности за деньги, как обычная уличная шлюха? Этот разговор унижает тебя, Амелия. Он унижает нас обоих.

– Ты вынудил меня! – По щеке Амелии скатилась слеза. – Неужели ты совсем не способен на сострадание? Лео погиб, когда проходил там, где часто бывает Джек. Мой брат вполне мог оказаться на его месте. Я не собираюсь сидеть на месте и ждать. Ведь может быть слишком поздно. Да, я готова продать собственное тело, лишь бы спасти его. Да я жизнь свою отдам, если потребуется. – Отвернувшись, Амелия закрыла лицо руками.

С губ Спенсера сорвался вымученный вздох. Он подошел к жене и обнял ее за плечи. Амелия попыталась отстраниться, но Спенсер не отпустил ее и погладил по спине.

– Джек не заслуживает такой преданности.

– А кто заслуживает? – Амелия перестала вырываться и уткнулась лицом в жилетку мужа. – Ты не можешь просить меня о том, чтобы я перестала любить его. Это нечестно.

Спенсер сжимал жену в объятиях, пока она плакала, пытаясь примириться со сделанным им самим же выводом: он не может просить Амелию перестать любить брата, как не может он просить ее о том же в отношении себя. Спенсер на мгновение позволил себе представить, каково это знать, что Амелия сделает все, что угодно, ради него. Отдаст последнее, отдаст свое тело… и даже жизнь, если потребуется. Если бы ему выпала удача стать объектом ее любви и обожания, он на месте Джека навсегда забыл бы дорогу в игорные дома.

От него требовалось лишь дать Джеку денег, и тогда в глазах Амелии он снова станет хорошим. Но ведь все повторится сначала. Рано или поздно Джек вновь появится на пороге их дома, промотав полученные деньги, и начнет раздавать обещания измениться в обмен на небольшую сумму. Спенсеру придется отказать ему, и Амелия вновь расплачется…

Никакие доводы и объяснения не заставят ее изменить свое мнение сейчас. Она слишком жалостлива и добросердечна, чтобы разорвать этот порочный круг. Поэтому Спенсеру не оставалось ничего другого, как играть роль высокомерного бесчувственного негодяя. И все ради нее.

– Спенсер, прошу тебя. Если бы ты только мог поговорить…

– Нет, – решительно прервал жену Спенсер. – Это даже не обсуждается. Я принял решение. И не могу, находясь в здравом уме, дать твоему брату денег. Теперь, когда Джек это понял, он первым разорвет с тобой отношения. Вот увидишь.

Амелия плакала еще некоторое время. Спенсер опять подставил бы ей свою жилетку, но она оттолкнула его. Поэтому он стоял рядом, неловко переминаясь с ноги на ногу, и смотрел на ее слезы. Какой жалкий способ провести четверть часа.

– Ну? – спросила наконец Амелия, скрестив руки на груди. – И что теперь?

– А теперь мы поедем в Брайербэнк. И чем раньше, тем лучше.

По крайней мере Спенсер мог предоставить ей хоть какое-то утешение. А именно лето в столь дорогом ее сердцу коттедже.

– Теперь, когда жетон Лео у меня, мне, как никогда раньше, необходимо встретиться с Беллами и Эшуортом и обсудить наши дела.

Амелия смотрела на ковер, и Спенсер понял, что в ее душе происходит борьба. С одной стороны, ей ужасно хотелось вновь увидеть родовое гнездо, но в то же время она собиралась взбунтоваться. Пусть у Спенсера не было пока ключа от ее сердца, зато он знал пять слов, способных успокоить Амелию и делающих возможным заключить с ней перемирие. Этими словами всегда пользовался Джек, и работали они безотказно. Поэтому Спенсер выложил козырную карту.

– Амелия, мне нужна твоя помощь.

Черты лица его жены тотчас же смягчились. Господи, все оказалось настолько просто, что в груди Спенсера шевельнулось чувство вины. Амелия жила для того, чтобы помогать всем вокруг. Причем порой доходило до того, что ради других она готова была отказаться от собственного счастья. Наверное, с его стороны было низко использовать это в своих интересах, но в противном случае он потерял бы Амелию…

Амелия отерла глаза тыльной стороной ладони.

– Разве Джек не сказал тебе? Брайербэнк уже сдали на лето. Поэтому тебе придется пересмотреть первоначальный план.

– Не придется.

На лице Амелии отразилось недоумение.

– Почему?

– Я… – Спенсер вздохнул. Прекрасно. Теперь ему приходится лгать. Он ненавидел ложь, но если сказать сейчас правду, Амелия все истолкует неверно. И тогда он лишится даже тех остатков уважения, которое она к нему все еще питала. – Я предложу этим людям лучший вариант. Ты все еще хочешь учиться верховой езде?

«Все еще хочешь проводить время со мной?»

Амелия покачала головой:

– Если мы хотим уехать как можно скорее, я буду очень занята. – Она посмотрела на дверь. – Пожалуй, мне стоит начать писать письма.

И все же она не двинулась с места. Амелия стояла, смотрела на дверь и ждала, чтобы Спенсер что-нибудь сказал. Это походило на экзамен, а Спенсер все свое детство боялся таких вот устных экзаменов. Он всегда говорил невпопад.

– Амелия… – Спенсер медленно выдохнул. – Мне нужен наследник. Но как ты сказала, я уважаю наш уговор. Если, родив мне сына, ты не захочешь со мной жить… – Спенсеру ненавистна была сама мысль об этом, но у него в запасе имелся почти год, чтобы заставить Амелию передумать. – Я отдам тебе все твои деньги, которые хранятся в трастовом фонде, и обеспечу тебя отдельным домом.