Чтение онлайн

— Лучше остановись совсем. Кажется, это то самое место.

— Вы же сказали, все договорено.

— Да, но я здесь впервые, а вдруг заплутали? Виктор Иванов вынул из кармана фонарик и посветил на карту, разложенную на коленях.

— Может, свет включить? — предложил шофер.

— Нет, не надо.

Иванов чувствовал себя неуютно. До этого указателя еще можно было выкрутиться, останови их милиция или таможенники, но пропусков на въезд в погранзону у него не было.

«Обещал же встретить, стервец!» — подумал он о Саванюке, с которым два дня тому назад разговаривал в Браславе.

Рисковать грузом не хотелось: три фуры пиратских компакт–дисков, аудио- и видеокассет — это целое состояние, если умело им распорядиться. Виктор Иванов истратил на их покупку все свободные деньги, которые у него имелись. Сделка обещала стать выгодной, весь товар у него оптом забирали в Даугавпилсе, а деньги переводили на счет латышского банка.

После того как деньги поступят на счет, Иванов задерживаться ни в России, ни в Беларуси не собирался. Он уже спинным мозгом чувствовал: приближаются худшие времена, которые лучше переждать за границей.

Иванов впервые вез товар по этому маршруту и поэтому волновался. Особой подстраховки у него не было, о Саванюке он узнал от одного из своих знакомых, который регулярно переправлял компьютеры «желтой» сборки в Латвию. Делиться деньгами Виктор Иванов ни с кем не захотел и самостоятельно отыскал Саванюка, действуя на свой страх и риск.

«Где же он? — недоумевал Иванов. — Может, случилось что?»

Он до боли в глазах вглядывался в вагончик, за окнами которого не наблюдалось никакой жизни — ни звуков, ни света. Выходить из машины боялся, так и хотелось попросить об этом шофера. Но следовало сохранять субординацию: владелец груза — главный, он и должен улаживать конфликты.

Дрожащими руками Иванов сложил карту. Больше всего он боялся встретить рассвет в приграничной зоне.

«Может, зря я пожалел сразу денег Саванюку дать?» — с досадой подумал Виктор и погасил фонарь.

Когда дверца распахнулась, в теплую кабину тут же пахнуло ночным холодом. Поежившись, запахнув куртку, Иванов бросил шоферу:

— Подожди, — как будто бы тот собирался куда-то ехать, и неумело спустился с высокой подножки опостылевшего ему за долгую дорогу грузовика.

Ветер тут же задрал капюшон, бросив его на голову. В ярком свете фар Иванов чувствовал себя неуютно.

«Хорошо, хоть погода портится», — подумал он, взглянув на беспросветно–черное небо, в котором угадывалась приближающаяся гроза.

Дорога словно вымерла, даже вдалеке не виднелось ни одной машины. Больше всего Иванов боялся увидеть на двери вагончика тяжелый навесной замок, тогда бы он не знал, что и предпринять. Не заночуешь же с опасным грузом в чистом поле, утром не объяснишь милиции и таможенникам, почему не разгрузился в Браславе, а поехал в сторону границы?

Замка на двери не оказалось. Иванов коснулся холодной влажной ручки и потянул на себя дверь. Та подалась с трудом, скрипнув на ржавых завесах.

— Эй, — негромко сказал Иванов, боясь переступить порог, — есть тут кто-нибудь?

Из умывальника мерно капала вода в широкий алюминиевый таз, заполненный грязной водой, в которой плавали пара окурков и раскисшая банановая кожура. Половина вагончика тонула во мраке, половину освещали фары головного «КамАЗа», бившие прямо в окно. Нащупав выключатель, Иванов щелкнул клавишей.

Теплый желтый свет лампочки накаливания, укрепленной на стене, залил вагончик, И только теперь Виктор Иванов увидел человека, лежавшего на обтянутом дерматином топчане. Сперва Иванову показалось, что человек мертв, такой неестественной была поза; поэтому он вздрогнул, когда «мертвец» зашевелился и сел на топчане, усиленно протирая заспанные глаза кулаками.

— Какого хрена? — пробормотал Саванюк, поплевав на ладони и пригладив взъерошенные за время спанья волосы. — А, это ты? — проговорил он, поднимаясь навстречу гостю.

— Машины стоят, ждем. Саванюк взглянул на часы.

— Мы когда договаривались встретиться? — позевывая, спросил он.

— В час ночи.

— А сейчас сколько?

— Два.

— Тебе еще повезло, что я спать прилег, — рискуя разодрать рот в зевоте, сказал Саванюк. — Обычно я больше двадцати минут клиентов не жду, а тут вздремнул, — ладонь Саванюка показалась Виктору Иванову прямо-таки раскаленной после сна. — Посмотрим, что ты там привез.

Полковник подошел к столу и, запрокинув голову, влил в широко раскрытый рот четверть графина немного мутной, застоявшейся воды. Он пил жадно, не отрываясь, а затем перевел дыхание и промокнул губы рукавом камуфляжной куртки.

Затем, словно бы забыв о существовании Иванова, вышел на дорогу и, приложив ладонь ко лбу, всмотрелся в «КамАЗы».

— Чего они у тебя свет зря жгут? Еще, чего доброго, милиция заметит.

— А что, с милицией какие-нибудь проблемы? — испуганно сказал Иванов, покосившись на Саванюка.

— Не было бы проблем, ты ко мне не обращался бы, — рассмеялся полковник, подходя к дверце водителя. — Ты только подфарники оставь, а фары выключи.

Он прошел и к двум другим машинам, заглядывая в кабины, пытаясь определить, нет ли там лишних людей, и остался доволен. Всего четверо — три шофера без сменщиков и хозяин груза.

— Значит, четверо, — пробормотал он.

— Что вы сказали? — Иванов никак не мог побороть в себе желание называть Саванюка на «вы», хотя тот обращался к нему исключительно на «ты». Все-таки служба в армии, должность полковника позволяли Саванюку держаться с достоинством, на расстоянии. Он умел дать почувствовать людям, что те зависят от него, умело держал дистанцию.

Когда фары погасли, дорога перед машинами стала видна всего на каких-нибудь десять метров.

— Мы с тобой в головную машину сядем, а те ребята пусть не отстают. Потеряются, хрен потом дорогу без меня найдут.

Иванов первым залез в кабину «КамАЗа», сидеть ему пришлось на раскаленном, подрагивающем капоте, пыльном и грязном.

— Трогай, — сказал Саванюк. Выглядел он спокойно, уверенно.

«КамАЗ» дернулся и медленно пополз по дороге. Водитель боялся зазеваться и съехать на обочину.