Чтение онлайн

Талейраны были людьми знатными, и их девизом было следующее изречение: «Нет другого короля, кроме Бога» (Re que Diou). Некий Эли де Талейран, сеньор де Шале, был камергером при короле Карле VI, правившем во Франции в 1380–1422 годах.

Но Талейраны были небогаты. Более того, «они испытывали крайнюю нужду в деньгах» [8] .

Дочь Жозефа Франсуа д’Антиньи де Рюффэ принесла своему мужу только небольшую ренту — всего 15 тысяч ливров [9] . Не имел состояния и Шарль Даниель. Супруги были всецело поглощены своей службой при дворе (граф де Перигор был одним из воспитателей дофина, а его жена исполняла обязанности статс-дамы, и они постоянно находились в разъездах между Парижем и Версалем).

Талейраны были воинственны и непокорны. С красного щита их родового герба хищно взирали на мир три золотых льва в лазурных коронах и с раскрытыми пастями.

Небольшая улочка Гарансьер (ее длина едва превышает 200 метров), на которой появился на свет герой этой книги, затерялась где-то в VI округе Парижа. Она существовала уже в начале XV века, а Талейранам принадлежал на ней дом 4. Отметим, что этот дом неоднократно перестраивался, но зато сейчас он выглядит примерно так же, каким он был 7 марта 1754 года, вдень, когда здесь родился будущий великий дипломат.

Шарль Морис был вторым ребенком в семье графа де Перигора.

Шарль Даниель де Талейран-Перигор и Александрина де Дама д’Антиньи де Рюффэ поженились 12 января 1751 года, и первым (18 февраля 1752 года) у них родился сын, которого назвали Франсуа Жаком (по некоторым источникам — Александром). К несчастью, в 1757 году болезненный Франсуа Жак умер, и Шарль Морис стал старшим ребенком в семье, где в 1762 году родился его брат Аршамбо, в 1764 году — еще один брат Бозон, а в 1771 году — сестра Луиза, прожившая всего один день.

Шарля Мориса крестили в ближайшей от дома церкви Сен-Сюльпис. Крестным отцом был его дядя по отцовской линии Габриель Мари де Талейран, граф де Перигор, генерал-лейтенант королевской армии и основатель старшей ветви Талейранов [10] , а крестной матерью — бабушка, маркиза д’Антиньи, урожденная Мари Жюдит де Вьенн.

Многие биографы Талейрана говорят, что «мальчика никто не любил, никто на него не обращал никакого внимания» [11] .

О правомерности подобного заявления говорит хотя бы тот факт, что прямо по выходе из церкви кормилица — женщина не самая образованная — увезла ребенка к себе в парижское предместье Сен-Жак.

Отметим, что в те времена почти все аристократические семьи отдавали своих детей кормилицам. Платили им за это немного, дети постоянно болели, нередко умирали. Философ Мишель Монтень даже написал в одном из своих «Эссе»: «Я потерял двоих или троих детей у кормилицы, не без сожалений, но и без особой досады» [12] .

Детская смертность в те времена и в самом деле была очень высока, и подобные факты не считались необычными. «Естественный отбор» шел своим чередом, а безграмотные кормилицы нередко месяцами не сообщали родителям о судьбе их малышей. Сейчас это выглядит дико, но тогда люди к этому Просто привыкали и считали происходящее нормальным.

По одной из версий, в возрасте трех лет, когда кормилица оставила Шарля Мориса без присмотра, он получил серьезную травму правой ноги. Считается, что произошло это следующим образом: кормилица оставила малыша на комоде, он упал с него и серьезно повредил ногу. Родители долго об этом не знали. Необходимого лечения, естественно, не последовало, ступня искривилась — и Шарль Морис на всю жизнь остался хромым.

По другой версии, эта история «выдумана от начала до конца, но этой легенды Талейран придерживался всю жизнь (правда, иногда он говорил, что его укусила заблудившаяся свинья, когда кормилица отвлеклась поболтать с приятелем)» [13] .

Жорж Тушар-Лафосс и некоторые другие биографы Талейрана уверены, что он «появился на свет хромым» [14] .

Сейчас уже практически точно установлено, что Шарль Морис страдал от наследственной болезни, которая называется «синдромом Марфана» [15] .

Окончательную точку в этом вопросе поставил профессор медицины Мариус Лашерец [16] . Он подробно разобрал случай Талейрана, а потом историки нашли свидетельства тому, что аналогичный врожденный дефект имел и еще один его родственник — Габриель Мари де Талейран, граф де Перигор.

Итак, Талейран был хромым с рождения, а если падение с комода и имело место, то оно лишь усугубило его недуг, но не было его причиной. Во всяком случае, биограф Талейрана Дэвид Лодей, ссылаясь на мнение хирургов, утверждает, что «кости редко ломаются или серьезно травмируются в таком возрасте» [17] .

Как бы то ни было, до конца жизни передвигаться Шарль Морис мог «только при помощи костыля, с которым не расставался, и ходьба была для негодовольно мучительным процессом. Его правая сломанная нога была всегда в каком-то специально сделанном кожаном сапоге, похожем на кругловатый футляр» [18] .

Физическая ущербность не только лишила его права первонаследия, которое должно было перейти к нему после смерти старшего брата Франсуа Жака, но и закрыла путь к военной карьере.

Младшие братья Аршамбо и Бозон воспитывались в семье, и, скорее всего, Шарль Морис завидовал им, но этого он никогда в жизни не показывал. У него вообще были достаточно холодные отношения с братьями…

В семье Шарля Мориса было много военных, а его дед, бригадир королевской армии Даниель Мари Анн де Талейран-Перигор, погиб в 1745 году при осаде Турне. И отец Шарля Мориса еще молодым человеком был полковником гренадеров. В декабре 1762 года он стал бригадиром королевской армии, а в январе 1784 года — генерал-лейтенантом.