Табу
Шрифт:
– А мама влюбилась? – тихо спросил я
Нина посмотрел на меня так, словно забыла, что только что сказала. А когда осознала, ее глаза широко распахнулись:
– Не важно.
– Мне важно, – мой тон звучал просяще, умоляюще, и мне не было стыдно за это.
– Сейчас для меня главное, чтобы мальчишки нормально пережили развод.
– А разве здесь, где их можно отвлечь чем угодно, не будет лучше? – Я развел руки в стороны.
– Нет. Не будет. Сережа узнает, и тогда начнет говорить детям про меня гадости.
– А ты не будь Матерью Терезой. До судебного решения не разрешай встречаться.
– Я обещала, что не буду препятствовать общению отца и детей.
– А отец ведет себя адекватно? Я слышал через стену, как он орал. И это по телефону. Человек в таком состоянии только навредит парням. Ты об этом думала? – я старался не быковать, говорить мягко, но получалось плохо.
Нина опустилась на постель, понурив голову:
– Думала. Но что делать?
– Не надо стараться всем угодить. Подумай немного о себе.
– Если не дам им встречаться – это лишь разозлит Сережу.
– Пусть злит. Я смогу вас защитить.
– Это еще больше его выбесит. Дети ходят в школу. Он может их подкараулить и увезти силой. Знаешь, сколько таких случаев? – в глаза Нины отразилась паника.
– Переведи их на дистанционку на несколько месяцев. Купим им по ноутбуку, места много. Пусть сидят, учатся, днем гуляют, рыбачат, играют. Здесь они будут в полной безопасности. Сережа сюда даже подобраться не сможет. Мы – оборотни, хорошо защищаем свой клан. Я состоятельный, ты сможешь взять паузу по работе.
– Ты предлагаешь ребятам жить среди… оборотней?
–Ты же признала, что я нормальный и тебя не обижаю? Другие такие же. А мальчикам объясним, что можно говорить, а что нельзя и почему. Они смышленые, все поймут.
Нина слушала меня и качала головой.
– Нет. Еще с целым кланом оборотней я не справлюсь. Мне бы развод осилить.
– И куда ты сейчас?
– Для начала в гостиницу. Потом сниму квартиру. По поводу дистанционки мальчишек – хорошее предложение. И да, пока Сережа в таком состоянии, с детьми ему лучше не видеться, ты прав.
– Я помогу тебе с судом. У нас есть связи. Везде.
Нина задумалась, а потом ответила:
– Не надо. Нет повода думать, что с судом будут проблемы.
– Нин, позволь мне помочь.
– Я должна справиться со всем сама. Иначе как я собираюсь жить с мальчиками?
– Да зачем сама?! Зачем мучаться?! – Я боролся с желанием треснуть кулаком по шкафу.
– Потому что это мои дети и моя жизнь.
– И мне в ней места нет?
Нина долго смотрела на меня, словно подбирала слова.
– Пока нет.
И быстро встала, застегнула чемодан и пошла собирать мальчишек. Я плелся следом, разрываясь между желанием заколотить дверь дома и окна и пониманием, что силой не удержишь. Душа ныла так, что хотелось орать.
– Давай отвезу, – предложил я.
Пусть весь транспорт убрали с зоны видимости и сейчас выбраться отсюда для Нины стало бы проблемой, я почему-то знал, что она пойдет скорее пешком до трассы, чем останется. Поэтому снова написал Тени, только уже с просьбой одолжить машину. Вновь. Моя-то осталась у мюзикл-холла.
– Спасибо, – согласилась Нина.
– Я знаю одну хорошую гостиницу. Хочешь, отвезу туда?
– Ее тоже держат оборотни?
Я промолчал, предчувствуя реакцию. Все, что я не предлагал, отметалось. Нина словно отвергала мое малейшее присутствие в ее жизни.
Я взялся за ручку чемодана, который держала моя истинная. Я не мог схватить ее саму, но мог хотя бы удержать этот ящик на колесах.
Нина потянула чемодан на себя – я не отдал.
Опыт во мне кричал: “Отпусти, а то испугаешь”
Стоило мне представить, как этот дом опустеет, как хотелось живьем Сережу закопать. И я не мог гарантировать, что не съеду с катушек и сотворю что-нибудь ужасное. Я – наемник. Не плюшевый медведь.Зверь во мне рычал: “Не отдам”.
Я посмотрел на мальчишек, изо рта выскочил колючий вопрос:
– Ребята, как думаете, мама, живя с папой, счастливая?
Матвей поднял серьезный взгляд, а вот Макар словно и не услышал вопроса. Оба молчали.
Слишком тяжелый вопрос для ребятни? Или Нина хорошо скрывала свои чувства?
– Скала! – Нина тоном предупредила меня, что не стоит продолжать.
Я посмотрел на нее умоляюще. Попытался передать взглядом, что не могу молчать. Просто не могу. И отпустить не могу.
– Нин, расскажи детям правду здесь.
– Какую? – тут же спросил Макар.
Нина с укором посмотрел на меня, и я понял – пожалею о своем поступке.
– Потом все-все расскажу, – заверила Нина убаюкивающим тоном, как говорят с маленькими детьми.
Я ввернул свои мысли, боясь, что мне больше никогда не дадут права голоса:
– Ваши мама с папой никуда не денутся, они будут у вас всегда. И они так же любят вас, как и любили. Просто они больше не любят друг друга.
– Скала! – Воскликнула Нина, пытаясь вырвать чемодан.
Понимаю, что делаю глупость, но иначе зверь сорвется. Или так, или совсем потеряю контроль над собой. Я эгоистично хотел, чтобы разговор состоялся здесь и сейчас, при мне. Чтобы я знал, как он пройдет. Чтобы видел реакцию пацанов. Чтобы помочь истинной и ее сыновьям тем, чем могу.Я не отдал. Не отпущу. Не могу.