Табу
Шрифт:
– Пошли в дом? – спросил Скала.
– Пошли.
Справедливости ради, конечно, надо все прояснить. Но как же это страшно!
Скала***
Мы готовили рыбу с Ниной под болтовню Макара и Матвея. Парни отказались делиться с соседями и придумали план: разделанную рыбу хранить в холодильнике и есть постепенно.
Я заметил, что моя пара все больше уходит в свои мысли, все больше хмуриться, а взгляд бегает все быстрее. Как бы я не хотел отложить разговор, похоже, дальше некуда.
Но делать из этого целое мероприятие, чтобы увести Нину в тихий угол и с безумным напряжением открыть все карты, я не собирался. Пацаны могут мне здорово помочь, о чем даже не догадываются. А вот мопс, который жмется к ногам истинной и смотрит на меня так, будто я и его сейчас разделаю, очень даже мешает.
Но собаку я ликвидировал с помощью косточки и отведенной для него каморки под лестницей, которую Босс тут же за собой закрыл, наконец-то почувствовав себя в безопасности.
И когда пес перестал портить мне репутацию, разделывая очередную рыбешку, я спросил ребят:
– Помните, как я по стенам лазил?
Нина вздрогнула и посмотрела на меня. Похоже, про этот факт она забыла, и сейчас плюсовала к полученной информации.
– Да! – Макар ту же сел поближе.
Матвей подошел и посмотрел на мои руки:
– Но чем вы цепляетесь?
Мальчишки тут же подхватили:– Руками.
– Я тоже хочу!– А меня научите?
– Вас я могу научить скалолазанию, но не домолазанию.
Макар надул губы и отодвинулся от меня, а потом и вовсе отошел.Матвей продолжал смотреть на руки, а потом спросил:
– А где то чудище с огорода? В лес убежало?
Неожиданный вопрос. Нина вон – во все глаза на меня смотрит и на ребят.
– На самом деле, это не чудище огородное, а очень милый лысый мишка, – начал я добрейшим тоном.
У моей пары дернулся глаз. Ой-ей, нужно осторожно подбирать слова.
Мальчишки вновь прилипли ко мне, и я протянул руку:– Медведь? – Лысый? А можно потрогать.
– На. Трогайте. Тот медведь – это я.
Макар посмотрел на меня с большим разочарованием, Матвей отвернулся и ушел на кресло.
– Враки, – послышалось оттуда.
– Не надо! – тут же шагнула ко мне Нина, выставив руку, словно боялась, что я ради бравады обернусь прямо здесь и смертельно напугаю пацанов.
– Не буду, солнышко. – Я поймал ее руку и поцеловал в тыльную сторону ладони.
Нина вздрогнула, убрала руку и очень плавно шагнула назад.
– Но это правда. И я нормальный. Вот, смотри, из плоти и крови. И контролирую своего зверя. Я – оборотень, – сказал я за один выдох.
Нина издала нервных смешок и отвернулась жарить рыбу. Тут же подлетели мальчишки:
– Что? Оборотень? Покажи-докажи!
Моя пара отложила лопатку с громким стуком и повернулась:
– На надо.
Я спросил у Нины:
– Могу я осторожно показать когти? Заодно убедитесь, что я полностью себя контролирую, раз частично трансформируюсь.
Не буду говорить о том, что недавно как раз-таки зверь взял вверх. Нина-то теперь рядом, так что и животная половина под контролем. А вот если она уйдет… Ух, даже думать не хочу, что тогда будет.
Мальчишки обхватили мою руку своими и орали:
Нина убрала руки ребят от моих, и у меня все заболело от этого оберегающего от меня жеста.– Давай! Давай! Когти! Когти!
– Давай, – неожиданно попросила истинная, взяв мальчишек за руки и сосредоточенно глядя мне на руку.
Я выпустил черные медвежьи когти.
– Вау! – Макар не выдержал и вырвался из маминой хватки, чтобы потрогать когти.
– Они не острые? – тут же спросила Нина.
Ее материнские чувства играли мне на руку. Она даже раньше моего ответа сама протянула руку и попробовала, прежде чем разрешать ребятам.
Наши взгляды с ней встретились. В ее глаза отразилось столько мыслей, столько чувств, что я не мог предположить, что же будет дальше. Какой приговор она нам вынесет.
Рыба зашкварчала, и девушка тут же повернулась к плите, перевернула рыбины. А мальчишки засыпали меня кучей вопросов:
– Это потому что ты лысый? А если я побреюсь, тоже так смогу? – спросил Матвей.
– Ресницы сбривать надо тоже? И брови? – уточнил Макар.
– Мальчики! – строго осекла их Нина, а потом посмотрела на меня и спросила: – Ну, а правда, почему… так?
– Я таким родился. Вот вы кудрявые, а я оборотень.
– М-м-м, – промычала Нина.
И я так и не понял по ее мычанию, сбежит ли она при первой возможности или еще подождет.
Зазвонил телефон моей пары. Нина посмотрела на экран, но не ответила на вызов. Следом мобильник Матвея разразился мелодей, и парень тут же ответил:
– Да, пап? Мы у дяди Скалы! Представляешь, у него из руки вылезают когти, и, вообще, он – оборотень!
Глава 18
Нина
Матвей – голова два уха!
Секреты у тебя совершенно не держатся, как и монеты в копилке.
И мне бы обрадоваться, что кто-то еще будет в курсе, что мы оказались в доме с оборотнем, но я испугалась. Не за себя и детей, а за Скалу.
Я не ощущала от него угрозы. Тело за этот день расслабилось и не хотело уходить, один только мозг вопил, что так нельзя. Что здесь происходит какая-то жуть. Что у меня дети, и мне надо бежать.
Но как только секрет узнал Сережа, я перепугалась за Скалу. Что, если он сейчас устроит из этого места ад на земле? Этот зеленый уголок, который Скала так бережно восстановил, снова погибнет? Этот дом, где столько сделано руками мужчины, станет в дырочку? А сам хозяин… Что будет с ним?