Сын соперника
Шрифт:
У Квенион захватило дух, а сердце было готово выпрыгнуть из груди.
Наше будущее, сказал принц. Она уже видела его перед собой.
Энглей дала Чиерме ключ к решению его небольшой проблемы. Это должно быть связано с преданностью, искать следует там… Он был Избранным и навсегда им останется, несмотря на все попытки стать кем-то другим. Любимым кем-то… И единственная возможность добиться своего – присоединиться к Кевлерену.
Это и было главной задачей. Кевлерены остались только в Хамилае. Ривальд же пал так низко, что начал заискивать и молить изгнанного принца о спасении. Он, предавший свою первую госпожу, оказался предан новой хозяйкой, республикой, на алтарь которой так много пожертвовал.
Чиерма еще раз взглянул на лист бумаги со списком воинских подразделений, находившихся под командованием губернатора провинции Геймвальд. Слишком мало, чтобы эффективно охранять границу. Тогда зачем даже пытаться?
Чиерма улыбнулся, взял карандаш и стал делать пометки.
Глава 13
Гош и его драгуны остались в полном одиночестве у подножия Седловины. Под проливным дождем они чувствовали себя утопающими мышатами. Поля в округе быстро превращались в огромные грязевые болота, а ливень словно и не собирался стихать. Полковник приказал большинству кавалеристов возвращаться в казармы, а сам с маленьким отрядом остался на месте на случай, если кто-либо из колонистов или «истинных» граждан решит вернуться и продолжить конфронтацию.
Было очень мокро и холодно, к тому же темнело. Гош завернулся в плащ, пытаясь спрятаться от дождя. Большую часть жизни полковник радовался тому, что он – солдат… но только не в такие минуты.
По пути назад Эриот не произнесла ни слова. Впрочем, дождь лил с такой силой, что вопрос о продолжении разговора отпал сам собой.
Они с Арденом сидели посередине лодки, никто из них не греб: Эриот не позволял рост, а Арден был так силен, что сбивал бы остальных гребцов с ритма, и лодку могло закружить в водовороте.
Когда добрались до берега, девушка оттащила великана в сторону под навес временного зернохранилища.
– Кто контролирует Цитадель? – требовательно спросила Эриот. – Наши?
– Кто?.. Ну, Гэлис Валера, Гош Линседд, Кадберн Акскевлерен и солдаты, находящиеся там, если их можно считать нашими, – пробурчал Арден.
– Наши – это те, кто выступил против советника, возглавлявшего «истинных» граждан.
– Кайсор Неври, насколько я расслышал. О чем задумалась?
– О том, что нужно быть осторожнее, вот и все. Мы оказались не готовы к тому, что произошло сегодня утром.
– Никто не ждал, что события начнут разворачиваться так быстро… по крайней мере не раньше, чем станет ясно, готовит ли Ривальд новое нападение.
– Нервы натянуты до предела по обе стороны пролива. Мы не можем гарантировать, что столкновения не начнутся в ближайшее время. Надо держать ситуацию под контролем, иначе мы все потеряем. Стратег и остальные не могут официально принять чью-либо сторону. А это нас не устраивает.
Несколько минут Арден молчал.
– Уж не предлагаешь ли ты?..
– Я ничего не предлагаю, – отрезала Эриот. – Просто будь готов.
Полома приблизился к матери и взял ее под руку. От неожиданности и испуга женщина даже подпрыгнула.
Префект почувствовал себя виноватым. Соркро вымокла до нитки. Должно быть, ей пришлось несладко: стоя посередине Длинного моста в полном одиночестве под дождем, она напряженно прислушивалась, стараясь убедиться в том, что ее сын, ее последний оставшийся в живых ребенок, в безопасности…
Полома пожалел, что не захватил с собой какую-нибудь накидку. Он обнял мать и помог ей спуститься с моста.
Внизу их ожидала Гэлис.
– Я помогу вам, – сказала стратег, подхватив Соркро под руку.
Рука Гэлис коснулась Поломы, и он очень удивился пробежавшей между ними электрической искорке. Из груди его матери вырвался звук, похожий на вздох облегчения.
– Сейчас отыщем постоялый двор, чтобы укрыться от ливня, – прокричал префект сквозь шум дождя.
– Мне кажется, что Цитадель ближе, – ответила Гэлис.
– Отведите меня домой, – настойчиво сказала Соркро. Стратег вопросительно посмотрела на Полому. Тот перевел ей сказанное.
– Мудрейшая из Мальвара, ты уже и так вся промокла. Давай поищем укрытие…
– Делай, что говорит тебе мать, – настаивала Соркро. Они практически дошли до конца главной дороги, когда посыпался град. Сначала градинки были небольшими, и их удары походили на укусы малюсеньких насекомых, затем стали крупнее и забарабанили по земле и крышам.
Полома поморщился от боли, когда одна из градин больно стукнула его по затылку. Беспокоясь за Соркро, они с Гэлис провели женщину под навес у одного из прилавков, где торговали шляпами от солнца. Хозяин одарил их взглядом, полным презрения, Полома же в ответ добродушно улыбнулся.
Навес начал прогибаться под тяжестью града, но пока держался. Все трое могли лишь дрожать от холода и слушать, как ледяные шарики рикошетом отлетают от черепицы и бьют по головам пробегающих мимо прохожих.
Когда град закончился, воздух стал чище и свежее. Полома выглянул из-под навеса и посмотрел на небо. Тучи изрядно поредели, но с севера уже надвигались новые дождевые облака. Префект увидел длинные серые полосы, нависавшие над равнинами к северу от реки.
– Мама, мы должны идти. До дома совсем близко…