Чтение онлайн

— Его нет, он уехал и забрал свои вещи. Мелани, это ты? — нерешительно спросила она.

— Нет, извините! До свидания. — Я повесила трубку и привалилась к стене. Забрал вещи. Куда он подался на этот раз? В Китай? Тибет? Да пусть хоть Северный полюс себе в зад заткнет, посмотрю, как он там найдет самого себя! Урод! Как он мог?! Опять?

Я заметила предельно выразительную наклейку с проституткой, пришлепнутую на стенку телефонной будки. Женщина согнулась в три погибели, запястья привязаны к лодыжкам. Сверху, рядом с телефонным номером, детским почерком накорябано: «Мелани, новенькая, — полная покорность, любовное наказание. Удовлетворит любые ваши потребности». Знамение, не иначе. Точно, знамение. Вот только к чему?

Без всякого энтузиазма я сжевала сэндвич и поплелась обратно, в свою новую конторку.

Крысенок за столом справа от меня лихо уплетал пахучий гамбургер. Кусочки салата и какие-то брызги летели прямо на мой… на то, что, кажется, было моим… Словом, необъятный букет цветов возлежал прямо на моем столе. Я прокрутила в голове все варианты. Дэвид Духовны, актерский состав «Друзей», Алекс — с Северного полюса. Боковым зрением я заметила, что девушка слева украдкой утирает слезы.

Я очень осторожно взяла букет. На открытке значилось: «Привет, тыквочка!» Как всегда, лаконично. Я расслабилась.

— Опять сама себе цветы послала? — Крысенок закашлялся и чуть не подавился остатками гамбургера.

— Вообще-то это тебе. Ой, твоего парня тоже Алекс зовут? Какое совпадение!

— Очень смешно, — пробормотал Крысенок и снова заработал челюстями.

Я повернулась в девушке:

— Все в порядке?

— Да, абсолютно, — всхлипнула она. — Это просто мои контактные линзы.

Тип с белой ерундовиной на подбородке наконец принес сверху мой телефон. Голосовую почту, похоже, отключили, а когда я поискала номер Чарли в записной книжке, оказалось, что он оттуда яростно стерт, — даже не помню, мною или Фран. Так я и сидела, бесцельно перекладывая свое барахло с места на место, пока телефон не зазвонил.

— Привет, — негромко произнес Алекс. При звуке этого голоса я тотчас размякла.

— Ты увез свои вещи, — пробормотала я.

— А что им там болтаться? Твоя соседка на меня все время волком смотрит.

— Просто у нее косоглазие. Волком она смотрит на меня.

— А.

Повисла пауза.

— А ты…

— Я…

Мы заговорили одновременно.

— Я получила цветы. Спасибо. Они великолепны.

— Я просто хотел извиниться. Я не хотел тебя обидеть. Не сообразил позвонить, когда вчера заночевал у Чарли. Но зачем торопить события? У нас ведь столько времени впереди. Чтобы быть вместе. И вообще для всего.

— Знаю, — вздохнула я. — Это было бы безумие. И слишком поспешно. И так далее.

Еще одна пауза, а потом Алекс рискнул:

— Снова друзья?

— Только друзья?

— Ну нет. Навестишь меня в Фулхэме?

— Ни за что.

— Даже если я буду умолять?

— Даже тогда. Но умолять можешь.

— Пожалуйста! — возопил он. — Моя дорогая Мелани, жемчужина и тыковка всей моей жизни, соверши поездку века на метро и освети своим сиянием мою одинокую обитель!

Я хихикнула.

— Никогда.

— Сегодня вечером?

— И не думай.

— Значит, около шести?

— Еще чего.

— Превосходно. Тогда увидимся. Захвати вино.

Алекс повесил трубку; я сияла.

— Что, подружка-лесбиянка? — справился кокни.

— Ага, твоя мамочка.

— Катись ты.

Предстояло еще разобраться с Фран. Я поймала ее дома, точнее, в ее клетушке. Обитала она неподалеку от меня, в Кеннингтоне.

— Франстер?

— Так, вкрадчивый тон. Попробую угадать. Хочешь, чтобы я спонсировала твою благотворительную поездку вокруг света на велосипеде? Пожертвовала костный мозг? Или Алекс умотал к этому выродку Чарли и ты ничего не смогла поделать?

— Гм. Это все варианты?

— Ага.

— Извини! Я не могла, тут ничего не изменишь! Он бы не понял! Фран, не заставляй меня…

— Это тебе что, «Выбор Софи»? [13] Ладно, все ясно. Ты хочешь крутить роман с козлом, который переехал к другому козлу, ну и пошли вы все со всеми вашими цветами.

— Откуда ты знаешь про цветы? — опешила я.

— Что? А, я получила целую охапку, от Чарли. Паскудина мелкая.

— Ой. А мне Алекс прислал.

— Они, наверное, эти цветы в лотерее выиграли.

— У тебя большой букет?

— Не то слово. А у тебя? — поинтересовалась Фран.

— Средний. Как раз какой нужно.

— Ха-ха-ха. Слушай, мне тут опять эта долбаная Аманда звонила.

— Так, теперь и она в тебя влюбилась.

— Она просто хотела посплетничать о Чарли. И еще спрашивала, не поможем ли мы ей выбирать свадебную тиару.

Разбежалась.

— Я скорее собственные ноги ложкой съем.

— И я.

Мы сидели в баре «Все в одном» после шестичасовых поисков гребаной тиары для Аманды. Деваться было некуда, так как матушка ее пребывала в «Прайори», такой эксклюзивной клинике для алкоголиков, что послушать Аманду, так сидеть там — большая честь, а подружки отдыхали где-то на Барбадосе или еще на чем-то в этом духе. Мало того, что мне пришлось издавать восхищенные возгласы все то время, что Аманда примеряла четыре тысячи абсолютно одинаковых филигранных фиговин, которые стоили больше, чем я зарабатываю за три месяца, так понадобилось еще и урезонивать Фран, которая, озверев от скуки, порывалась спереть что-нибудь в магазине. День выдался утомительный.

— Так когда девичник, Мэнди? — спросила Фран.

Странно — Аманда не торопилась пускаться в разговоры. Вместо этого она слегка покраснела…

— Не уверена, что надо… Так, знаете, ничего существенного.

— Ты же сама говорила, что все должно быть по правилам, — сказала я, еще ничего не заподозрив. — Нельзя выходить замуж без девичника.

— Да, знаю, — протянула Аманда. — Вообще-то кое-что будет, но только для самых близких подруг из университета.