Судьба
Шрифт:
Он бросился к ней, перепрыгивая через две ступеньки.
Они почти все сделали, почти добились успеха, не пролив ни капли крови. Ни один человек не рухнул без сознания. Кайрус считал, что Орлак, вероятно, даже снял часть стражи в ту ночь, потому что войти в караульное помещение оказалось даже слишком легко, как и найти дорогу в подземные камеры.
— Где все? — нервно прошептал Херек.
— Считай, что нам повезло, но все равно прикрывай мне спину.
Два солдата очень осторожно ступали, спиной к спине продвигаясь по короткому темному коридору. В одном конце тускло горел единственный факел. Они как раз направлялись туда.
Они подошли к последней камере и заглянули в тень, моргая. Мужчины с трудом различили в глубине тела, свернувшиеся на полу.
— Адонго?
— Кто это? — прозвучал женский голос. Кайрус его не узнал. Голос прозвучал испуганно.
— Джуно?
Послышался шорох. Люди в камере поднялись на ноги.
— Кто это? — на этот раз звучал мужской голос. Очень осторожный. — Здесь нет Адонго. Меня зовут Тит.
Кайрус не мог сдержать улыбку. Это был такой знакомый голос.
— Мой старый друг, меня ты не обманешь. Это Кит Кайрус. Ты знал меня, как Кайрусона из Паладинов.
Сквозь решетки камеры просунулись руки, и внезапно Кайрус почувствовал, как его крепко схватили. Появилось смуглое лицо.
— Мы у тебя в долгу. Спасибо.
Слова были простыми, но глаза человека, который их произносил, передавали гораздо более сильные чувства. Кайрус ответил на объятия и кивнул. Возбуждение от воссоединения с Адонго вызвало ком в горле.
— Свет снова свел нас вместе.
— И снова мы вместе в опасности, — сказала красивая маленькая женщина, которая появилась рядом с Адонго.
Кайрус оценивающе оглядел ее.
— Это не та Джуно, которую я помню, — признался он. Они рассмеялись. Херек цыкнул на них.
— Кайрус, мы должны спешить.
— Это Херек, прайм-офицер Таллинора. Я имею честь называть его другом.
Несмотря на страх, Херек почувствовал гордость при этих словах. Он вежливо кивнул освобожденным пленникам.
— Времени мало, — сказал он. — Где ключи?
— Вон там, — показала Джуно. — Тюрьмы в Кипресе плохо охраняют. Мы — первые заключенные после двух из тех, кто испытал на себе Поцелуй Серебристой Девы.
Кайрус нахмурился.
— Лучше не спрашивай, — предупредил Адонго.
Херек принес ключи и попытался как можно тише открыть камеру.
— А где стража? — спросил прайм-офицер.
Адонго пожал плечами. Ответила Джуно:
— Их недавно куда-то позвали. Мы не представляем, куда и почему.
— Нам повезло, — сказал Кайрус, открывая дверь и обнимая Джуно. — Мне определенно нравится эта новая Джуно.
Он улыбнулся, потом притянул к себе Адонго. Улыбка спала с лица морука.
— Где он? — спросил Адонго. Кайрус понял, кого он имеет в виду.
— Занят.
Джуно было очень тяжело задать этот вопрос, но она знала, что должна это сделать:
— Расскажи нам о Лаурин.
— Она в безопасности, — ответил Кайрус. — Она сейчас на корабле, отплытие которого задерживается только потому, что мы должны были вернуться за вами.
На их лицах сразу же отразилось облегчение. И Адонго, и Джуно радовались хорошей новости после трех дней страданий и мучений от неизвестности. Они не представляли, что случилось с Лаурин.
— Вам следовало нас оставить, — укоризненно заметила Джуно.
— Ну, Херек, конечно, хотел, — сказал Кайрус, кивая на пораженного прайм-офицера. — Но я о таком даже и подумать не мог.
Он подмигнул, а Херек нахмурился.
— Я думаю, что нам пора отсюда убираться.
Как раз когда он это произнес, в другом конце коридора появились три стражника.
— И прорываться с мечами, — успел сказать Кайрус до того, как стражники набросились на них.
Рубин вошел в кипреанский дворец, воспользовавшись западными воротами, как и ранее в ту ночь. Однако на этот раз там дежурил стражник, и молодой человек предпринял меры предосторожности, сделавшись невидимым на то короткое время, которое требовалось, чтобы пройти мимо дежурившего человека. Солдат в любом случае не обращал внимания на происходящее, потому что мочился у края дороги. Тем не менее, Рубин решил не рисковать, и для его целей не требовалось прилагать особых усилий. Он любил проворачивать этот трюк — становиться невидимым, чем часто выводил Кайруса из себя. Парень дразнил приемного отца с раннего возраста, освоив превращение в невидимку совсем ребенком.
«Ты это почувствовал?» — проворчал Доргрил, которого ставила в замешательство их бездеятельность.
«Да, почувствовал», — спокойно ответил племянник.
«И что?»
«Это сын Гинта. Третий сын, Рубин».
«Похоже, ты его знаешь».
«Мы встречались… пока ты был занят другим».
«И?»
«Ничего. Он сказал мне, кто он, когда я отдавал ему назад сестру, — Орлак пожал плечами. — Кажется, я упомянул щенка».
Доргрил заворчал. Он снова разозлился: «Ты слабак, как и твой отец!»
«Только ты это знаешь, дядя. Я его не видел с младенчества, если помнишь».
Старший бог продолжал, словно Орлак не произнес ни слова: «Слабак, как отец и как брат».
«Поосторожнее, Доргрил».
Дядя разумно прикусил язык.
Они снова почувствовали в воздухе волшебство. На этот раз Рубин отправил зов. Они прислушались.
«Ты где?»
Они услышали ответ Кайруса среди лязга металла.
«Скажи мне, что ты не здесь, будь ты проклят».
«Я здесь».
«Ну, тогда помоги нам. Херек уже упал!» — крикнул Кайрус и с силой ударил по кому-то мечом.
Кайрус отчаянно сражался. Они попали в ловушку в темнице, стояли спинами к стене. После того, как один стражник падал, сраженный мечом Кайруса, его место тут же занимал следующий. Херека ранили в пах, и из раны сильно текла кровь. Этот трусливый удар нанес сбитый с ног стражник, который выбросил вверх руку с кинжалом.
— Адонго! — крикнул Кайрус, не видя, что происходит за спиной.
— Пока он жив. Но долго не протянет, если не оказать ему помощь.
Кайрус сражался, как одержимый. Он оскалил зубы и отбросил атакующих назад. В свое время, когда бывалый солдат возглавлял отряд «Щит», никто не мог сравниться с ним в мастерстве владения мечом. И в этом коридоре, полном ужаса, все навыки, нюансы и тонкости мастерства всплыли на поверхность. Херек улыбнулся, хотя из раны текла кровь, а с ней уходила и жизнь. Джуно, которая поддерживала его и просила еще немного продержаться, показалось, что его улыбка пришла откуда-то издалека, когда он еще раз с восхищением смотрел на то, как Кит Кайрус размахивает мечом. Нынешнему прайм-офицеру он казался танцором, каждый взмах делался правильно, удары наносились очень четко и выверено.