Чтение онлайн

Федор и Майя собрались уже ложиться спать, как к ним вошла хозяйка, высокая сухопарая женщина с грустным, приятным лицом. Но на этот раз глаза у нее были веселые.

— Майя, — сказала хозяйка, — мы переезжаем в Бодайбо. Не желаешь ли ты поехать с нами?

— Надолго, Василиса Васильевна? — спросила Майя.

— Навсегда. Хозяин переводит Дмитрия Константиновича в свой магазин доверенным. А там все же город.

Майя посмотрела на Фавора. А как же она оставит его? Да и ей надоело жить в разлуке. Федор молчал, глядя в пол.

— Я не смогу поехать, Василиса Васильевна.

— А почему? Наша девочка привязалась к тебе. А как на это смотрит Федор? — Хозяйка, перестав улыбаться, ждала ответа.

Федор пожал плечами. Ему тоже не хотелось расставаться с Майей и Семенчиком.

— Ладно, подумайте, посоветуйтесь, — сказала хозяйка. — Мы переезжаем через неделю. Скажите, нам дня за три.

Хозяйка вышла, тихо закрыв дверь. Федор и Майя некоторое время молчали. Со двора доносился ленивый лай собаки и бренчанье ботал — в ложбине паслись олени, на которых Федор возил лес.

— Ну что будем делать? — нарушала Майя молчанье.

— А мы-то с, тобой радовались, что зажили всей семьей под одной крышей, — с грустью сказал Федор. — Выходит, зря радовались. Видно, придется тебе искать работу в другом месте.

Но не так-то просто было найти работу. Сколько Майя не спрашивала, никому не нужны были работницы. Спустя несколько дней Майя отпросилась у хозяйки и пошла на Липаевский прииск. В узелке она несла гостинец для старого Ильи. Из печной трубы бани едва вился дымок. «А Илья-то дома», — обрадовалась Майя. Она боялась, что не застанет старика.

Федор должен подъехать к Илье чуть попозже, как только сгрузит на прииске лес. Старик сидел у печки и грел озябшие руки.

— Здравствуйте, дедушка Илья! — ласково поздоровалась Майя.

Илья молча повернул голову и ничего не ответил. Он на узнал Майю.

— Вы меня помните, дедушка? Мы у вас ночевали.

— Здесь у меня многие ночуют. Всех не упомнишь. — Старик внимательнее посмотрел на Майю, вспоминая. — A-а, как же, помню С мальчонкой у меня ютились. Как его…

— Семенчик.

— Ага, Семенчик. Проходи, чего стоишь? — Илья налил в закопченный чайник воды, поставил на огонь. — Сейчас тебя чайком напою.

— Как ваше здоровье, дедушка?

— Какое там теперь у меня здоровье? На ладан дышу. Помирать скоро.

Майя выложила на стол гостинцы: полбутылки водки, пирожки и калачи.

— Это вам, дедушка Илья, гостинец от меня и Федора. Он скоро придет сюда.

Увидев водку, старик оживился.

— Вот спасибо, что не забыли!.. А вы как там живете? Муж устроился на работу?

Майя рассказала, что Федор возит на прииск лес, а она нанялась в прислуги. Но хозяева переезжают в Бодайбо, и она опять остается без работы. Могла бы поехать с хозяевами в город, но не хочет разлучаться с мужем.

— С такой женой, как ты, жить не тужить, — сказал старик. — А у меня жена была пропащая. Спуталась с дьяконом, и все пошло вверх дном. Я застукал их в амбаре и сгоряча лишил его жизни. За это меня и посадили в острог…

Илья тяжело вздохнул и понурил голову, У Майи защемило сердце от жалости.

— Дедушка, в чане есть вода? — спросила она.

— Надо поглядеть. Может, и нет. Ночью люди мылись.

Майя вышла в предбанник и тут же вернулась:

— Есть вода. Где ваше белье? Я вам постираю.

Старику показалось, что он ослышался:

— Что ты сказала?

— Говорю, где ваше белье? Хочу постирать.

— Что ты, господь с тобой! — Илья замахал руками. — Да я его как надел, так и не снимал. На него глядеть страшно. А другого у меня нет.

— Снимайте, которое на вас, не стесняйтесь. Когда у нас негде было переночевать, вы не только пустили меня с мужем и ребенком к себе, но делились с нами последней крошкой.

Слова Майи растрогали доброго старика. Он залез на печь, снял с себя черное как земля белье и бросил на пол. Майя зашла в баню, выстирала белье и развесила у печки.

— Пока белье будет сохнуть, пойдите помойтесь, дедушка Илья.

Когда Федор вошел, Илья сидел на печке после бани, довольный, сияющий. Федора он встретил как родного, слез с печки, поставил на стол чайник.

— Давно у меня не было таких дорогих гостей, — радовался старик, ласково поглядывая на Майю и Федора.

Они сели за стол. Федор разлил водку.

— Спасибо, милые, что пришли навестить меня! — У старика глаза наполнились слезами, он повернул лицо к Майе, — Я грешным делом думал, что все женщины на свете доброго слова не стоят, обманщицы… А теперь вижу, послал бог Федору ангела, тоже ведь женщина!.. Береги, Федор, свою жену. Такой ни у кого нет!.. За ваше счастье, за ваше здоровье! — Илья выпил единым духом и, закусив пирожком, сказал: — Выливай, Федор, остатки, я выпью за моего ангела!

Майя так и не смогла найти работу и вынуждена была уехать с хозяевами в Бодайбо. Поселились хозяева в просторном деревянном доме по Граумановской улице. Майе и Семенчику отвели маленькую комнатку с одним окном, выходящим в большой двор.

За всю зиму Федор не смог вырваться к семье — Тихонов не отпускал. Сезон в разгаре, надо было без передышки возить лес с хребта Энегльдима на Федосиевский прииск. Только в апреле, когда сошел снег и санная дорога испортилась, Федор сдал оленей пастухам-эвенкам и по железной дороге на несколько дней поехал в Бодайбо.

В переполненном вагоне ехали преимущественно приисковые рабочие. Сидели на лавках, в проходах на узлах и, нещадно дымя самосадом громко переговаривались. Все чаще и чаще повторялись слова: «пай», «акция», «объединение». Федор постепенно усваивал смысл этих мудреных слов. Оказывается, все золотые прииска приобретает в собственность какая-то промышленная компания. Будто бы сам его императорское величество Николай Второй соблаговолил купить львиную долю акций компании, по пятьдесят рублей за штуку. И что каждый человек может приобрести акции, потом получать дивиденты из прибылей. В дележе прибылей будут участвовать даже рабочие, ставшие владельцами новоиспеченной компании.