Чтение онлайн

— Не выспался? — спросил я.

— А? Нет, с этим как раз все нормально, — ответил он. — Понять не могу, почему блокирнуть могли, и это мне не нравится. Что-то вы от меня скрыли.

— Вань, да с чего ты взял? — вскинулся Серый. — Я тебе абсолютно все рассказал. Нечего нам скрывать. Наверняка там к какой-то ерунде придрались. Правильно Олег Павлович говорит, не тот банк выбрали, да кто знал?

Позавтракали мы быстро и двинулись в проштрафившийся банк. Даже машину брать не стали, решили пешком быстрее. Караулившие нас глазьевские маги немного растерялись от такого поворота, но потом один вышел из машины и последовал за нами, все так же не приближаясь и постоянно что-то бубня в крошечный микрофон у самого рта.

Что он там сообщал по ходу нашего движения, понятия не имею, потому что мы шли четко туда, куда направляли нас Глазьевы: в банк, где Серый сразу наехал на сотрудницу по поводу нашей блокировки.

— Все правильно, — испуганно заблеяла она. — По распоряжению Палаты на время переоформления опекуна счет блокируется, а выданные прежним опекуном доверенности аннулируются.

— Какого еще переоформления опекуна? — недоуменно спросил Серый.

— С Елисеевой Веры Андреевны на Елисеева Андрея Дмитриевича, — уже более уверенно ответила она.

— С какого перепугу? — ошарашенно спросил я.

— Нам-то откуда знать? — жалобно спросила она. — Нам пришло распоряжение, мы его выполняем. Могу вам сделать копию распоряжения.

— Сделайте, будьте так любезны, — обворожительно улыбнулся Иван. — Пока эти два недоразумения будут мне объяснять, кто такой этот Андрей Дмитриевич Елисеев и откуда он взялся.

— Отец моей матери, — пояснил я. — Взялся он сразу, как узнал, что у нас есть деньги. И сразу пытался наложить на них лапу. Но с какого перепугу он вдруг стал моим опекуном?

— Будем выяснять, — туманно ответил Иван.

Тут как раз девушка принесла заверенную копию, наш юрист ее поблагодарил и убрал документ в папку, после чего мы вышли на улицу.

— Он зарегистрированный маг? — внезапно спросил Иван.

— Елисеев? Понятия не имею. Это важно?

— Важно. В вопросе определения регентства отдается предпочтение лицу с магией.

Я попытался вспомнить, но увы, все, что вспоминалось, это то, что дед со стороны матери был очень противной личностью. При мне он магии не применял, я бы запомнил, а вот его внуки…

— Возможно, что и маг, — вынужденно признал я. — На меня пытались наехать двоюродные братья, один владел магией. Могу позвонить и спросить у мамы, но не хочется ее лишний раз волновать.

— Пока не надо, — решил Иван. — Все равно придется ехать в Палату.

В Палату мы ехали, подгоняемые злостью Серого. Сидел он прямо, вцепившись в руль и уставившись на дорогу, а мыслями явно был не с нами. Даже губы шевелились, проговаривая ругательства, которые Серый собирался обрушить на бюрократов. Настрой был так себе.

— Серег, не успокоишься, останешься ждать нас в машине, — предупредил я.

— Что? — очнулся он от своих переживаний.

— Говорю, маг должен уметь держать эмоции в себе и не позволять им влиять на поведение, — пояснил я. — Не можешь — будешь учиться, сидя в машине и призывая спокойствие. Практику ты знаешь.

— Сурово, — хохотнул Иван. — Но он нам понадобится, как единственный взрослый маг в клане. Так что либо мы ждем когда, он эту практику отпрактикует, либо идем с ним нервным.

— Шутники нашлись, — буркнул Серый. — Я вон думаю, как зарплату платить нашим на охране. Остальное-то терпит.

— У меня есть личный счет, — напомнил я.

— Спорим, твой личный счет тоже блокирован? — в ответ бросил Серый.

— А мой-то с чего? — возмутился я.

— Слишком большими суммами оперируешь. Новый опекун будет ограничивать — пояснил Иван. — Они, поди, и счета Веры Андреевнв заблокировали.

На всякий случай я проверил. И точно: мою карту тоже заблокировали. Вот ведь предусмотрительные сволочи!

— Зато до Олега наверняка не добрались, — вспомнил я. — К тому же у меня наличкой еще прилично лежит. Думаю, пару месяцев о деньгах можно не переживать.

— Мы быстрее все вернем, — оптимистично сказал Иван.

Но ни мои слова, ни уверения нашего юриста Серого не успокоили, он проворчал, что наверняка найдется еще куча неучтенных факторов, о которых мы даже не думали. Мол, нашелся же левый дедушка с желанием захапать наши деньги, так почему бы не найтись второму? Мой намек, что второй и не терялся, Серый проигнорировал, но от дороги отвлекаться перестал и, когда мы подъехали в Палате, вылез из машины с выражением на физиономии: «А фиг вы меня здесь одного оставите».

В регистратуре Иван выяснил, в какой кабинет нам обращаться, после чего мы дружно поднялись на второй этаж под мерный инструктаж на предмет того, чтобы молчать побольше, особенно Серому, которому вид надлежит иметь солидный и уверенный в себе и в своем клане. Как-никак самый взрослый и ответственный маг.

Перед дверью нужного кабинета он еще раз повторил:

— А главное, не говорить ничего, чему у вас нет доказательств. Все ваши домыслы и предположения должны оставаться при вас, иначе на штраф нарвемся, здесь с этим строго.

Я кивнул, показывая, что понял, Иван постучал в дверь, и мы дружной толпой ввалились в кабинет.

— Добрый день! — мы стояли за спиной Ивана, как и договаривались, но я был уверен, что сейчас он улыбается во всю ширь своей физиономии. — У нас возникла небольшая проблема, и в регистратуре нас уверили, что только вы сможете ее разрешить.

— Добрый день, — заулыбалась ему в ответ тетенька с жидким пучком на голове, из которого небрежно торчали прядки. В одежде тоже присутствовала небрежность, что особенно подчеркивалось массивными золотыми украшениями, не артефактного толка, но тоже недешевыми. — И чем же я могу вам помочь, молодой человек?