Стрессор
Шрифт:
Рюу устроил разбор полётов, орал на подчинённых, которые умудрились пропустить врага в мёртвую зону — прямо на потолок. Я слушал его крики и не мешал. Но и не поддерживал.
Откуда бы им было знать, чего следует ожидать? Этот враг был совершенно непохож на всех, что встречались нам раньше. Действовал иначе. Местность иная!
Чего ещё было ожидать от парней, да даже от самого себя?
Здорово ещё что отделались одним трупом, а не полегли сразу все…
Хочется сказать нечто вроде "зато больше мы так не ошибёмся", но скорее всего ошибёмся. И так, и иначе.
— Я говорил, что лезть в их могилу нельзя! — причитал Ким, — теперь попробуй выберись отсюда!
Впервые за всю миссию казалось что в его вечном пессимизме есть какой-то смысл…
Конечно, из коридора, полного трупов, так похожих на живых насекомых, мы поспешили скрыться.
Вот только если он отворачивал от цели нашего путешествия совсем понемногу, то остальные — сразу сильно. Остальные были гораздо более гнутыми, ветвлёнными, путанными.
Я шёл вперёд не оглядываясь, составлял всё более и более подробную трёхмерную карту в своей памяти. В этой части лабиринта (а слаймы, похоже, предпочитали хоронить в лабиринтах, а не в гробницах) было значительно светлее. Конечно, всё вокруг казалось знакомым, каких-то отличительных черт у коридоров-труб почти не водилось.
— Тупик, — в очередной раз сообщил я.
И сразу зашагал назад, новый маршрут уже составлен.
Волей-неволей посмотрел на лица товарищей. Совершенно измученные и неопределённостью, и эмоциональным перенапряжением. Бледные, хмурые… Мне то не легко с моей Систематизацией, а они, думаю, давно уверены, что мы потерялись и ходим кругами…
Зарубки, кстати, таки попробовали делать. Немного поцарапать камень острием удавалось, но царапины как будто понемногу затягивались со временем. Очередная бесплодная задумка.
Нередко встречали новые трупы насекомых, но от греха подальше уничтожали их точными одиночными выстрелами. С безопасного расстояния, если такое вообще существует.
Вообще не до уважения к чужим останкам.
Главное — за последние полтора часа на нас больше никто не напал.
По пройденным и записанным в память частям лабиринта я ходил уже спокойно, не таясь. Как будто у себя дома. Быть может это глупый подход, но немного показной уверенности вполне может помочь моим товарищам. Им явно нужно совладать с эмоциями.
— Здесь этого не было, — я указал на проход.
Подошедшие друзья смотрели на меня как на идиота.
— Я вам говорю, здесь была глухая стена!
— Ты устал, друг, — тихо сказал Рюу, — все устали.
— Я не путаю таких вещей. Абсолютная память, Систематизация Памяти же!
Что-то слабо щёлкнуло в моей голове. Вот только что?
— Если этот проход так важен, давай лучше посмотрим, что внутри?
Оставаясь в лёгком замешательстве, я молча согласился.
Нагината — не лучший помощник в узком проходе, а именно таким был вновь открывшийся. Потому Рюу взял в руки автомат и немного пригнувшись зашагал вперёд. Я следом, остальные чуть поодаль.
Коридор как коридор. Разве что слишком прямой. Вместо обычных плавных поворотов — один довольно резкий в конце.
И никаких ниш.
Снова тревожно.
Крадёмся к повороту…
Красный выскакивает и сразу начинает стрелять! Свист глушителя и рикошеты от стен разорвали тишину.
— Назад! Назад!
После первой короткой очереди запускает длинную на весь магазин, с той стороны слышно чавкающие звуки. Разворачиваюсь и отбегаю на десяток метров, присаживаюсь на колено и беру на прицел край стены. Гранаты в таком узком помещении нам точно не помогут.
Рюу уже выкинул магазин и теперь бежит мне навстречу на ходу пытаясь вставить новый.
— Беги! Беги! — истошно кричит он.
Что делать, слушаюсь, бросаю всё и рвусь к началу нашего странного прохода.
Мне кажется или… проход сужается?
Двадцать метров!
Я вообще успею?
Рюу отстаёт буквально на пару шагов, и то только потому, что временами оборачивается, и с одной руки как попало пускает очереди куда-то нам за спины.
— Беги! — кричит он как-то панически, загнанно.
Остальные лихорадочно вываливаются "наружу", выставляют в нашу сторону автоматы, но стрелять не решаются. Скорее всего боятся задеть нас самих. Глаза жутко перепуганные.
Бежать, бежать! Больше скорости!
В проход впереди придётся буквально нырять! Мы что, в брюхе зверя?
Прыжок! Кувырок!
Я снаружи!
Бросаюсь к сжимающемуся кругу зарастающего прохода и просовываю руку, чтобы достать Рюу.
Мать честная, что это?
На нас плывёт как будто стена плоти, причём не прозрачной как раньше, а красной, кровавой.
Друг пятится и огрызается очередями уже из третьего магазина, автомат противно свистит, не рассчитан его глушитель на подобную эксплуатацию…
Рука ухватывается за куртку японца, тяну со всей силы, но протолкнётся ли он?
Ещё немного и проход станет слишком узким… Давай, Рюу!
— Назад! — успеваю выкрикнуть я, прежде чем понимаю, что всё. Поздно.
Руку мою проход ещё не охватывает, но голова взрослого мужчины уже не пролезет.
А значит и весь Рюу, каким бы акробатом он не оказался…
Гранату внутрь закидывать так и не решился, ограничился парой очередей.
Затем смотрел как "окошко" совсем закрывается. Видел спину японца упёршегося в стену, пока она срасталась. Так, как будто никакой дыры никогда и не было.
Ни стыка, ни дырочки, ни царапинки.
И звук стих полностью, мгновенно.
Деокс замер с посохом, занесённым для удара…
— В лучшем случае пустишь сюда тварь, — прокоментировал я.
Француз тяжело выдохнул, сгорбился и опустил "ударный" конец своего посоха: