Чтение онлайн

Саттон теперь жил в «Скеффе». Как и все другие здания в Голуэе, оно было недавно перестроено. Любое освободившееся место в городе тут же занимали под «роскошные апартаменты».

Саттона я нашел в баре наедине с кружкой «Гиннеса». Меня это воодушевило.

— Привет, — поздоровался я.

Он не ответил, мельком взглянул на мои слегка подживающие раны и кивнул. Я сел на стул рядом и жестом попросил бармена принести мне пива.

— Помнишь Кору?

Отрицательное мотание головой и:

— Забыл, что я не местный?

Прибыло пиво, я собрался расплатиться, но Саттон остановил меня, сказав бармену:

— Запиши на мой счет.

— У тебя есть счет?

— Полагается художнику… Вернее, художнику-погорельцу.

Я подумал, что лучше выложить все сразу.

— Нападение на меня, твой пожар — я не думал, что они связаны. Или вообще с чем-то связаны.

— А теперь?

— Считаю, что все это сделано умышленно. Мне… очень жаль.

— Мне тоже.

Мы помолчали, потом он попросил:

— Расскажи поподробнее.

Что я и сделал.

Рассказ занял больше времени, чем я думал, и счет сильно вырос. Когда я закончил, он подвел итог:

— Подонки.

— Не то слово.

— Доказать что-нибудь можешь?

— Ничего.

Я рассказал ему о Зеленой гвардии, охранной фирме и добавил:

— Они нанимают полицейских.

— Понятно. И ты думаешь, что…

— Хочу поглядеть, есть ли среди них те, кто напал на меня.

— И что потом?

— Расплатиться.

— Мне это нравится. Я с тобой.

— Нужно бы встретиться с мистером Плантером. Или он, или Форд убили ту девушку. Я хочу знать как и почему.

— Плантер — богатая гнида.

— Да уж.

— Наверняка много о себе думает.

— Уверен.

Он сделал большой глоток. Вокруг рта появились усы из белой пены.

— Думаешь, он любит картины? — спросил он.

— Разумеется.

— Тогда надо подумать.

— Валяй.

— Хочешь чего-нибудь пожрать или просто упиться?

— Просто упиться — гораздо интереснее.

— Бармен!

На следующий день я помирал. Не обычное похмелье, а настоящее стихийное бедствие. Такое, что хочется крикнуть: ПРИСТРЕЛИТЕ МЕНЯ!

Я пришел в себя около полудня. Вчерашние события до четырех часов дня я еще кое-как мог восстановить. Дальше — пустота. Будто выжгли напалмом. Знаю только, что мы с Саттоном в финале оказались в баре «У О'Ничтейна».

Смутно помнил

хоровод с норвежцами

армрестлинг с вышибалой

двойной «Джек Дэниелс».

Скомканная одежда валялась около окна, остатки принесенной ночью из ресторана еды — под стулом. Наступил на чипсы и что-то, оказавшееся позеленевшим куриным крылышком.

Господи!

Пришлось всерьез проблеваться. Утренняя молитва. Старый привычный ритуал: я на коленях перед унитазом.

«Твайфордз»!

Они делают надежные посудины.

Наконец моя система, освободившись от всего, от чего только можно, перешла к спазматическим рвотным позывам. Такого рода, когда кажется, что кишки вот-вот вылезут через гортань. Гортань. Хорошее слово, подходящее. В нем есть медицинская отстраненность.

Мне нужно было выпить стакан. Господи, мне нужна была целая бутылка! Но тогда я потеряю еще нескольких дней. А мне надо отомстить, поймать преступников. Трясущимися руками я попытался скрутить косячок. Саттон дал мне немного гашиша, сказал: «Прямиком из Алжира. Серьезное дерьмо. Обращайся уважительно».

Никак не мог скрутить сигарету. Пошел к буфету, нашел завалявшуюся булку с вишневой начинкой. Выскреб начинку. Нагрел гашиш в фольге и запихнул в булку. Затем сунул ее в микроволновку и поставил на ускоренный режим.

Видок получился еще тот. Когда булка остыла, я рискнул откусить кусок. Эй, не так уж плохо. Я съел все, запивая водой.

Улетел аж на орбиту.

Булка с гашишем очень подходит для путешествий в космосе. Могу лично подтвердить.

Я снова провалился в негу. Мой разум на цыпочках протискивался сквозь тюльпаны. Я сказал вслух… (или не сказал?):

— Мне нравится моя жизнь.

Это было самым верным показателем моего состояния. Прошло немало времени, я начал искать что бы пожевать и стал приглядываться к зеленому цыпленку. К счастью, замороженная пицца странным образом пережила мои последние эскапады, так что я занялся ею. Где-то на половине заснул. Проспал шесть часов. Если мне что и снилось, то «Отель „Калифорния“».

Когда я очнулся, похмелье слегка прошло. Не окончательно, но все же стало легче. После душа и очень осторожного бритья я пошел к полке, где стояли мои видеокассеты. Там их не очень много, но все самые-самые:

«Париж, Техас»

«Однажды на диком Западе»

«Бульвар Сансет»

«Двойная гарантия»

«Путь Каттера»

«Боевые псы».

В 1976 году Ньютон Торнберг написал роман «Каттер и Боун». Трое людей, чья жизнь была разрушена в шестидесятых, живут в одном доме. Каттер, тронутый и искалеченный ветеран вьетнамской войны. Боун, хитростью избежавший призыва в армию. Мо — страдающая агрофобией алкоголичка с ребенком. Они расследуют убийство молодой проститутки. Умудряются зацепить не тех людей, и Мо с ребенком убивают. Каттер и Боун преследуют магната, которого считают виновным в смерти Мо. По словам Боуна, Каттер