Страж могил
Шрифт:
Лежащий на полу палач не подавал признаков жизни. Ударившись головой о каменную стену, он потерял сознание.
А может у него просто не осталось сил, чтобы подняться.
Или же он был заодно с некромантом. Ведь это он его притащил на себе к выходу.
А в полумраке подземелья шевелились тени. Кто еще там скрывается?..
– Опусти арбалет, слышишь? Положи его! Я не собираюсь причинять вам вред! Просто вы не оставили мне выбора! Я поступил так, потому что должен еще раз встретиться с Городским Советом! Произошла ошибка, вы приняли меня не за того! Опусти арбалет! Не делай глупостей!..
Лаук смотрел некроманту в глаза.
«…Вдруг еще не поздно договориться?..»
– Не тяни время парень, это бесполезно! Я не собираюсь ждать! Немедленно положи оружие! Это твой единственный шанс! Скажи ему, старший! Прикажи! И я не трону вас, клянусь Королем!
Лаук посмотрел в лицо Зонга. И ему показалось, что старший караульный слегка кивнул.
«…еще не поздно договориться…»
– Если бы я хотел вас убить, я бы уже это сделал! Сейчас у меня было бы два мертвяка! И ты бы стал третьим! Но я не хочу! Но еще больше не хочу быть казнен! Так что положи оружие! Положи, слышишь!..
Лаук отнял арбалет от плеча, медленно наклонился, положил его у своих ног.
– Молодец, парень! А теперь сними со стены веревку и кинь ее мне! Только не делай резких движений! И не подходи близко!.. Поверь, я никому не желаю зла. Но вы сами не оставили мне выбора… Доверься мне, делай все, что я скажу. И тогда никто не пострадает. Все будет хорошо…
Странное дело – Лаук верил этому некроманту.
Наверное, потому, что очень хотел ему верить.
11
«…В умении убеждать других людей заключена великая мощь, – говорил когда-то Страж, беседуя с поправляющимся Огертом. – Этот дар дается не каждому, и не каждый может развить его. Сила слова способна управлять умами людей подобно тому, как сила некроманта позволяет управлять мертвыми телами. Знай – в тебе сочетаются оба этих дара. Какой из них использовать – ты будешь решать сам. Я знаю – жизнь еще много раз поставит тебя перед выбором. И я не знаю, какой выбор ты сделаешь, какой дар будешь применять, чтобы решать свои проблемы. Но я хочу, чтобы ты помнил – дар слова развивает твою душу, а дар некроманта калечит ее…»
12
Огерту потребовалось немало времени и усилий для того, чтобы связать палача и охранников.
Никто из них не сопротивлялся. Они подчинялись ему, выполняли все его требования. А он безостановочно разговаривал с ними, снова и снова излагал свою историю, клялся, что произошла ошибка, убеждал, что никому не причинит вреда, оправдывался, извинялся за свои действия.
И угрожал.
В руке он держал острое лезвие, и лезвие это постоянно было возле чьей-нибудь шеи.
– У меня нет другого выбора, – то и дело напоминал он своим пленникам. – Я должен быть уверен, что вы не нападете на меня, как только представиться такая возможность.
– И что ты собираешься делать дальше? – спросил старший страж, досадуя на свою невнимательность, осознавая, что это по его вине все они оказались в заложниках, и понимая, что уже ничто нельзя исправить. – В городе тебе не спрятаться, а покинуть его ты вряд ли сумеешь.
– Я не собираюсь покидать город. Не для того я сюда пришел.
– И для чего же ты здесь?
– Говорю же – я хочу вам помочь. Не бесплатно, но почти задаром.
– Помочь нам избавиться от мертвяков?
– Да.
– Я думал, что для этого потребуется целая армия.
– И она уже здесь, перед тобой…
Огерт перевязал рану палача, похлопал его по плечу, приободрил:
– Ничего серьезного, кровь уже почти остановилась.
Сложно по-человечески относится к тому, кто собирался тебя пытать…
Под потолком снова затрепыхалась летучая мышь. Из-за тумбочки выглянула серая крыса, внимательно оглядела людей. Словно поняв, что им сейчас не до нее, бесстрашно шмыгнула на середину комнаты, схватила оброненную хлебную корку и исчезла за оружейным стеллажом.
– Кто ты такой? – спросил старший страж, сверля глазами некроманта, бинтующего свою ногу.
– Я?.. – Огерт пожал плечами. – Я – ученик Стража Могил… – Он выдержал паузу и добавил: – А еще я некромант на службе Короля.
– Разве бывает такое?
– И не такое бывает, уж поверь мне… – Огерт, хватаясь за стену, прыгая на здоровой ноге, приблизился к оружейному стеллажу, выбрал один из мечей, взмахнул им несколько раз, примеряясь, пробуя его баланс, оценивая ухватистость рукояти, а заодно демонстрируя пленникам свое умение обращаться с клинковым оружием. Затем он вытащил здоровенное копье, двумя точными ударами меча обрубил ему наконечник и, сев за стол, стал мастерить костыль из отшлифованного древка, клочьев промасленной ветоши и остатка веревки.
13
Утром слюдяное окошко сделалось серым, а огни светильников чуть потускнели.
Огерт не спешил покидать темницу. Там, на улице, его бы снова схватили, и, возможно, казнили бы на месте. А здесь, за толстыми каменными стенами с единственным крохотным окном, за железной дверью, которую невозможно открыть снаружи, он был в безопасности.
Конечно, когда горожанам станет известно, что освободившийся некромант захватил темницу, здесь станет не так спокойно. Ополченцы и стражники осадят здание тюрьмы точно так же, как мертвяки осадили их город…
Огерт усмехнулся своим мыслям. Сказал:
– Близится время моей казни.
И в этом момент раздался грохочущий стук в дверь. Огерт сразу понял, кто это, он ждал этого стука, и старший страж, подняв голову, подтвердил догадку некроманта, сказав:
– Это смена…
На металлической двери была маленькая заслонка, закрывающая узкую бойницу. Огерт откинул щеколду, отодвинул заслонку в сторону, крикнул в открывшуюся щель:
– Немедленно вызовите сюда кого-нибудь из городского Совета! – и прислушался.