Страсть
Шрифт:
— А теперь, — твердым голосом отрезала Джойс, — что здесь происходит?
— Я взбесилась, — без капли сожаления ответила Кейтлин. — Все, что я нарисовала, оказалось просто мусором.
— Вдребезги, — тихо сказала Бри. Кейт подавила хихиканье.
Джойс пристально смотрела на Кейт, ее губы при этом сжались, а брови нахмурились. Вдруг она сняла кусочек со лба Кейт.
— Как ты себя чувствуешь? — спросила она.
— Плохо. Голова болит.
— Ладно, — бормотала Джойс. — Хорошо, иди наверх и приляг. Но сначала подбери бумажки и выкинь их в мусорный бак, где им и место.
Жестко согнувшись, Кейт подобрала помятые шарики. Затем, когда Джойс отвернулась к документам, она изобразила, будто опять хочет наброситься на Фрост. Та покраснела, и Кейт поспешила уйти.
Наверху она закрылась в ванной и удивилась тому, что на нее нашло.
Обезумела ли она? Конечно, нет, это был кристалл. Джойс взяла большой кусок кристалла, и он заставил Кейт взбеситься.
«Я, наверное, ненормальная, что все это затеяла, так как для этого не потребовалось много усилий, — подумала Кейтлин. — Наверное, Бри и остальные изначально были более осознанными, чем я сейчас. Хотела бы я увидеть их раньше…»
Она вздохнула, пытаясь привести в порядок свои мысли. Там она действительно была в ярости, а ее действия полностью отличались от привычных. Она бы с радостью выцарапала Фрост глаза.
«Ну, может это не так уж и ненормально. И вообще…»
Кейтлин утомленно сидела на кровати. И продолжала говорить себе, что ей наплевать на Габриэля. Но если наплевать, так почему же она так возненавидела Фрост?
«А Габриэль естественно не прыгнул меня защищать, — подумала она. — Ему, наверное, понравилось смотреть, как мы деремся».
Кейт потерла свой пульсирующий от боли лоб, желая выйти на улицу и лечь под деревом. Ей нужен свежий воздух. Другой рукой она лениво игралась с бумажными шариками».
Затем подняла взгляд, так как дверь открылась.
— Можно войти? Сегодня утром отменили урок верховой езды, — сказала Лида. Ее голос прозвучал подавленно.
— Это твоя комната, — ответила Кейтлин.
Она все продолжала вертеть шарики, сплющивая их друг о друга. Кейт забрала эти рисунки, чтобы Фрост не смогла их подобрать с мусорного бака и посмеяться, но единственная ли это причина? Она удивилась, не пробился ли это какой-то инстинкт выживания.
Ни один из ее рисунков еще не был бесполезным. Наверное, лучше их сохранить.
— Что случилось? — Спросила Лида.
Кейт нахмурилась. Лида захотела поговорить?
— У меня болит голова, — кратко сказала она и бросила бумажные шарики в ящик.
Затем вспомнила свое обещание Льюису и искоса посмотрела на Лиду.
Маленькая девчонка выглядела опрятной в коричневом ездовом костюме. Ее тяжелые темные волосы были откинуты от маленького бледного лица, а ее зеленые глаза выдавали больше чем обычно. Аккуратная, богатая… и несчастная.
— У тебя есть парень? — неожиданно спросила Кейт.
— Что? Нет. — Она поколебалась, затем добавила, — Я не с Габриэлем, если ты это имеешь в виду.
— Не это. — Кейт не хотелось говорить о Габриэле. — Я подумала о Льюисе. Ты хоть когда-нибудь обращала на него внимание?
Лида выглядела удивленно, почти напугано.
— Льюис! Ты имеешь в виду Льюиса Чао?
— Нет, я имею в виду Льюиса и Кларка. Конечно Льюиса Чао. Что ты о нем думаешь?
— Ну… он был добр ко мне. Даже когда все вы не были.
— В общем, ты ему тоже нравишься. И я сказала ему… — Кейтлин спохватилась. О, Боже, эта головная боль не дает подумать. Она чуть не проговорилась, что вчера говорила с Льюисом. Она безумно пыталась подобрать другое окончание приложения.