Чтение онлайн

– Так что с ней?
– спросила Эш.

– Если ты хочешь помочь ей, это надо делать здесь.

– А что я должна делать?

– Найти и победить то, что беспокоит ее.

Чудно. Самым лучшим для Нины было бы, если бы Эш выехала из ее комнаты - и вообще из дома - и никогда больше не возвращалась. А теперь она должна помогать своей кузине?

Эш снова вздохнула.

– Ну, так с чего начинать?

НИHА

Нина проснулась, сев в кровати и все еще комкая руками мятую простыню. Ночная рубашка прилипла к телу. Ее все еще трясло от ужасного сна. В комнате было холодно. Ужасно холодно, просто мороз. Дыхание Нины повисало в ледяном воздухе паром.

Воспоминания сна нахлынули на нее.

Зоопарк. Волки. Нападающий вожак.

И Эшли.

Под самый конец кузина появилась посреди стаи волков, разбросав их в стороны.

Эшли и кто-то еще - от этого другого осталось лишь смутное воспоминание:

высокая фигура в вуали.

Это уж точно было колдовство, подумала Нина, вся дрожа от страха и от холода.

Как же еще можно назвать такое появление Эшли в ее сне?

Нина бросила взгляд на пустую постель кузины - и у нее буквально перехватило дыхание в груди. Она не могла вздохнуть, не могла даже толком разглядеть то, что увидела, так сильно ее затрясло.

Рядом с кроватью Эшли стояла высокая тень в плаще. Жуткий холод покрыл инеем пол возле ее ног. В воздухе между нею и Ниной плавали легкие маленькие снежинки.

Тень заговорила. Голос у нее был женский, резкий и низкий. Хотя Нина не поняла ни слова, от самого голоса мурашки так и побежали у нее по спине.

И Нина все думала: колдовство существует, Эшли пользуется им против нее, сначала она насылала на нее эти кошмары, а теперь вот этого демона.

Тень заговорила снова, и на этот раз непонятные слова как-то выстроились в голове Нины, и она поняла, что было сказано:

"Ты - моя."

Нина, не в силах вымолвить ни слова, мотнула головой.

"Ты обещана мне."

– У-ух-ход-д-и...
– выдавила Нина.

Она стучала зубами так сильно, что едва смогла выговорить это слово.

"Моя."

Тень шагнула к Нине, и все ее страхи слились в один душераздирающий крик. Он родился где-то внизу, обжег ей горло и вырвался пронзительно наружу. Тень остановилась в нерешительности. Она начала подрагивать, расплываясь, словно отражение в воде, в которую бросили камешек.

Тут дверь в спальню распахнулась, и вошла нинина мама. Тень исчезла, как не бывало. Не стало мороза. Не стало снега.

Но холод остался, он пронизал Нину до мозга костей.

И остались в ушах слова женщины в плаще, их ужасный смысл.

"Ты - моя."

"Ты обещана мне."

Мама быстро пересекла спальню и присела на край нининой кровати, обняв дочку.

– Господи, да ты же как ледышка!
– сказала она.

Нина не могла произнести ни слова. Она сидела и дрожала, не в силах отвести глаз оттуда, где только что стояла черная тень в плаще.

– В школу ты завтра не идешь, - сказала мама.
– И сегодня-то не стоило пускать.

– Я... я...

Мама погладила Нину по голове, убрав мокрые пряди волос с ее лба. Нина медленно повернула голову и перевела взгляд оттуда, где стояла ее незванная гостья, к двери, в которой появился отец, и на лице его была та же тревога.

– Тут все в порядке?
– спросил он.

– Нина температурит, - ответила мама.
– И ей приснился плохой сон, правда ведь, Ниночка?

Сон?
– подумала Нина. Если бы это был сон!

– Пойду согрею молочка, - кивнул папа.

– Все будет хорошо, - сказала мама, когда отец вышел.
– Просто ты приболела, и тебе приснился плохой сон. Конечно, он от этого не станет менее страшным, но все же это был просто сон. Может быть, расскажешь его?

Нина сглотнула.

– Это... Там была...

Она силилась рассказать, объяснить, но слова не складывались у нее в голове.

– Там была... Эшли, - наконец, выдавила она.

Мама вздохнула и снова погладила Нину по голове.

– Я понимаю, милая, - сказала она.
– Мы все беспокоимся из-за нее.

– Да нет, не в этом дело. Там...

– Она приснилась тебе?

Нина кивнула:

– Это было ужасно.

– Будем надеяться на лучшее, - сказала мама.
– Она всегда была упрямой девчонкой, но я не ожидала, что она устроит нам такое. Бог свидетель, мы сделали все, что могли.

Ах, мама, да ты не знаешь и половины того, что она устраивает, подумала Нина.

– Но во всем этом есть по крайней мере одна хорошая сторона, продолжала мама.
– Не очень-то приятно говорить тебе это, но я, надо признаться, рада, что ты тоже беспокоишься о ней. Я думаю, твое подсознание знает, что ты чувствуешь на самом деле, даже если тебе кажется, что ты не очень-то волнуешься о своей кузине.

– Мое подсознание?
– переспросила Нина. Она не очень-то поняла, о чем говорит мама.
– А причем тут оно?

– Оттуда приходят сны, - объяснила мама.
– Иногда сон говорит о том, о чем, тебе кажется, ты не знаешь.

– Но я же знаю!..

Мама прижала палец к губам Нины.

– Успокойся. Тебе сейчас нужно только хорошенько отдохнуть.

Какой смысл?
– подумала Нина. Как объяснить то, что происходит, так, чтобы мама не подумала, что она просто расписывает все так, чтобы Эшли казалась плохой.

Родители наверняка не поверят в колдовство и магию. Ей и самой-то не так легко было в это поверить. А если даже ей и удастся убедить их в том, что она действительно все это видела, они, наверно, отправят ее к врачу, как отправляли уже в этом году Эшли.

– А вот и я!
– - сказал папа, входя в спальню.

Он принес дымящуюся кружку молока с корицей, мускатным орехом и капелькой бренди.

– А теперь выпей вот это.

Нина с благодарностью приняла кружку, и ее тепло согрело ей ладони. Питье грело ее изнутри, точно угольки в печке, и отогрело ее всю. От бренди же ее начало клонить в сон.