Чтение онлайн

Миссис Кимбл рассмеялась.

— Интересно, в кого ты такая быстрая? Твой отец не стал бы бегать, имей он компьютер, и, видит бог, я никогда не пробегала милю лучше, чем за девять минут. Даже в расцвете лет. — Она печально покачала головой. — Это было очень, очень давно.

— Девять минут — это не так уж плохо, мама.

— Да ладно, — сказала мать. — Я старая черепаха.

— Нет, это не так — я думаю, ты выглядишь великолепно!

Мать Вэл скосила глаза на дочь.

— Это так мило. Что ты хочешь?

— Ничего. Я просто… — Вэл замолчала, поняв, что мать шутит. — Не смешно, — пробормотала она, скрестив руки на груди и глядя в окно.

— Прости. Это было неправильно с моей стороны. Что скажешь насчет кофе, чтобы отпраздновать твою победу?

Вэл украдкой взглянула на мать.

— Можно мне большой стакан?

—Ты можешь получить, — решительно сказала мать, — все, что захочешь.

***

После визита в «Старбакс», Вэл вошла в дом и поднялась по лестнице в свою спальню с большим стаканом фраппучино мате в руках. Она на мгновение остановилась в дверях, оглядывая комнату со слабой улыбкой. Как бы банально это ни звучало, ее спальня была ее убежищем. Белый ковер, белые стены, пушистое розовое одеяло, мягкое, как облако. Книжная полка, придвинутая к дальней стене, под окном, со всеми ее любимыми книгами из детства, которые не так давно заполняли самую нижнюю полку. Стопка компакт-дисков, беспорядочно сложенных рядом с ее ноутбуком — Келли Кларксон, Тиган и Сара, Дэвид Кук и Мишель Бранч. Стопка компакт-дисков, спрятанных в ее шкафу, но не пыльных — «ЭнСинк», Бритни Спирс (все альбомы, кроме одноименного) и горстка артистов, крутящихся на радио Дисней.

Да, она дома. В безопасности.

И все же в кармане ее спортивных шорт стихотворение прожигало дыру, шепча угрозу, которую Вэл еще не понимала. Ее улыбка исчезла, когда она посмотрела на него во второй раз. Слишком хорошо написано, чтобы быть произведением ученика — Вэл чувствовала это, прочитав слишком много творений своих друзей, особенно Лизы. Она подозревала, что его откуда-то позаимствовали. Скорее всего ответ найдется в интернете.

Пора — это выяснить.

Она поставила стакан на тумбочку, бросила рюкзак перед шкафом и села за ноутбук. Чтобы сузить круг поиска, она заключила строки строфы в кавычки. К своему удивлению, добилась результатов гораздо быстрее, чем ожидала. Стихотворение представляло собой отрывок из произведения Джона Донна, современника Уильяма Шекспира, жившего в елизаветинской Англии. Оно называлось «Разбей мое сердце»:

Бог триединый, сердце мне разбей!

Ты звал, стучался в дверь, дышал, светил,

Но я не встал… Так Ты б меня скрутил,

Сжег, покорил, пересоздал в борьбе!..

Я - город, занятый врагом. Тебе

Я б отворил ворота - и впустил,

Но враг в полон мой разум захватил,

И разум - твой наместник - все слабей…

Люблю Тебя - и Ты меня люби:

Ведь я с врагом насильно обручен…

Порви оковы, узел разруби,

Возьми меня, да буду заточен!

Твой раб - тогда свободу обрету,

Насильем возврати мне чистоту!..1

На сайте были перечислены и другие работы, и Вэл прочитала первую пару из них. Больше всего ей понравилось «Предостережение». Остальные сонеты были либо слишком запутанными, чтобы понять, либо настолько темными, что она не хотела понимать смысл, вложенный в них. «Разбей мое сердце» попадало в обе категории, но особенно в последнюю. «Возьми меня? Буду заточен? Насилие?» — эти слова и фразы вызывали в ней жестокие образы, заставлявшие содрогаться. Почему-то ей казалось, что автор записки рассчитывал именно на такой эффект.

Глава 2

Дождь барабанил в окно. Вэл, лежа на кровати смотрела, как капли медленно стекают по стеклу, не сводя глаз с двух из них, ожидая, какая выиграет гонку. Она ставила на ту, что слева. На ее пути было больше капель, больше возможностей набрать обороты и увеличить скорость.

— Вэл, ты… — слова миссис Кимбл оборвались, когда она просунула голову в спальню дочери и увидела, что та лежит на кровати, уставившись в окно. — Что, скажи на милость, ты делаешь?

Вэл не отрывала глаз от окна.

— Смотрю на дождь.

Миссис Кимбл начала смеяться, вернее смех тут же перешел в кашель.

— Ну, ты же не можешь весь день валяться в постели. Иди и займись чем-нибудь полезным. Почитай. Посмотри телевизор. Позвони Лизе.

— Смотреть телевизор полезно? С каких пор?

— Валериэн Мари Кимбл, если ты сейчас же не встанешь с кровати, я заберу твой ноутбук.

Вэл скинула ноги с розового одеяла и бросила взгляд на окно. Дождевая капля слева победила, Вэл почувствовала удовлетворение. Она последовала за матерью, которая направлялась на кухню.

— Ничего не хватай, — предупредила миссис Кимбл. — Я готовлю обед.

Вэл скорчила гримасу, повернулась и схватила бутылку сока из холодильника, пакетик с семечками, зажала его между пальцами и побежала обратно в свою комнату, закрыв дверь, чтобы мать не услышала хруст и не проверила.

Она положила пачку на стол и взяла сотовый. «Позвони Лизе», — сказала мама. Тьфу. Мать Лизы, надо думать, не заставляла ее вставать с постели. На самом деле, она, вероятно, была бы счастлива, если ее дочь проводила бы больше времени бездельничая. Она всегда наказывала Лизу за то, что та задерживалась допоздна или выговаривала все минуты в своем телефоне, поэтому Вэл звонила ей домой, а не на сотовый.

Ужас из ужасов - это означало, что миссис Джеффрис взяла трубку.

— Алло?

— Хм, здравствуйте, миссис Джеффрис.

— О, Вэл, это ты? Ты практически член семьи, дорогая. Пожалуйста, зови меня Донна.

— Лиза дома? — спросила Вэл, не в силах скрыть отчаяния в голосе. — Могу я…

— Лиза, как обычно, в ванной, — ответила миссис Джеффрис, — завивает волосы. Как поживаешь, Вэл? Мне кажется, что я не разговаривала с тобой целую вечность.

И это не случайность.

— Наверное, потому что я так занята в последнее время, бегом и прочим. Лиза…

— Конечно. Ты же в легкоатлетической команде. Как твоя мать, Вэл?

— Она…

— С тобой так приятно разговаривать, Вэл, ты такой хороший слушатель.

Только потому, что разговор с миссис Джеффрис не оставлял другого выбора. «Помогите», — подумала Вэл.

Спасение пришло в виде крика на заднем плане.

— Мам, это Вэл?

— Дорогая, мы в доме — не стоит кричать. Да, это твоя маленькая подружка, Вэл. Мы просто болтали, правда, Вэл?

Вэл совсем не понравилось, когда ее назвали «маленькой».