Чтение онлайн

Кажется, что можно избавиться от террора в рамках политики «умиротворения». Увы, столкновение цивилизаций уже произошло: оно вызвано, в частности, развитием глобализационных процессов, которые лишь на четверть проектны и на три четверти объективны. В возникших условиях взаимное «предъявление» соприкасающимися культурами своих «предельных онтологий» неизбежно. «Война идентичностей», раз начавшись, будет продолжаться.

С теоретической точки зрения у традиционной исламской культуры нет ни шанса в борьбе против позднеиндустриальной цивилизации Запада. В конце концов, все это мы уже проходили: индийские сипаи, китайские «боксеры», суданские махдисты, – исповедовали ту же стратегию, что нынешние вакхабиты или маджахеды. Но для борьбы с ними европейцам не приходилось даже толком напрягать силы.

Что же изменилось?

Во-первых, разумеется, резко увеличилась связность и перемешанность мира. Это резко увеличило мобильность террористов и, следовательно, количество потенциальных объектов захвата или уничтожения. Во-вторых, страх Запада перед людскими потерями, особенно, среди гражданского населения, неизмеримо вырос. Современный европеец утратил трансцедентальную составляющую своей жизни, поэтому он стал очень бояться смерти. Эта слабость, конечно, будет эксплуатироваться снова и снова. В-третьих, скорость технического, социального, экономического развития Запада к концу XX столетия резко снизилась, и принципиальный разрыв между «цивилизацией» и «варварством» сократился до минимума.

Наконец, в четвертых, а на каком основании мы решили, что столкновением европейской и исламской идентичности исчерпывается все содержание современной террористической войны?

Анализ событий 11 сентября 2001 г. в США привел к модели «АТ-террора»: взаимодействующих групп террористов-смертников и хорошо подготовленных аналитиков. Аналитики ставят задачи, рассчитывают логистику, обеспечивают информационное сопровождение операции, координируют действия террористов в реальном времени. Боевикам-смертникам остается только выполнить разбитый на простейшие шаги алгоритм и не забыть вовремя покончить с собой (впрочем, наверняка существует процедура «зачистки», да и не так много они знают). В современных условиях могут существовать еще и «образовательные группы», которые готовят террористов-смертников и поставляют их на мировой рынок. Такая схема более рентабельна и – с точки зрения аналитиков – более безопасна.

Сегодня Т-группы рекрутируются из чеченцев, афганцев, иракцев, таджиков и иных представителей крайнего геополитического «Юга», отброшенного глобализацией и бомбежками едва ли не в архаическую фазу. Подготовкой этих групп и поставкой их на рынок занимается «политический ислам», преимущественно с Саудовской «пропиской», то есть опять-таки «Юг», но уже не крайний. А вот деятельность аналитических групп носит все признаки рафинированного европейского военного мышления.

Проанализируем некоторые террористические акты «нового типа», совершенные на территории Российской Федерации.

1. Буденовск – Кизляр. Организатором и исполнителем акта являлся Ш.Басаев (то есть, не было разделения на аналитическую и террористическую группы). Боевики не были смертниками. Между террористами и властями велись активные переговоры. Отношение боевиков к заложникам описывается формулой: «Ничего личного». Человеческие потери значительны, но общественное мнение относит их на счет плохо организованных действий федералов. Итоги акции: завершение первой чеченской войны, то есть стратегический результат.

2. Каспийск, 9 мая 2002 г. Взрыв по время парада, посвященного Дню Победы, привел к гибели сорока человек. Смертники не использовались, целью акции был военный парад. Точечная операция была рассчитана на информационный эффект и его достигла.

3. «Норд-Ост», 25 – 27 октября. Захват большой группы заложников, принадлежащих к государственной элите. Использовались смертники. Операция блестяще спланирована. Первый этап завершился полным успехом, в дальнейшем террористы утратили всякий контроль над развитием ситуации. Переговоры с их стороны практически не велись, сколько-нибудь осмысленных требований не выдвигалось. Отношение к заложникам жестокое. При штурме террористы уничтожены, большое количество жертв среди заложников. Общественное мнение, безусловно, осуждает террористов. Цель, если она и была, не достигнута.

4. 9 мая 2004 г. Убийство Кадырова в Грозном. Успешный точечный террористический акт с явным оттенком личной мести. Смертники не использовались.

5. 24 августа 2004 г. Взрыв двух самолетов в воздухе с гибелью пассажиров и экипажа. По одним данным террористический акт совершен смертницами, по другим – наземными службами (однако, смертницы дали команду на взрыв с мобильных телефонов). Требований не выдвигалось, переговоры не велись, ответственность за теракт никто не взял.

6. Беслан, 1 – 3 сентября 2004 г. Прекрасно подготовленный захват школы с более чем 1.000 заложников, включая детей. Среди террористов есть смертники. Полное отсутствие переговоров и осмысленных требований. Отношение к заложникам крайне жестокое, сравнимое с худшими преступлениями гитлеровцев. Результат: погибло много заложников, террористическая группа уничтожена.

Не правда ли, четко просматривается два тренда? Первый составляют теракты с четко выраженной целью, ограниченные по цели и жертвам и вписывающиеся в какую-никакую, но стратегию за Чечню. В этом ряду нет или почти нет терактов с использованием смертников. Второй составляют «Норд-Ост» и Беслан – масштабные, «зрелищные», жестокие и совершенно бессмысленные с точки зрения интересов «официального Заказчика» акции. В этот же ряд вписывается самый грандиозный террористический акт «нового поколения» – Башни-близнецы.

События в Беслане показательны.

Прежде всего, отметим, что не все террористы, организовавшие убийство детей в Беслане, были смертниками. Некоторая их часть предполагала уйти по открытому коридору. Но в таком случае жизнь заложников была для террористов драгоценна. Они не могли не понимать, что если хоть один ребенок погибнет, осетины – жители Беслана будут искать их на любом краю земли. Рано или поздно найдут, и преступник очень пожалеет, что ударился в бега, вместо того, чтобы погибнуть в перестрелке с федеральными войсками.

Для чеченцев этот террористический акт означает «потерю лица» во всех западных СМИ (которые, может быть, и не любят Россию, но жестокости по отношению к детям не приемлют), расширение конфликта на Северном Кавказе с легко прогнозируемой войной всех против всех и вечную ненависть осетинов. Трудно было найти более неподходящую «цель», нежели Беслан! Поневоле возникает ощущение, что эту акцию спланировали люди, очень далекие от Кавказа, его традиций и его проблем.

И в Нью-Йорке, и в Беслане и на Дубровке непосредственные исполнители были полностью уничтожены. Что происходило в небе Америки, мы не знаем, и никогда не узнаем. Но в Беслане и Москве исполнители явно ожидали, но не получили каких-то советов или приказов – потому и не вели переговоры с властями и не выдвигали внятных требований.