Чтение онлайн

– Мастера приготовили все, что просил мой господин. Завтра с утра мы готовы показать новое оружие.

– Ты же просил подождать до осени?

– К осени мы готовы будем перевооружить флот. А результаты можно посмотреть уже сейчас... В монастыре все готово, ждут лишь вас.

Обрадованный неожиданно приятной новостью, владыка Склеенного Королевства подался вперед и поднял в приветственном жесте правую руку. В ответ с площади полетел восторженный рев, подхваченный тысячами луженых глоток:

– Да здравствует король! Слава королю! Слава Барбу-Собирателю!

Злые слезы рвались на волю, но молодой парень лишь крепче сжимал зубы и продолжал идти домой, гордо подняв голову. Два проклятых дня Ягер сдавал бесконечные экзамены на знание местных ветров, на правила проводки кораблей в ближайшие порты, на тысячу мелочей, которые нужно знать будущему капитану. И все для того, чтобы получить место помощника на любом торговом судне, которые бороздят небеса рядом со провинциальной столицей. Заплатив немалые деньги за право предстать перед экзаменаторами. И ответить на все, даже самые каверзные вопросы.

А в результате? Надменная морда чиновника в расшитом серебром камзоле и пренебрежительное: “Неплохо для вашего возраста”. Все. Можешь проваливать.

Ведь предупреждал старый Генрих, когда пригласил к себе пропустить кружечку пива. Говорил, что для безродного босяка с улицы пробиться в помощники почти невозможно. За подобный патент берут тысячу полновесных золотых и зачастую бумаги кладут сразу на полку. Чтобы при случае вытащить еще монет, раз уж смог на первый взнос наскрести. У династий капитанов и купцов полным-полно своих людей, кто не прочь встать к штурвалу. И на хлебную должность проталкивают своих. Таких же молодых и смелых, с правильной кровью и желанием к старости уйти на обеспеченный покой. Именно им достанутся погоны на военном флоте или форменный камзол благородного купеческого дома. Их и научат, как правильно ходить из порта в порт по давно уже устоявшимся маршрутам. А ты, босота, можешь претендовать лишь на место боцмана, цепного пса для набранной в припортовых трущобах команды. Так что нечего изображать из себя умного, только людей баламутить. Радуйся еще, что с палубы не погнали, все же южные провинции куда как спокойнее относятся к тому, кто поднялся на борт. Ближе к столице даже на сходни бы не пустили.

Ягер мог бы и заплатить. После авантюры с захватом королевского “золотого” галеона у него были деньги. Грязные, кровавые деньги, которые пытался украсть у личной пиратской команды Карл Вафместер. Только вот где теперь Карл? Проорал проклятья для всего мира под клещами палача. А расписки на семьсот с лишним тысяч золотом достались в итоге Ягеру. Часть превратились в звонкое золото, часть спрятаны на будущее. Огромные деньги, на которые можно свой собственный флот построить заново. Вот только нет дураков так подставляться. Тысячу монет на взятку еще бы как-то смог объяснить. Но ведь тянули бы с патентом и требовали еще и еще. А потом начали задавать вопросы, откуда у беженца с северной границы подобный достаток. Да и кому платить, этим зажравшимся ублюдкам?

Смахнув набежавшую слезу, юноша свернул в узкий проулок и двинулся к дому. Крохотный домик, заботливо выбеленный матерью. Маленький огород, давший первый урожай. Смирная лошадка, на которой раз в неделю Ягер привозил хворост с рынка. Корова, куры и прочая мелкая живность, за которой приглядывали сестры. Брат, днями напролет возившийся в куче песка. Казалось, что вот она - спокойная и размеренная жизнь.

Но бывшего контрабандиста влекло к себе небо. Если ты хотя бы раз поднимался к ревущим в холодной синеве ветрам, то вряд ли согласишься остаток жизни провести согнувшись среди грядок. Распахнутые паруса, звон натянутых канатов и запах “гремучки” - вот что снится ночами. Ради этого и стоит во дворе старая летающая лодка, на которой бывшие беженцы перебрались подальше от возможной войны. И ради этого Ягер зубрил науки, подряжался за копейки на местные рейсы и старался стать своим в захудалом порту. Чтобы шагнуть на ступеньку повыше обычного матроса. Чтобы получить возможность официально встать к штурвалу и не шарахаться от каждого встречного военного корабля, когда везешь от соседей запрещенные товары.

Хотел.

И: “Неплохо для вашего возраста. Но...”

Уже подходя к дому юноша увидел поваленную калитку и все его проблемы тут же вылетели из головы. Сжимая в руке обнаженный нож, Ягер влетел во двор и притормозил лишь у крыльца, где сидела грустная женщина в ярком цветном платье с белым платком на седой голове.

– Мама?! Что стряслось?

Спрятав нож, единственный кормилец взял протянутый листок бумаги и вчитался в пляшущие черные буквы: “... Во исполнение... Именем короны... Без выплат...”.

– Это как так?
– лист выпорхнул из дрогнувших пальцев и закружил к утоптанной земле.

– Староста портовый приходил, с солдатами. Извинялся, что так получилось. Но - королевский указ. Все частные лодки, кто не в купеческих гильдиях, будут изъяты по приказу из столицы. Торговцы могут теперь баркасы иметь не более чем одного на каждого сына, кто с патентом их водить будет. Все собранное отдают на границу, для укрепления стражи.

– Стражи? Да они их продадут опять в Южные графства! Свои запасы повыгребли, теперь за обычных людей взялись?!

– Я же говорю, сынок, это не прихоть местных, это с самого верху приказ... Ты только не кричи громко, а то соседи и так косятся на нас, понаехавших...

Ягер задавил прокляться в адрес короля и постарался успокоиться. Высказать, что хочется - это можно дома, за толстыми стенами. А еще лучше и промолчать, чтобы ненароком кто не услышал. И раньше-то Барб за хулу в свой адрес легко мог отправить на плаху, а сейчас ради премии любой соглядатай с радостью сдаст недовольного. Война на пороге, еле успели север от “сыроедов” прикрыть, как на юге уже соседи между собой сцепились. Теперь за любым надо глаз да глаз. А тем более за пришлыми. Принесло их, как перекати поле. Лето еще не закончилось, а у них уже и скотина своя, и дом подлатали всем на зависть...

– А калитка им чем помешала?

– Солдаты это. Сунулись к лодке, порылись. Я им говорила, что сломано все, не ходишь ты в небо, так ящик все равно выдрали, повозку прямо сюда закатили и погрузили все, что нашли. Ну и не рассчитали, когда заезжали... Староста лишь предупредил, что саму лодку надо или в порт сдать, или на дрова разобрать. И лицензию обещанную на полеты он уже выдать не сможет. Теперь такие бумаги только купцам будут оформлять.

Обессиленно опустившись на скрипнувшую ступеньку, Ягер посмотрел на остатки выпотрошенной лодки в углу и криво усмехнулся:

– Вот тебе и помощник капитана. А я-то еще думал, что это с меня все пытались деньги вытрясти по любому поводу. Они-то уже знали, крысы канцелярские. И все мечтали подзаработать...

– Ты главное, не волнуйся. Мы же не пропадем. Хозяйство есть, сыты, одеты. Мельник вон предлагает тебе в подмастерья к нему пойти, на рынок муку возить или в лавке помогать.

– Мельник? Что-то зачастил он к нам в гости, как мне кажется, - фыркнул в ответ юноша, вогнав мать в краску.
– Ладно, не оправдывайся, я ведь не в упрек говорю... Но ведь чувствовал я что-то, носилось что-то в воздухе. Хорошо еще, что артефакторный ящик припрятал, оставил лишь чужие обломки.