Спящие
Шрифт:
– Ведь давно доказано, – принялся пояснять Руслан, приняв молчание за незнание. – Что, например, мобильники негативно влияют на головной мозг. Зависит от удаленности антенны и еще чего-то. Я точно не знаю, но эта версия, по-моему…
Вика продолжала смотреть в точку, где кого-то видела. Напряжение достигло апогея, и требовалась разрядка. Она решила сходить и проверить, ведь сто против одного, что показалось!
Руслан заметил взгляд напарницы, обернулся.
В этот момент из-за стены выглянула девушка без глаза. Ей пришлось выставить всю голову, чтоб видеть Вику с Русланом. Напарники застыли. Спящая, смотрела на молодых людей единственным уцелевшим глазом и также не шевелилась.
Странное, непонятное состояние, когда весь окружающий мир становится похож на густое переплетение тонких-тонких ниточек. Дернешь за одну – все содрогнутся. Но пока не дернул тишина и покой…
Временный.
Спящая побежала к вахте. Изучающее выражение лица сменилось на яростную маску. Окровавленная пустая глазница и перекошенный рот делали некогда прекрасное лицо настолько уродливым, насколько ни у одного воображения не получится. Вика еще ничего понять не успела, когда Руслан рывком вскочил и бросился к выходу. Доли секунды и он в коридоре. Виктория поддалась мгновенной панике, помчалась следом. От вахты до выхода из здания не более трех метров. От коридора, откуда выглядывала спящая, до выхода свыше пятнадцати…
Когда Вика выбежала в коридор, то в двери, которая вела на улицу, успела увидеть лишь спину Руслана. Из холла доносился топот босых ног. В голове моментальной фотографией возникла дверь на улицу – ведь на ней ручка изнутри! Оглянувшись, увидела, что спящая не добежала и поспешила замуровать ожившее тело в этом отстойнике трупов. Дверь оказалось слишком тяжелой.
– Руслан, помоги! – голос почудился Вике неожиданно писклявым. С надеждой оглянулась…
Летняя ночь, вместе с затихающим шумом города вползла в дом мертвых через открытую дверь. Частые шлепки раздавались все ближе, а разгоряченному мозгу казалось и вовсе рядом. Вика толкала дверь и та, медленно, но верно, прикрывалась. Оставалось совсем немного, когда шлепанье остановилось, и мертвец начал давить с той стороны. Сердце работало гулко и натужно. Вика уступила напору спящей и в образовавшуюся щель просунулась рука. Шлепнув чуть выше Викиной головы, следующим движением схватилась за кисть. Ощущение препротивнейшее. Захотелось отодвинуться от этой холодной словно резина, руки. Но отодвинуться означало уменьшить рычаг…
Хватка оказалась крепкой, и вскоре стало всерьез больно. Несколько секунд дверь оставалась на месте, а затем спящая начала открывать. Самое пугающее, что все происходило в полной тишине – Вика не слышала ничего с той стороны двери. Лишь холодная рука больно сжимала кисть.
«Еще немного и она сможет выбраться. Плевать, что агрессивный мертвец попадет в город – главное спасти свою жизнь. Убежать не смогу – каблуки», – проносились в голове Вики панические мысли.
Опершись на правую ногу, принялась стряхивать туфлю. Как назло слетать та не собиралась. Наконец получилось, и Вика оперлась на левую ногу, уступив позиции. Дверь приоткрылась, и в проеме показалось плечо.
Вика судорожно задергала правой ногой. Туфля слетела, звонко стукнувшись набойкой о стену. Сотрудница спецхрана, оставшись босиком, надавила на дверь, приготовившись бежать. Дверь неожиданно поддалась, но не закрылась – помешало плечо спящей.
Успех «окрылил». Вике и в голову не пришло, что она обута и постоянно перебирает «уезжающие» ноги, а спящая босиком. Не придумав ничего лучше, Виктория просто продолжала давить на дверь. Рука, сжимающая кисть, несколько ослабила хватку, затем и вовсе отпустила, спящая с трудом высвободило плечо. Дверь дернулась и с шумом захлопнулась. Несколько секунд Вика давила на нее.
Неистовый стук с другой стороны заставил отшатнуться.
– Открой! – раздался вопль из-за двери.
Вика собрала разбросанные туфли и поспешила к выходу. Несколько раз оглянулась. Позади лишь серебристая дверь и темный коридор.
– Выпусти! – глуше и глуше доносились крики.
Выбравшись на свежий воздух, Вика плотно закрыла дверь, и села рядом, опершись на стену. Отдышавшись, прислушалась.
Шум города и никаких посторонних звуков.
– Вика, – тихо позвал напарник.
Она посмотрела на Руслана. Освещенный белым светом лампы над входом, напарник выглядел не менее жутко, чем спящая в спецхране. Испуг не сошел с его лица: глаза не отрывались от двери, губы нервно подергивались.
– Прости, – прошептал он. – Я чего-то… не знаю…
Вика глубоко вдохнула. Тело покрылось гусиной кожей, руки мелко-мелко дрожали. Теперь она поняла насколько перепугалась. Медленно, опираясь на стену, словно дряхлый старик, встала на ноги.
– Что теперь делать? – голос предательски дрожал.
– Наверно…
– Откройте, кто-нибудь! – донеслось из спецхранилища. – Выпустите!
Крик звучал тихо, но среди уснувшего города разносился, будто гром в горах.
– …стоит позвонить Евгении Порфирьевне, – закончил Руслан.
– Я телефон там оставила, – кивнула Вика на дверь.
Руслан достал мобильник. Свет экрана вырвал из темноты его бледное лицо. Телефон трясся в руках так, что за неполную минуту чуть два раза не выпал.
– Дай я, – сказала Вика.
Руслан отдал мобильник и, закрыв лицо ладонями, присел к стене.
– Выпустите! Пожалуйста! – донеслось из спецхранилища.
Вика вошла в телефонную книгу, где среди разнообразных «Вова», «Вова2» да «Телка с пятым» отыскала запись «Порфирьевна».
– Слушаю, – раздалось из трубки после третьего гудка.
– Евгения Порфирьевна…
– Это кто? – перебила начальница.
– Вика. Вика Волк.
– Вика?! – последовала короткая пауза. – Что случилось?
Руслан сидел возле стены и тер виски. Виктория прекрасно понимала, что больше охранником в спецхране ему не быть. Руслан почувствовал, что на него смотрят, поднял взгляд.
– У нас ЧП, – призналась она. – Спящая выбралась.
– Как понять выбралась?!
Вика на мгновение представила, как Евгения Порфирьевна спит в кровати с мужем. Тилилинькает телефон. Супруг недовольно бурчит: «Какая гадина может во столько звонить?». Жена полусонная тянется к телефону. Нажимает кнопку ответа. А ей на «Алло» отвечают «ЧП».