Спаситель
Шрифт:
Горящая рамка на стене имелась, как и надписи, которые, впрочем, Тень проигнорировал. А Миха к стыду своему понял, что эти закорючки не прочтет.
— Тут… комнату можно изменять. Эй, как тебя там… помощник?
— Имя данного локуса не установлено, — охотно отозвался голос, заставив Тень повернуться. И нож в руке его мелькнул. Мелькнул и исчез.
— Будешь Марусей.
— Имя установлено. Закрепление временное.
— Это что? — Тень явно был насторожен.
— Это… считай, голосовой помощник.
— Что?
— Голем. Ты ему говоришь, что тебе надо. А он помогает найти то, что это надо. В теории.
— Хрень, — сказал наемник и слегка расслабился.
— Маруся, смоделируй комнату для двух… человек. Необходимо две кровати…
— Объем жизненного пространства недостаточен. Нарушение существующих норм жизненного пространства в расчете на одну дееспособную особь приводит к повышению уровня стресса…
— Охренеть…
— И что делать? — Миха подозревал, что Тень не согласиться поселиться где-то еще.
— Возможно объединение двух ячеек с созданием общего пространства увеличенного объема, однако предупреждаю, что подобный вариант исключает наличие зон индивидуального пользования.
— Создавай. На двоих… стандартный вариант. В общем, душ там… тоже скажешь ей, она отзовется.
— Баба?
— Голем, — пояснил Миха. — Считай, что на самом деле её нет. Что это… не знаю, камни магов и заклятье.
— Эй, заклятье… ты меня слышишь? — Тень задрал голову. — Дыр не вижу. Во что она говорит?
— Модуляция звуковых волн происходит в энергочувствительных мембранах, расположенных по периметру. Сменить имя?
— Маруся. Обращайся к ней — Маруся… или придумай какое другое.
Тень почесал голову и буркнул.
— Разберемся… Эй, Маруся, тут помыться можно? И одежду бы… я бы и пожрал чего, а то…
— Расконсервирование…
Миха вышел.
И прислонился к стене.
Нет, ну его… все равно же хрень. Древняя башня и древний искусственный интеллект, который вполне себе бодр и жив. И главное, отзывается…
Надо…
И вправду помыться, что ли? Но сперва заглянуть к мальчишке, а то совесть — дело такое… впрочем, Джер спал. Карраго сидел рядом, вытянув ноги и чуть запрокинув голову. Впрочем, стоило появиться Михе, и он приоткрыл глаз.
И снова закрыл.
А вот Ица встала.
— Я хотеть идти.
— Иди, — согласился Миха, посторонившись. — Правда, если потеряешься, то я не виноват… или заблудишься. Или встретишь какую погань… или еще что случится.
Она нахмурилась.
И губы упрямо поджались.
— А еще ты собиралась сидеть здесь, с ним… но это тоже твой выбор. Заставлять не буду.
— Юность столь нетерпелива… — Карраго глаза открывать не стал. — Но если деву успокоит, то состояние сего молодого человека выправляется. Мне кажется, эта штука замедляет рост. И становится ближе к человеческому организму. По ощущениям, я бы сказал, что к весьма конкретному человеческому организму. А потому, возможно, что в присутствии прекрасной девы нет необходимости.
— Он не умереть! — сказала Ица, выделив главное.
— В ближайшее время, определенно… но с древними артефактами никогда нельзя быть уверенным. Кое-что я могу сделать…
— Сердце! Тут! Рядом! Я… — Ица положила руки на грудь. — Я слышать его! Оно звать! И мне надо идти!
В её голосе было столько отчаяния. Миха вздохнул. И присел так, чтобы глаза его оказались на одном уровне.
— Послушай… это хорошо, что оно здесь. И что ты его слышишь. Это значит, что мы тут не зря все это затеяли… походы-приходы. И что шанс действительно появился… надеюсь. Я как-то не хочу сгинуть в метеоритном дожде…
— Кто хочет? Сколько бы ты ни прожил, смерть в большинстве случаев воспринимается неприятной неожиданностью… — не упустил случая Карраго.
— Но смотри, что дальше? Ты вытащишь это сердце… из Хранилища? Но дозволит ли тебе система?
— Я иметь право!
— Тебе сказали, что ты имеешь право. Но у системы может быть другое мнение. А мне бы не хотелось, чтобы Древние решили, что их грабят. Твой отец, что бы он сделал, если бы кто-то проник в его сокровищницу?
— Невозможно!
— Тебя, если подумать, тоже было непросто похитить. Так что представь. Кто-то проник в сокровищницу, выбрал там что-то донельзя ценное и заявил, что это его. Что у него права.
Губы Ицы дрогнули.
— Он… снять кожу. Убить. Долго убить.
— Вот видишь. А мне как-то не хочется, чтобы всех нас убивали. Может, конечно, Древние были куда гуманнее вас, но опытным путем проверять не тянет.
— И… как?
— Для начала успокоиться. Ведь даже если система позволит тебе взять это сердце, ты знаешь, что с ним делать?
Молчание.
— Несть. Дать Бог. Бог встать и спасти всех.
— А куда его нести? И где взять того бога? Причем не факт, что по воскрешении он проникнется к людям любовью. Мы ведь это уже обсуждали. Да и чисто практически… вот посмотри. Если забрать сердце и убираться отсюда, то… люди устали. Все. Миара. Винченцо. Наемники… Карраго вон.
Карраго величественно кивнул.
— Джер к тому же не в состоянии куда-то двигаться. Ты его бросишь? Или уйдешь одна, бросив нас всех?
Она закусила губу.