Шрифт:
Глава 1
Эмили Норт стояла напротив зеркала в ванной, пытаясь при тусклом свете лампы рассмотреть уставшее лицо. Она оперлась руками на раковину, покрывшуюся от старости желтым налетом, давно требующей замены. Светильник потрескивал, моргал и не давал ей остаться наедине со своими мыслями. Эмили размышляла о своей судьбе и как очутилась в этой неуютной, маленькой ванной комнате одной из дешевых гостиниц Кейптауна. Впервые за долгое время ей хотелось сбросить с себя износившуюся в пустыне одежду и насладиться ванной, забыв обо всём, что произошло с ней во время миссии в Мали.
– Том, ты не видел мой паспорт? – спросила Эмили, выходя из ванной, с полотенцем на голове.
– Посмотри в верхнем ящике стола, – ответил он, проходя мимо с чемоданами в руках. – Слушай, тебе обязательно было соглашаться на эту миссию? – Том поставил чемоданы у входной двери.
– Во–первых, меня впервые сделали руководителем миссии. А во-вторых, за неё неплохо заплатят. Ведь если бы я отказалась, то в следующем месяце нам нечем было платить ни за квартиру, ни за лечение матери, – Эмили рылась в ящике, в поисках заграничного паспорта.
– Но ехать в Мали ради нас, это опасно! – не сдавался Том. – Я бы нашёл ещё какую-нибудь подработку.
– Том, – Эмили выпрямилась, держа в руках паспорт, – тебе семнадцать и нужно думать об окончании школы. Тем более, ты не заработаешь ни на одной подработке столько денег, сколько заплатят мне за эту поездку.
– И надолго ты уедешь? – надувшись, спросил он.
– Не знаю, – честно призналась Эмили. – Всё будет зависеть от сложности ситуации. Скорее всего, на месяц.
– На месяц?! – выпалил Том, с большими глазами от удивления.
– Знаю, это долго. Но пойми, у меня нет другого выбора, – виновато ответила Эмили. – Став эпидемиологом, я взяла на себя ответственность помогать людям.
Они вдвоём замолчали, глядя друг другу в глаза. После недолгой паузы, она спросила:
– Ты справишься с ней? – Эмили посмотрела на закрытую дверь спальни, в которой спала их больная мать.
– А разве у меня есть выбор? – печально сказал он и обнял Эмили. – Прости, что пока не могу помочь тебе. После ухода отца и болезни матери, ты последние несколько лет тянешь нас двоих. Я вижу, как это разрушает твою жизнь, Эми.
– Ничего, Том. Ты мой младший брат, и я хочу, чтобы у нас всё было хорошо. Как только она поправится, станем жить лучше. А пока, нам нужно потерпеть и сделать для неё всё.
– И всё же я не доверяю этой частной военной компании, на которую ты работаешь. Вдруг с тобой что-то случиться в Мали, – Том отстранился от неё на расстояние вытянутых рук. – Что нам тогда делать?
– У тебя всегда есть визитка мистера Лоуренса. Если со мной что-то произойдёт, позвони ему, – ответила она и наградила брата улыбкой.
Из воспоминаний её вывело жалобное кряхтение труб, забившихся в предсмертных «конвульсиях», создавая такой шум, что им можно было разбудить всю гостиницу. В кульминации ночного представления, из крана раздался умирающий стон, означавший, что ванна на сегодня отменяется.
– Замечательно, – выдохнула она, разочарованно закручивая обратно вентиль крана. – И что же мне делать?
Эмили осмотрелась по сторонам и заметила под раковиной глиняный кувшин с водой.
Она поставила глубокую тарелку, которая стояла рядом с кувшином, на дно раковины и наполнила её. Закрыв глаза, Эмили пару раз погрузила в полные ладони воды лицо, смывая остатки усталости. Несколько капель попали на зеркало, напоминая ей об одном из событий в Мали – о дожде.
Она видела его в Мали лишь раз. В тот день она не стала прятаться под защитным тентом, а вышла на улицу под черное грозовое небо. Эмили вдохнула свежий, наполненный запахом грядущего дождя воздух. Первая капля приземлилась рядом с ее ботинком, образуя небольшой кратер в песке. Не теряя времени, она подняла голову и подставила лицо долгожданной влаге. Эмили нравилось, как дождь создавал миниатюрные ручейки на коже, плавно устремляющиеся к шее. Она с каждой секундой влюблялась в тишину ливня. Время словно остановилось. И в этом невероятном моменте, она увидела, как вдалеке хмурое небо резало на горизонте потемневшие от влаги рыжие пески. Как теплый ветер вообразил себя художником, рисуя в воздухе причудливые узоры из дождя, водя невидимой кистью по прозрачному полотну. Неоновая молния махнула рукой грому, призывая его сотрясти землю и пробудить её ото сна. И он последовал незамедлительно, покорно повинуясь своей спутнице. Эмили сосредоточилась на своем размеренном дыхании, представляя мокрые улицы Лондона в такие дни. Тем временем остальные члены миссии последовали её примеру, выбегая под небесный душ. Они радовались, словно дети, долгожданной влаге и прохладе. Но счастье длилось не долго. Один из военных ухватил Эмили за плечо и потащил за собой в укрытие. По всей стране шли вооруженные конфликты, и для потенциального врага весь отряд находился как на ладони. Ливень оказался недолгим, и через пару часов от него не осталось и следа. Это воспоминание всё больше погружало её в прожитые дни в пустыне Сахара.
– Ну же Норт, соберись! – приказала она своему отражению в зеркале, возвращаясь к реальности.
Эмили чувствовала, как усталость, накопившаяся за пару месяцев, свинцовой волной разливалась по всему телу. Она тяжело вздохнула, облизнув потрескавшиеся губы. От голубоглазой брюнетки осталась лишь тень. Эмили распустила свои длинные волосы, выгоревшие на солнце, и взъерошила их руками, после чего спрятала локоны за ушами. Она не узнавала себя. Глаза покраснели от сухости и постоянного отсутствия сна. Её бледная от природы кожа лица приобрела бледный бронзовый цвет, и загар уже начал шелушиться на носу. Она обвела взглядом мрачную обстановку ванной.
– Том, мама, как вы там? – задалась она вопросом, осознавая, что секретная миссия отняла более двух месяцев, в течение которых Эмили не общалась с ними.
Стоило вспомнить о недавней работе, как перед глазами замелькали картины ужаса, которые она наблюдала в Мали, спасая страну от эпидемии оспы.
В каждом новом городе или посёлке, машины сотрудников миссии по спасению облепляли люди в надежде на спасение, моля о помощи. Эмили знала, что большинство из них, кто заразился, могут умереть, потому что в мире не существует лекарства от оспы. Жители стучали по окнам, лезли на капот, бросались под колеса, лишь бы остановить их. Нередко военным, которые сопровождали команду врачей, приходилось в душных масках пешим конвоем защищать машины, отгоняя людей с помощью оружия. Когда солдатам приходилось открывать огонь, начиналась настоящая паника среди местного населения. В голове Эмили снова зазвучали крики людей и солдат. Кровь и тела убитых заставляли её сожалеть о том, что она согласилась на эту работу. Она не могла помочь тем людям.
– Хватит! – приказала Эмили своим воспоминаниям, которые продолжали оживать в памяти. Погасив свет, она вышла из ванной.
Глядя на старую мебель, местами отошедшие обои, Эмили поняла, что компания оплатила для них одну из самых дешевых гостиниц города. Но она была рада даже такому захудалому номеру. Эмили устала от ночевок в брезентовых палатках и в гамаках под открытым небом. Её взгляд привлёк небольшой фигурки пингвина на столе у окна. Сувенир служил напоминанием о недавней встрече с руководством. Его ей вручили просто так, как лишнее напоминание о том, что ей пришлось пережить в чужой стране.