Соска
Шрифт:
— Сверхсекретный материал! Выдерживает температуру в тысячи градусов! А уж про давление я и не говорю. Сема, еще одну, будь так добр. Ну что, положим туда зуб, а, Дмитрий Сергеевич?
— Конечно! — просто согласился спрашиваемый.
Рыжий бережно взял резец, открыл крохотную крышечку и вложил его в кулон. Вложив, торжественно повесил Дмитрию Сергеевичу на шею.
— Не жмет?
— Отнюдь. Спасибо вам! Но я все равно ни-чего не понимаю.
В слове «ничего» Дмитрий Сергеевич по-детски сделал паузу после «ни».
— А вы примите это непонимание таким, какое оно есть. Спасибо, Сема, это последняя!
Серебристый опустошил еще одно «комариное брюшко».
— А какое оно есть, это непонимание?
— А вот возьмите да и расскажите нам про город! — изящно сменил тему опустошивший.
— А до чего осталось три часа? — ловко ушел от ответа Дмитрий Сергеевич.
Рыжий и Серебристый переглянулись, как будто вспомнили о чем-то, и синхронно посмотрели на часы.
— Уже меньше!
— Да-а-а, поменьше…
— Но до чего? — не унимался преодолевший пустыню.
— До конца света!
— До кончика света.
— До конца светика.
— Пока еще есть время, расскажите, что вы там такое нашли? Облегчите душу!
Сказав это, Серебристый почему-то отвернулся, а Рыжий, за спиной Дмитрия Сергеевича, беззвучно прыснул в кулак.
— Нет-нет, я расскажу только компетентным людям! — Дмитрий Сергеевич незаметно выпятил левую часть груди.
— Хорошо. Компетентным так компетентным. Тогда говорите вот сюда, в сторону пепельницы.
— А этого будет достаточно?
— (Хором.) ВПОЛНЕ!
— Хорошо… — Дмитрий Сергеевич тщательно прокашлялся. Пепельница сохраняла невозмутимость. — Я обнаружил древний город в песках. Откопал несколько фрагментов. Пара черепов, так, по мелочи. Обломок золотого копья. Нужна экспедиция. Нужны средства. Я сейчас отдохну и напишу подробный рапорт. Это переворот в мировом знании. Новый подход к развитию цивилизаций. Революция!
Дмитрий Сергеевич вопросительно посмотрел на пепельницу. Та безмолвствовала, только вонь от окурков стала сильнее.
Серебристый взял Дмитрия Сергеевича под руку.
— Экспедиция, средства, переворот… звучит заманчиво! А вот насчет отдохнуть — это вы здорово. Это вы прямо пальцем в небо, то есть в точку, насчет отдохнуть. Отдых и…
— До начала эксперимента осталось два часа сорок пять минут. Номеру ноль семьдесят восьмому незамедлительно занять позицию. Повторяю… — Воодушевленный голос с улицы не дал Серебристому договорить.
Тот посмотрел на наручные часы, с трудом задрав рукав своего необыкновенного костюма.
— Отдых и еще раз отдых, Цезарь. Идемте за мной. Полежите часика два с половинкой, поспите, а там видно будет!
Влекомый Серебристым, Дмитрий Сергеевич послушно пересек улицу, затем еще одну, уже не обращая внимания на «странности» города и его новехонький и необжитой вид. Через пять минут они вошли в трехэтажное здание из неокрашенных бетонных плит.
— Это здесь, — сказал через плечо Серебристый, легко взбегая по ступенькам. — Неужели не помните?
Дмитрий Сергеевич грустно покачал головой.
Он плелся по каким-то длинным коридорам с дверьми, смотрел, как играют блестящие складки на комбинезоне его провожатого, и думал.
Ему никак не удавалось вникнуть в суть, отвлекали глупые детали. Например, женщина с батоном. Она явно играла роль… Плевать на женщину, она не суть! А голубь с датчиком? А кончик светика? А «Москвич», названный «Победой»? Не то, все не то, не суть! Самое обидное было то, что суть эту Дмитрий Сергеевич знал, но забыл. Точно знал, что знал и что забыл. А неплохо было бы вспомнить. Тогда все встало бы сразу на свои места: и пустынность города, и таблички на предметах из необыкновенного материала, и разметка в кафе, да и само кафе…
Дмитрий Сергеевич явственно ощутил на дне желудка неприятный осадок, смешанный с усталостью. Осадок, смешанный с усталостью. Смешанный. С…
На дверях, мимо которых они с Серебристым проходили, имелись пояснительные бумажки, пришпиленные кнопками. Некоторые из них не могли не привлечь пыткий ум Дмитрия Сергеевича; «Рыбы морские пресноводные», «Обезьяна в свинце», «Алкоголики. Разные стадии», «Осужденные без нарушений», «Осужденные с нарушениями», «Особый случай»…
В некоторые из дверей Дмитрий Сергеевич робко заглядывал.
Серебристый останавливался, осуждающе качал головой и красноречиво смотрел на часы.
В комнате с «Обезьяной в свинце» Дмитрий Сергеевич увидел канат с привязанной к нему покрышкой. Покрышка раскачивалась. Рядом сидела обезьяна в серебристом костюме, таком же, как у Серебристого. Открытой оставалась только морда, которой она ела банан.
— Морду закроют перед началом эксперимента, — пояснил Серебристый, — кстати, надо бы не забыть.
Он на мгновение скрылся в комнате, затем появился с бананом в руке.
— Держите! Да берите, не стесняйтесь! Это самый настоящий банан. Доставали через «Березку» особого отдела.
Он протянул Дмитрию Сергеевичу банан и предложил продолжить путь.
«Как ему с обезьяной, наверное, жарко в этих костюмчиках!» — подумал Дмитрий Сергеевич, довольно ехидно.
Из комнаты «Алкоголики» в облаке перегара вышел лохматый мужик, яростно икнул и побрел по коридору. Пока дверь за ним закрывалась, до Дмитрия Сергеевича долетел стук костяшек домино, пьяные голоса и звон бутылок.