Смех победителя
Шрифт:
– Бежать поздно! – Анитра Карнийская шла прямо к нему по узкой дорожке между стенами поднимающейся до самых небес тьмы, и синие глаза пылали, точно два горящих сапфира. – Или ты забыл, что это мой город?
На этот раз она была без накидки, в длинном золотистом платье, мало подходящем для осенней погоды.
Обнаженные руки излучали матовое сияние, черные кудри рассыпались по плечам.
– Разрази меня Хаос, – пробормотал Хорст. – Тебя еще не хватало…
Больно было осознавать, что его подвела самоуверенность. Он давно сбросил со счетов магов, лишившихся собственных точек опоры, решил, что они более не опасны.
И как оказалось – зря.
Анитра вскинула руки, повела их вниз, и Хорст ощутил, что проваливается сквозь мостовую, вдавливается во что-то горячее и упругое.
– Ну, ты сама меня вынудила… – пробормотал он, чувствуя, что внутри шевелится горячая, злая сила, способная крушить магию и уничтожать любые преграды. – Беги…
Хорст успел увидеть изумление на точеном лице, и после этого тело отказалось ему повиноваться. Оно словно лопнуло, выплюнув во все стороны волну обжигающего света.
Стены тьмы с тяжелым рокотом рухнули, обнажив размытые, точно скрытые туманом, стены домов.
– Нет! – Анитра отступила на шаг. – Нет! Как это возможно?
Хорст ощутил, что через мгновение то, что он выпустил из себя, ринется вперед и превратит стоящую перед ним женщину в пустое место, в горстку черного праха.
Загнать эту силу назад оказалось сложнее, чем удержать в конуре бешеную собаку.
На несколько мгновений перед глазами потемнело, а когда вновь просветлело, Хорст обнаружил, что стоит посреди самой обычной улицы, шапка с головы куда-то делась, а на него с открытыми ртами глазеют несколько горожан.
Лежащая на мостовой женщина находилась без сознания. Ни о каком платье речи не шло, в обычном мире Анитра Карнийская оказалась в темном глухом плаще, скрывающем фигуру с ног до головы.
– Это же наша колдунья! – уловил Хорст взволнованный шепот. – А это тот, рыжий, о котором в корчме болтали…
– Так что они, подрались, что ли?
О том, что видели прохожие, оставалось только гадать, но в том, что увиденное будет сегодня же приукрашено и разнесено по всем тавернам Карни, не стал бы сомневаться даже идиот.
Хорст зарычал от злости и махнул рукой.
Люди исчезли, забрав с собой звуки большого города, все вокруг заволокло туманом, густым и бурым, точно медвежья шерсть. Тучи в небе чуть поредели, открыв висящий в зените черный овал.
Маг подошел к Анитре, наклонился и потряс за плечо.
– Да? – Она вздрогнула и открыла глаза, полные боли и ужаса.
– Слушай меня внимательно, – сказал он. – Я мог и должен был тебя убить, но почему-то этого не сделал. Будем считать, что я сегодня добрый. Но если еще раз ты попадешься у меня на пути, я наверняка окажусь злым, клянусь Владыкой-Порядком. Понятно?
Анитра зашипела, точно дикая кошка, одним движением вскочила на ноги. Мгновение Хорст думал, что она сейчас кинется на него, но женщина развернулась и пошла прочь.
Туман поглотил ее стройную фигуру.
Хорст развернулся и зашагал обратно к «Черному лосю». Прошел по пустынным улицам, мимо мрачных, пустых домов и оказался в узком переулке между постоялым двором и соседним зданием.
Когда вернулся в обычный мир, сидящий там же рыжий кот посмотрел на возникшего из ниоткуда человека с еще большим подозрением.
Пиво было темным, густым и с легкой горчинкой, а поднимающаяся над кружкой пена – плотной и светло-коричневой. Хорст отхлебнул очередной глоток и покатал напиток на языке, прежде чем проглотить.
– Отлично, клянусь Владыкой-Порядком, – сказал он. – А тебе как, Радульф?
– Очень даже ничего, – ответил десятник, с сосредоточенным треском обдирающий чешую с сушеной рыбины.
– Чего вы в этом пиве находите? – вздохнула Илна, успевшая благополучно уговорить половину кружки.
Они сидели в самом темном углу большого зала постоялого двора. Время близилось к вечеру, и все большее количество столов заполнялось. Слуги не успевали таскать подносы, а воздух полнился запахами пролитого пива, пота и жареного мяса.
– А тут она как вдарит по нему! – пылко воскликнул кто-то от самой стойки. – Аж искры полетели! А он в ответ как шарахнет по ней! Она и упала! А потом оба пропали!
– Да врешь ты! – ответили ему. – Где ж такое видано?
– На улице Канатчиков! Вчера и видел! – обиделся рассказчик. – И не я один! Там еще Ушастый Грати был!
– И все одно не верю, – упорствовал скептик. – Как такое возможно, чтобы маги прямо на улице дрались?
– Они…
Голоса пропали, растворились в общем гаме.
– О ком это они, интересно? – спросила Илна, обладающая, как выяснилось, острым слухом.
Маг промолчал. О вчерашней схватке он не рассказал ничего, надеясь, что история покажется слишком бредовой, чтобы кто-то в нее поверил.
– Врут! – убежденно сказал Радульф. Он избавил рыбину от чешуи и теперь рвал ее на части.
– Да… – Заготовленная фраза вылетела у Хорста из головы, когда он ощутил пониже грудины знакомый и очень неприятный зуд.
Одна из фигур собиралась проявить собственную волю.
Дверь открылась, и в нее ворвался тщедушный человек в распахнутом кафтане и без шапки.
– Где он? – пискляво рявкнул человек, размахивая кухонным ножом и сверкая глазами.
– Раздери меня Хаос! – пробормотал маг.
– О! Кто тебе нужен, почтенный? – хозяин из-за стойки сделал знак вышибалам, но замер, когда в дверь протиснулись еще трое. Эти выглядели куда внушительнее, а ножи в их ручищах годились для того, чтобы рубить бычьи туши.