Чтение онлайн

— Ромер сказал, что кодла решила Вонзека поставить на перевозки. Ты слишком хитрожопый, так все сказали, деньги прячешь от них, наверняка.

Судя по наступившему молчанию, это истинная правда, возчик и точно, не платил бандитам все, что им полагалось и они это справедливо подозревали. Теперь поздно плакать, возчик понимает это, кодла решение не переменит, как бандитов не умоляй. Если нашелся желающий платить побольше, то нет смысла даже выслушать нового терпилу.

— Так что, радуйся, что мы спасем тебе часть денег, — Клея все правильно расставила, все приоритеты.

— Можете меня развязать, теперь я не буду дергаться. Спасибо, Клея, что рассказала, — возница оказался неглупым мужиком и предлагал мировую.

Не я, а сестра кивнула парням и с возчика сняли веревки. Он сел, растирая запястья и лодыжки и ехал молча, пока не заметил, что мы уже довольно далеко отъехали от Пельтума и пора остановиться.

— Можем и тут расстаться, мне теперь часа два с половиной идти обратно до Пельтума, а вы через полчаса проедете Кельтум.

— Клея, а если я тоже соглашусь отдавать треть от дохода? Честно отдавать.

Сестра Гинса усмехнулась:

— Омр, ты и сам все знаешь. Теперь никто в твою пользу менять ничего не будет.

— Хоть по какому поводу хотят забрать телегу у меня? — возница все же пытался найти какие-нибудь возможности переиграть ситуацию.

— Омр, без повода, предъявят тебе кражу денег у кодлы и почему только телегу? Лошадь тоже заберут. Хотят уже сегодня-завтра днем к тебе зайти с Вонзеком, чтобы он запряг лошадку и уехал. Ты начнешь выступать и тебя побьют до полусмерти. Давно уже кодла никого не наказывала, с месяц, а тут ты подвернулся. Такие показательные наказания положено проводить время от времени. Уж я, то, знаю, о чем думает Ромер и о чем говорит с обоими своими дружками. Будь уверен.

Спокойствие и сила в словах Клеи серьезно подействовали на возчика. Но он еще не сдался, пытался как-нибудь выскользнуть и изменить будущее.

— Как они докажут свои обвинения? Я могу легко оправдаться.

— Омр, ты купил жене станок для пряжи, за двенадцать золотых. В городе. Про это все знают, твоя благоверная растрепала своим подругам и теперь тебе не оправдаться, — этот последний аргумент убил возражения возчика.

Он весь как-то согнулся и постарел. Видно, понял, откуда ветер дует.

— Ладно, хватит разговоров, получай деньги и будь счастлив, что продаешь подводу с лошадью, а не смотришь, как на ней каждый день твой враг зарабатывает деньги, — пришло время вмешаться и мне, показать, что здесь главный — это я.

И, заодно, объяснить ситуацию возчику, почему он получит только половину или меньше денег за свое, уже почти конфискованное имущество. У меня осталось всего двадцать восемь золотых и на дорогу надо еще оставить не меньше десяти, чтобы скромно ночевать под крышей и питаться горячим в корчмах. Еще четыре монеты оставалось у братьев, так что, больше двадцати золотых я отдавать не собираюсь.

Пусть и этому радуется, а на душе даже похорошело, что мы не занимаемся грабежом, не отнимаем последнее у простого человека, а, наоборот, спасаем ему часть имущества. Не всю, конечно, но пусть и этим будет доволен.

Но возчик радоваться не собирался, а потребовал полную цену за все — шестьдесят золотых.

— Ты можешь взять двадцать золотых или не получить ничего, кроме еще одного удара по голове. Так, тебе будет легче объяснить, куда делась лошадь с подводой и ушли Клея и братья, — ласково предложил я упертому мужику. И, подумав, добавил:

— Давай я прострелю тебе плечо из арбалета, так точно вопросов не возникнет.

— Не надо, Ольг, — сестра Гинса посмотрела на меня своим бархатным взглядом и сказала:

— Я добавлю тебе десять монет, Омр. Все же я давно знаю и тебя и твою семью. Закопай деньги перед тем, как пойдешь к Ромеру. И, думай, как уехать из Пельтума, кодла не простит тебе свой убыток и то, что мы сбежали с твоей помощью, пусть ты ничего и не знал, даже если сейчас прибежишь и первым сообщишь о побеге.

Возчик получил тридцать монет, прихватил веревки, по моему совету, и пошел, не спеша, в сторону городка, обдумывая, видно, как объявиться в Пельтуме и что рассказать сожителю Клеи, чтобы отвести от себя удар.

Мы же покатили в объезд приближающегося городка, Клея знала все дороги и тропки в округе, в отличии от братьев, и уверенно указывала мне, куда повернуть и как ехать.

Чтобы не мозолить глаза местной кодле и не давать лишних сведений для погони, вполне возможной.

Мы объехали городок и потом долго катили по проселочной, но неплохой дороге.

После разговора выяснилось, что, Клея умеет управлять телегой, в отличии от братьев. Но я начал приучать к этому процессу и парней, ведь, мне, как дворянскому сословию, такое дело не к лицу. Девушку лучше прятать среди барахла на телеге, когда будем проезжать городки и города побольше, чтобы она своей внешностью и фигурой не вызывала пристального внимания сильных мира сего и не втягивала нас в разного рода битвы. Поэтому оба брата прослушали лекцию про управление телегой, и, с разной степенью успеха, учились. У Крома получалось похуже, зато брат сразу схватил суть процесса и ему теперь можно доверить управление нашим транспортным средством.

Через четыре часа езды, мы свернули в сторону от прежнего маршрута, решил ехать по параллельной дороге и устроили себе настоящий пир прихваченными Клеей из дома явствами. Неплохо живут главари банды, контролирующей город, вкуснейшая соленая рыба, аппетитное копченое мясо и мех с вином — украсили отличный обед и мы, с новыми силами, двинулись вперед.

На обеде разобрали сверток с дубинками, длинными кинжалами и подобием фомок, все, что прихватила Клея из дома. Долго решали, как будем обороняться, если случится нападение, ведь, чем известны земли Сатума, то это тем беспределом, который творится постоянно и везде.

Конечно, вооруженный дворянин, пусть и не на коне, это серьезно по местным понятиям, но банде в пару десятков бандитов не будет особенно страшно столкнуться со мной. Даже пара тренированных бойцов их не смутит, если кому-то очень приглянется девка и подвода с лошадью.

Главное в нашем пути, не привлекать внимание красивой девкой, дорогими арбалетами и не сорить деньгами, которых осталось всего ничего.

Будем, по возможности, объезжать крупные города и поселки, ночевать только на дороге, в постоялых дворах, около которых нет поселений, чтобы с утра не познакомиться с большой группой товарищей, вожделеющих все наше добро.