Чтение онлайн

– А компания? – поинтересовался Дикон. – «Эм-Доу»?

– Он и есть компания. Но погорят и другие. Те, кто просто исполнял приказы.

– Как Стейнер, – заметила Лаура.

– Да, в числе других и он. – Хендерсон помолчал. – Я не могу почувствовать себя виноватым перед ним, как ни стараюсь. У него такие же грязные руки, как и у остальных.

С тех пор как жена Стейнера услышала о смерти мужа, якобы от сердечной недостаточности, прошло уже шестнадцать часов. Доктора вызвала девушка, которая заявила, что познакомилась со Стейнером некоторое время назад. Он лежал нагишом в ее кровати. Врач подготовил необходимые документы. Жена Стейнера проверила страховые свидетельства. Без слез, с сухими глазами, она, как могла, утешила детей и позвонила нескольким близким родственникам. О случившемся не узнал никто, кроме тех, кого эта смерть затронула больше всего. Это немного усугубило чувство вины, испытываемое Эдвардом Хендерсоном, но не слишком сильно.

– Я позвоню вам, – сказал он. – И следите за передовицами газет.

– Остается разобраться со Стейнером, – ответил Дикон.

– Не беспокойтесь, нам не придется. И без того у него хватит дел, и без этого есть люди, которые годами мечтали свести счеты с Чедвиком.

– Длинная свинья, – пробормотал Дикон.

– Что вы сказали?

Дикон улыбнулся.

– Ничего, – сказал он. – Наконец-то тигр в клетке.

Лаура спала – и когда подавали обед, и когда показывали видеофильм. Лишь изредка она просыпалась, чтобы воспользоваться своим ингалятором. Она всегда плохо переносила самолет, и единственное, что ей помогало, был сон. Дикон обеспокоенно смотрел, как она нажимает кнопку и вдыхает лекарство. Когда он устраивался спать сам и клал голову на спинку соседнего сиденья, он слышал дыхание со слабым, но постоянным присвистом, различимым сквозь гудение моторов.

Один раз, проснувшись, Лаура попросила у стюардессы стакан воды. Она выглядела неважно, но улыбнулась Дикону и взяла его за руку.

– Это в порядке вещей, – сказала она. – Не беспокойся. Ничего страшного не произойдет.

В первый раз за долгое время он подумал, что, может, и впрямь не произойдет ничего ужасного. Он сказал:

– Даже и с «Нимродом» – ты ведь так говорила Эдварду. Она немного отпила из стакана и вернула его Дикону, приготовившись снова заснуть.

– Именно так.

– Ты использовала компьютер в конторе Эдварда. Он был оснащен модемом?

– Да.

– И что ты сделала?

– Стейнер долгое время «облегчал» счет «Нимрода» в компании с другим парнем из какого-то банка, – она вспомнила название, – Банк Майами, верно?

– Да.

– Если бы располагала временем и помощью, я могла бы вскрыть весь этот механизм. Ведь Стейнер дал Эдварду системный код, точно такой же, какой был в моем банке – банке Бакстона, Чедвика... чьего бы то ни было. Это – главный пароль, открывающий доступ к основному компьютеру. Номер счета фонда «Нимрод» я знала. Мне оставалось дать компьютеру новую инструкцию.

– Какую же?

– Ну как тебе объяснить? На простом языке она означает «Сообщать истинное количество денег на всех счетах, кроме этого; сообщать, что на этом счету лежит один доллар». – Она нажала кнопку в подлокотнике и откинулась в кресле назад. – Я опустошила счет.

– На сколько?

– Точно не знаю. Думаю, что на миллионы. Все, что внесли друзья Чедвика. Весь фонд «Нимрод». – Она сонно улыбнулась. – Сегодня он есть, а завтра его нет.

– Куда ты послала эти деньги?

– В никуда. Это не деньги, это просто цифры. Я заставила их исчезнуть. – Она прикрыла глаза, потом открыла и закрыла опять. – Разве наука – не чудо?

Чедвик ничего не знал об однодолларовом счете, потому что ему не пришло в голову осведомиться о состоянии фонда «Нимрод». Его больше не интересовал ни фонд, ни его вкладчики. Он почти забыл о Волкове, о «Лос Либертадорес» и о Стейнере. Он думал только о себе и о том, что с ним произошло.

Босс провел всю ночь и половину следующего дня в своей квартире на последнем этаже. Он знал, что там его никто не побеспокоит и дела некоторое время будут идти своим чередом. Хотя и недолго. Он знал это.

Всю ночь напролет городские огни горели, точно сигналящие друг другу маяки на холмах; Потом появилась темная предрассветная синева. Чедвик продолжал сидеть, сложив руки на коленях и прислушиваясь к биению своего сердца. Перед ним стоял полупустой стакан с бренди, но он к нему не притрагивался. Некоторое время его мозг судорожно искал выход – так пойманное животное мечется по клетке и нервно втягивает носом воздух за ее прутьями. Потом он успокоился, будто забившись в самый темный угол клетки.

Светало. Темно-жемчужное небо окрасилось сначала в бледно-желтый цвет примулы, потом первые лучи солнца посеребрили пики небоскребов. На улицах остатки ночной жизни тонули в первых волнах жизни дневной. Мусорные грузовики, тоненькие ручейки машин, заступающие на смену рабочие отелей, люди, которые проснулись полчаса назад, и люди, которые только еще собирались ложиться сдать. В воздухе появилось ощущение свежести, которое, впрочем, почти сразу пропало.

Чедвик сидел спокойно и неподвижно, а на заполнявшихся людьми и машинами улицах нарастал шум, успехи и поражения минувшего дня обретали конкретную форму. Начинавшийся день был похож на предыдущий: жаркий, без малейшего ветерка. К полудню тепловая вспышка почти испепелила город. Улицы пылали жаром.

Четверо мужчин вошли в аптеку на Третьей авеню, согнали покупателей и персонал в заднюю комнату, изнасиловали двух женщин и забрали всю наличность. В вест-сайдской квартире подросток, которого часто бил отец, улучил момент, когда тот лежал пьяный в постели, и ударил его ножом. Город входил в обычный ритм жизни.

Из квартиры Чедвик поднялся по винтовой лестнице в зимний сад на крыше: огромные терракотовые кадки с цветущими растениями, телескоп, защищенные от непогоды столы и стулья. Он подошел к парапету и глянул вниз. Машины, автобусы, люди двигались беспорядочно, как персонажи компьютерной игры, которыми управляет программа, предоставляющая каждому игроку определенный шанс.

Он устремил взгляд на башни и небоскребы, на невидимые и неразрывные сети власти. Там, внизу, находилась жизнь, которую он больше не понимал. Нужны образы, формы, модели – да, модели поведения людей, модели событий, приливов и отливов, которыми надо управлять сверху. Сила всегда, исходит сверху. Нерон, глядящий с холма на Рим. Блеск ножа ацтекского жреца, приносящего жертву на верху пирамиды; бесшумные взрывные волны от попадающих в цель бомб, распускающиеся точно цветок. В тронутых золотом окнах он увидел перед собой великие империи – Ниневию и Фивы. Он увидел горящий Карфаген.