Чтение онлайн

Покорны взял скрипку Агосто ди Маджо и настроил ее — соль, ре, ля ими. Он долго задержался на струне соль, дергая ее снова и снова. В конце концов он улыбнулся и сказал:

— О белла беллиссима, о, моя маленькая красавица! Кусок дерева и сухие кишки она превращает в чистое золото!

Уже не скрывая своего раздражения, скрипичный мастер возразил ему:

— О нет, вы уж извините меня — ничего подобного. Вы берете одну ноту, но слышите другую, которая звучала в ушах у вас давным-давно, до того, как умерла сестра этой скрипки, так горячо вами любимая.

— Вы бредите, — сказал Покорны.

— Вы уверены? — спросил мастер. Он поднял Амати за завиток и протянул ее скрипачу:

— Попробуйте эту, сир, и мы увидим.

Покорны с непередаваемой нежностью положил Агосто ди Маджо и с холодной вежливостью взял в руки Амати; добросовестно, но абсолютно безразлично настроил и попробовал ее. Чуткое ухо скрипичного мастера услышало трепет страстной любви и утраченных надежд, но Покорны, передернув плечами, положил Амати и сказал:

— Очень хорошая, очень верная, да — но ничто в сравнении с Агосто ди Маджо.

— Так я и думал, — отозвался скрипичный мастер. — Вы на своей старой скрипке никогда не играли: она играла на вас. Берите Агосто ди Маджо, сир, и идите с богом.

— Если хотите, я попробую инструмент, который, по вашим словам, сделали вы.

— Она больше не продается. Я еще ее не закончил.

— Пусть будет по вашему. Агосто ди Маджо я, разумеется, покупаю... и, пожалуй, на всякий случай возьму Амати.

— Снова прошу извинить меня, маэстро, но Амати теперь тоже не продается.

И Покорны купил и уплатил сполна за предательскую скрипку Агосто ди Маджо, так похожую на ее сестру. Скрипичный мастер проводил покупателя на улицу и остановился в дверях. Поставив ногу на подножку кареты, Покорны обернулся. Глаза его затуманивало сомнение. Взгляд его скользнул вниз, к женственным линиям скрипичного футляра в его руке, а потом метнулся к двери мастерской, но в конце концов Покорны поднялся в карету и уехал.

А скрипичный мастер, Антонио Страдивари, вернулся на свою скамью, снял с крюка еще не покрытую лаком скрипку и, любовно погладив ее, сказал:

— Нет, дорогая, он не для тебя. Потерпи немного — и мы найдем того, кто тебе нужен...

Он сел, пододвинул к себе кисти и склянки, и начал, все так же мягко и любовно, наносить последние штрихи на первый Страдивариус.