Скеллиг
Шрифт:
Мы положили девочку на стол и уселись вокруг. И все почему-то молчали. Мама пила чай. Папа дал мне слизнуть пену с пива. Мы сидели рядом, смотрели друг на друга, касались друг друга, смеялись и плакали, смеялись и плакали.
И тут в дверь тихонько постучали. Я открыл. Там оказалась Мина. Робкая, тихая, я такой ее прежде не видел. Она начала было что-то говорить, но получилось т тевттятное бормотание, и она так и не договорила. Просто стояла и глядела на меня.
— Заходи. Можешь посмотреть.
Я взял ее за руку и привел на кухню. Она вежливо поздоровалась с моими родителями. Извинялась за непрошеное вторжение. Папа подвинулся, и Мина присела к столу.
— Какая красивая! — выдохнула она. — Просто потрясающая. — Мина обвела нас глазами, и все мы дружно засмеялись.
А потом, насмотревшись, Мина сказала:
— Я принесла подарок Если вы не против.
Она размотала рулон с портретом Скеллига.
За спиной его вздымались крылья, а на мертвенно-бледном лице нежно мерцала улыбка.
Мама охнула.
Посмотрела на меня. Потом на Мину. Мне показалось, что она вот-вот о чем-то спросит. Но она просто улыбнулась.
— Я это сама придумала, — пояснила Мина. — Мне показалось, девочке понравится, если повесить это на стенку у нее в комнате.
— Чудесная картина, Мина. — Мама приняла подарок из рук в руки.
— Спасибо. — Мина неловко переминалась с ноги на ногу. — Ну я пойду…
Я проводил ее к двери.
— До завтра, Мина.
— До завтра, Майкл.
Я смотрел ей вслед. Сгущались сумерки. Шепоток поднялся ей навстречу с обочины. Когда Мина наклонилась погладить кота, я на мгновение, но явственно увидел за ее спиной тень крыльев.
Я вернулся на кухню, где родители решали, какое все-таки имя дать девочке.
— Персефона, — предложил я.
— Не выговоришь, — поморщился папа.
Тогда мы еще немножко подумали и решили назвать ее просто Джой. Потому что она — наша радость.