Чтение онлайн

– Вернись на дорогу, – приказал Мэдлин. – Только сначала подбери мой кинжал.

Кормак нагнулся за кинжалом, глубоко погрузившимся в пыль, и вернулся к волшебнику.

– Что они такое?

– Отец и дочь. Всю свою жизнь они грабили и убивали путников на дороге между Вируланиумом и Лондиниумом. Их сожгли на костре за двадцать лет до твоего рождения.

– И тут нет ничего и никого хорошего?

– Человек находит хорошее в самых неожиданных местах, принц Кормак. Но увидим.

Они шли и шли – возможно, целую вечность. Без звезд, без луны, которые отмечали бы ход времени. Кормак потерял счет часам, тем не менее в конце концов они добрались до гор и дорога привела их к большой пещере, где пылали факелы.

– Здесь будь настороже! – предупредил Мэдлин. – Защиты здесь нет.

В пещере десятки людей сидели, спали, разговаривали между собой. На вошедших никто не обратил внимания, и Мэдлин повел принца по лабиринту озаренных факелами туннелей, битком набитых душами, и наконец остановился в обширной подземной зале, где пылал большой костер.

Пожилой мужчина в выцветшем монашеском одеянии из коричневой шерсти поклонился волшебнику.

– Мир тебе, брат, – сказал он.

– И тебе, Альбейн [1] . Со мной мой юный друг, взыскующий добра.

Альбейн улыбнулся и протянул руку. Это был щуплый невысокий человек с большой лысиной, которую, точно корона, окружала бахромка совсем белых волос.

– Привет тебе, мой мальчик. Того, что ты ищешь, тут маловато. Как я могу тебе помочь?

– Я ищу мою жену. Ее зовут Андуина.

И он описал ее наружность. Старый монах слушал очень внимательно.

– Она была здесь, но боюсь, ее отсюда увели. Мне очень жаль.

– Увели? Кто?

– За ней пришли верные. Мы не успели ее спрятать.

– Телохранители Молека, – объяснил Мэдлин. – Они служат ему здесь, как служили там, пока были живы, ибо им обещано, что они вернутся во плоть.

– Куда они ее забрали?

Альбейн промолчал и только посмотрел на Мэдлина.

– Значит, она в Башне – крепости Молека. Туда тебе доступа нет, Кормак.

– А что меня остановит? – спросил принц, и в серых глазах вспыхнуло пламя.

– Ты поистине сын Утера, – сказал Мэдлин с печалью и гордостью.

Из мрака появилось несколько фигур.

– Сын Утера? – спросил Викторин. – А это ты, Мэдлин?

– Так значит, война началась, – прошептал Мэдлин.

– Еще нет, колдун, но вот-вот начнется. Скажи, он правда сын Утера?

– Да. Принц Кормак, это Викторин, самый лучший из полководцев Утера.

– Жаль, нельзя сказать, что мы встретились в добрый час, принц Кормак. – Викторин снова обернулся к Мэдлину. – Альбейн сказал нам, что душу короля держат в Башне… что его пытают. Неужели это правда?

– Соболезную, Викторин. Я знаю, ты был его другом.

– Был? Смерть не властна над моей дружбой. Нас здесь тринадцать, и мы отыщем короля.

– По открытой равнине вокруг Башни, – сказал Мэдлин, – рыщут гигантские псы. Зубы у них, как кинжалы, шкуры крепче железа. Их не сразит никакой меч.

За первой стеной обитают верные – их не меньше двухсот, и все при жизни были грозными воинами. За вторую стену я не заглядывал, но даже верные страшатся заходить за нее.

– Там король, – сказал Викторин, упрямо сжав зубы.

– И Андуина, – добавил Кормак.

– Это безумие! Как вы приблизитесь к Башне?

Или, по-вашему, тринадцать мечей проложат вам дорогу?

– Понятия не имею, Мэдлин. Я всего лишь простой воин. Но ты когда-то был самым великим мудрецом в мире. Во всяком случае, так ты говорил мне.

– Ад не место для лести, – сказал волшебник. – Но я подумаю над этим.

– А враги у Молека есть? – спросил Кормак.

– Конечно. Однако они почти все – такое же воплощение зла, как и он.

– Это меня не интересует. Они сильны?

– Поверь мне, Кормак, это не выход.

– Будь ты проклят! Ответишь ты мне или нет?

– Да, они очень сильны, – свирепо отрезал Мэдлин. – А к тому же смертельно опасны. Просто приблизившись к ним, ты можешь потерять душу. Хуже того, ты можешь кончить, как твой отец: закованным в огненные цепи, подвергаемым пыткам, пока от тебя не останется лишь выжженная оболочка, стонущая безмозглая развалина.

– Почему они так со мной расправятся?

– Потому что ты сын своего отца. Величайший враг Молека здесь – Горойен, Царица-Ведьма, побежденная Утером. И ее сын-любовник Гильгамеш, сраженный Кулейном. Теперь понял?

– Я понял только, что хочу с ней встретиться. Ты можешь это устроить?

– Она уничтожит тебя, Кормак.

– Только если ненависть ко мне будет сильнее ее желания победить Молека.

– Но что ты можешь ей предложить? У нее есть собственное войско и покорные звери-рабы, готовые выполнить любое ее приказание.

– Я предложу ей Башню… И душу Вотана.

– Поговори с ними, Альбейн, – сказал Мэдлин, указывая на группу, уединившуюся под сталактитами в углу пещеры. – Втолкуй им, чем это для них обернется.

Старик взглянул на Викторина с тревогой на лице.

– Многие тут не продолжают пути. Существуют в этих жутких сумерках наподобие зверей. Других манит лежащая впереди, как многие верят, прекрасная страна с золотым солнцем и голубым небом. Я верю в эту страну и уговариваю идти туда. Но чтобы достичь ее, нельзя сходить с тропы.

– Там держат нашего короля, – сказал Викторин. – И мы исполним наш долг.

– Вы его исполнили, отдав за него ваши жизни. Но не ваши души.

– Я говорю только за себя, Альбейн. Я не могу продолжить путь, пока король нуждается во мне, пусть даже мне посулят рай. Пойми, зачем мне рай, если я войду в него со стыдом?