Чтение онлайн

Мы с Зери развлекались подобным образом на протяжении двух месяцев, но любое веселье рано или поздно заканчивается, конкретно же в этом случае мне достаточно быстро опостылело обдолбанное тело несовершеннолетки. Думая, что в последний раз пользуюсь этой девкой, специально не выдав ей заветную дозу, я, сразу же после сношения, сообщил ей о разрыве, красноречиво послав её далеко и надолго, но девчонка оказалась не из сопливых. Она решила меня шантажировать. Сказала, что расскажет всем не только о том, что мы трахались в тачке моего отца, но и о том, что я пичкал её таблетками, если только я не продолжу бесплатно снабжать её этим продуктом. Для начала я решил откупаться от нее, но шло время, а она всё никак не затыкалась, на каждое моё “нет” отвечая порывами растрезвонить на весь Маунтин Сайлэнс о моем “маленьком секрете”. “И что подумает о тебе твой богатенький папочка?” – нагло сверкала белыми зубами сквозь черные губы мелкая стерва. – “Как ты объяснишь ему своё пристрастие к несовершеннолетним девчонкам и таблеткам?”.

Я продолжал совать ей таблетки, но они никогда не давались ей бесплатно. Мне необходима была отдача и я заставлял эту начинающую проститутку отрабатывать по максимуму, даже дважды поимел её в особняке, пока всё семейство Оуэн-Грин прохлаждалось на званных ужинах в Дэф Плэйс, в то время как я якобы болел желудком. Девчонке нравилась богатая обстановка особняка, нравился его простор, держу пари она даже мечтала однажды жить в такой роскоши, возможно даже со мной. Наверное поэтому она и залетела – решила найти новый, более внушительный рычаг давления на меня.

О своей беременности Зери решила уведомить меня по телефону. Естественно я сразу же послал её куда подальше вместе с её приплодом, но она продолжала мне названивать, и тогда я решил сменить стратегию – проявить некоторое понимание, чтобы усыпить бдительность испуганной дуры. В конце концов, о том, что между нами была связь, не знал никто – я заранее предупредил девчонку, чтобы та не трепалась о нас налево и направо, если не хочет обломать себе кайф, и она, насколько мне было известно, держала свой грязный язык за зубами.

Утром тридцать первого октября поговорив с Зери “по душам” по телефону, сказав ей что-то вроде того, что всё будет хорошо и чтобы она не переживала на этот счёт, я положил трубку и начал обдумывать план. Я не особенно верил в то, что эта потаскушка на самом деле беременна, серьёзно подозревая, что она просто хочет меня раскрутить на что-то более весомое, чем банальные таблеточки, да и если она действительно забеременела, ведь не факт, что она сделала это именно от меня: я видел, как за пару недель до новости о беременности её лапал какой-то чернокожий парень на автобусной остановке в городе, так что девчонка могла ублажать не только меня одного, в чем она мне постоянно клялась. Лучшим вариантом, конечно, было бы, если бы она блефовала, неплохим вариантом стал бы приплод от другого парня, но если она и вправду залетела от меня, это непременно рано или поздно повлекло бы за собой череду серьёзных проблем…

Мне не нужны были проблемы. И собственного ребенка я убивать не хотел. По крайней мере рожденного ребенка.

Пока я размышлял над тем, как избавиться от ребенка до его рождения и заодно разобраться с его матерью, Зери явилась на порог особняка. Её наглость подняла во мне неконтролируемую волну злости – мне сильно повезло, что Зак и Пэрис еще были в школе, а Максвелл с Сабриной еще с утра уехали в Дэф Плэйс, оставив нам особняк для вечеринки в честь Хэллоуина. Мысль о том, что эта грязная идиотка явилась ко мне без предупреждения, хотя осознавала, что могла столкнуться с членами моего чистоплотного семейства, затмила мне глаза яростью. Захлопнув за незваной гостьей дверь, я направился на второй этаж в сторону своей комнаты, не обращая внимания на бредни Зери о том паршивом котёнке, которого она подобрала по пути сюда и притащила с собой. Когда спустя сутки убитая горем Сабрина увидела это дымчатое ничтожество забившемся под лестницу и спросила, откуда он здесь взялся, мне пришлось соврать, что это я притащил его в дом с целью подарить его Пэрис, но из-за случившегося совершенно позабыл о нём… В итоге Сабрина на протяжении всей последующей недели не выпускала из своих рук этого двухмесячного паршивца, как назло приучившегося к лотку за какие-то пару часов. Теперь она едва ли захочет добровольно расстаться со своей новой игрушкой. Придется вывезти его и утопить в Колд Найф следом за его истинной хозяйкой. Хотя, на самом деле, я не утопил её…

На второй этаж я шел за таблетками: хотел засунуть парочку в глотку нахалки, а когда она начала бы “плыть”, вывез бы её за город, скормил бы ей целую упаковку и оставил бы подыхать от передоза в ближайшей лесной канаве. Через какое-то время обглоданный диким зверьём труп Зери Гвалы нашли бы и по останкам установили бы одну из двух причин смерти: нападение дикого зверя либо передозировка токсичными препаратами. Ничего удивительного или странного – все в городе знают, что эта потаскушка сидит на таблетках. И никто бы не подумал на меня, никто бы ничего не заподозрил… Но эта дура вывела меня из себя. Она потащилась за мной на второй этаж вместе с этим паршивым котом, начала спрашивать меня, что мы будем делать с нашим ребенком. Остановившись на лестничной площадке, я резко обернулся, выхватил из её рук чумазое животное и сбросил его вниз. Не знаю каким чудом, но этот паразит не разбился, как когда-то не разбилась и Беатрис Санчес… Как же я ненавижу этого гребаного кота!

“Вот что мы сделаем с твоим ребенком”, – безэмоционально выдавил я, кивнув в сторону слетевшего вниз животного, хотя на самом деле злость во мне бурлила, словно кипяток в накалившемся до красна чане. “Если хочешь, чтобы я сделала аборт, тебе придётся его оплатить”, – с вызовом выплюнула мне в лицо дешевая шарлатанка. – “Гони пять тысяч долларов, и я не только избавлюсь от этого ребенка, но и твой богатенький папаша, а вместе с ним и весь город, никогда не узнает о том, что ты, примерный парень, на которого Максвелл Оуэн-Грин возлагает большие надежды и которому хочет передать свой бизнес, пичкал несовершеннолетнюю девчонку таблетками, а пока та была под кайфом – сделал ей ребёнка”.

Она стояла на краю лестничной площадки, на самом её краю… Конечно же я не должен был поддаваться искушению, конечно же я должен был напичкать её таблетками и вывезти её чёрное тело в чёрный лес, но в ту секунду, в ту единственную решившую всё секунду, я не выдержал. Я изо всей силы толкнул её в её широкие боксёрские плечи. В отличие от тонкой Беатрис Санчес, эта мясистая туша не смогла выдержать падения с лестницы. Готов поспорить, упади она с третьего этажа, даже задев тент и приземлившись на газон эта девка всё равно бы разбилась в лепёшку, таким несуразным было её тело.

Я проверил её пульс трижды: когда второпях спустился вниз, когда перетащил труп в гараж и когда погрузил его в багажник мерседеса. Вариант с завозом тела в лес отменился: если люди найдут его раньше, чем звери, причина смерти вызовет вопросы, а если еще и обнаружится её беременность, и вдруг окажется, что она кому-то успела проболтаться о том, что встречалась со мной… Нет, слишком много нитей вело ко мне, слишком велик был риск. Мне необходим был новый план. План, в котором виновник в смерти Зери Гвалы был бы известен, но был бы не мной.

Мне нужен был ещё один труп.

Я чувствовал это всем своим естеством, каждым покалывающим от возбуждения кончиком всех своих трясущихся пальцев. Я был уверен, что у меня получится. Если получилось дважды, значит и в третий раз всё получится не хуже.

Закрывая багажник с трупом Зери Гвалы, мне почему-то вдруг вспомнился момент из глубокого детства: я случайно увидел, как сосед застрелил на глазах трех своих малолетних дочерей их мать, свою жену, за то, что застукал её в компании молодого любовника. И муж, и любовник остались живы, а эта женщина, пылающая молодостью и странной красотой, присущей только рыжеволосым особям, была похоронена на кладбище через дорогу. Глупые женщины. Какие глупые. Пригодные только для сношения. Способные зачать, но не способные воспитать своих детей. Зери была бы отвратительной матерью. Одной из многочисленных отвратительных матерей. Я не хотел создавать на этом земном шаре еще одну никчёмную мамашу, еще одного заброшенного родителями мальчишку. Уж лучше их убить, их всех убить, чем позволить им всем так мучиться…