Чтение онлайн

В прихожей стоял смог, пахло то ли серой, то ли чем-то еще, я не могла разобрать… Шеридан сразу же рванул к распахнутой в мою комнату двери, и я уже сунулась за ним, как вдруг он вылетел из нее с каким-то большим кроваво-белым клочком на руках. Это был Вольт.

– Давай, – протянула вперед руки я, и Гордон буквально врезал жалобно скулящего пса в мою грудь.

В следующую секунду он бросился к двери, расположенной справа от двери в уборную. Это была кладовая. Он вышел из нее с чем-то большим и красным. Огнетушитель. Я не видела огня, но я вдыхала обжигающий гортань дым – в доме был пожар. Метнувшись в бывшую моей комнату вслед за Гордоном, я увидела и сам огонь: персидский ковёр уже весь обуглился и почти весь истлел, диван полыхал вовсю и даже сумка с моими вещами начала покрываться первой патиной пламени. Гордон начал с нее, и уже спустя минуту вся комната была залита пеной.

С яростью отбросив огнетушитель в сторону, Гордон вылетел из комнаты и вытолкнул из нее меня, всё еще держащую на руках скулящего Вольта. Захлопнув дверь, он снял с ключницы связку ключей, с легкостью отыскал в ней нужный ключ и закрыл дверь с нашей стороны.

– В город, к ветеринару, срочно!!! – накинув на мои плечи мою куртку, он сорвал с вешалки свою и, впрыгнув в сапоги, мы выбежали в ночь.

– Кто это сделал?!.. – стараясь не отставать, бежала по густой грязи след в след за бегущим к гаражу Гордоном я.

– А ты как думаешь?!

– О, ужас, у Вольта слишком много крови!.. – я сжала зубы и начала пытаться реже дышать, чтобы не вдыхать запах горячей животной крови.

Гордон распахнул передо мной сначала ворота, затем переднюю пассажирскую дверь вранглера. В растопырку сев на кресло, я вздрогнула от того, с какой силой он захлопнул мою дверцу, и сразу же запрокинула голову – запах горелой плоти и свежей крови резал мне глаза.

Как только мы выехали из гаража, я обернулась, чтобы убедиться в том, что ворота автоматически закрываются за нами.

– О-о-о… – простонала я и вновь сжала зубы. Вонь становилась всё более отчетливой и невыносимой. – Открой окно!.. Открой хотя бы одно окно!.. – по моим рукам текла свежая, липкая, горячая, густая кровь, она уже пропитала мою майку и джинсы насквозь.

Гордон открыл заднее окно со своей стороны и еще сильнее вжал педаль газа в пол.

Не знаю через какое время – через целую вечность продолжительностью в секунду! – миновав лесную дорогу, асфальтированный участок и еще одну лесную дорогу, мы остановились у какого-то старого одноэтажного дома, расположенного чуть ли не на самом краю города. Выпорхнув из-за руля, Гордон открыл мою дверцу и сказал: “Выходи!”, – и я вышла, и последовала за ним, снова по какой-то грязи вместо подъездной дорожки, прямиком через ночь к скрипучему крыльцу, на ступенях которого едва не поскользнулась.

Гордон заколотил кулаками в дверь с такой силой, что та едва не вылетала из петель. Одна-две-три-четыре… Четыре секунды, и свет в доме, и на крыльце включился.

– Кто здесь живет?! – обеспокоенным тоном зашептала я, чувствуя, как моё сердце клокочет где-то в районе моего горла. Прежде, чем он успел мне ответить, в окне, выходящем на крыльцо, показалось старческое мужское лицо. Сафиан?!.. “Чем нам может помочь бывший шериф Маунтин Сайлэнс?!”, – пронеслось у меня в голове, но не разочарованно или со злостью, а скорее с искренним любопытством.

– Гордон, что стряслось?! – старик открыл перед нами дверь и посторонился, позволяя нам пройти внутрь дома. Уже переступая порог я увидела в его руках двустволку.

– Кто-то забросил в моё окно коктейль Молотова*, – выпалил Гордон, и здесь я заметила старую женщину, не моложе семидесяти, стоящую в конце коридора в одной ночнушке с распущенными, длинной до пояса, почти полностью седыми волосами (*Коктейль Молотова – бутылка с зажигательной смесью, общее название простейших жидкостных зажигательных гранат).

– Ты не пострадал, парень?! – еще больше обеспокоился старик.

– Нет же, как видишь! Стою перед тобой на двух ногах и двумя руками махаю! Вольта здорово зацепило, Пальмира, – он резко обернулся к женщине. – Нужна помощь.

– Несите сюда, – женщина активно начала махать сухой рукой вглубь комнаты. – Сюда…

В итоге она завела нас на кухню и заставила меня положить пса на накрытый чистой скатертью стол. Сказав мне вымыть руки в раковине и дав мне на это какие-то жалкие пять секунд, она вручила мне кухонное полотенце и выставила нас с Гордоном прочь из кухни, призвав к себе своего старика. Не в силах находиться в слишком маленькой гостиной, стены которой, казалось, вот-вот сдвинутся впритык друг к другу и раздавят меня, я, минуту потоптавшись у журнального столика, ничего не сказав направилась на улицу. Надев сапоги и куртку – даже куртка была вся в крови! – я вышла на крыльцо и, наконец, вдохнула полной грудью влажный ночной воздух. И всё равно пахло кровью… Запах исходил от меня.

Дверь за моей спиной распахнулась. Я обернулась и увидела Шеридана.

– Ты как? – на мгновение заслонив собой свет уличного фонаря, остановился рядом со мной он.

– Нормально… Сигарета есть?

– Ты куришь? – его брови взметнулись вверх в неприкрытом удивлении.

– Нет. Но сейчас бы начала.

– Эй… – он как бы приобнял меня: стоя слева от меня он положил свою правую руку на моё правое плечо и начал водить по нём, словно растирать, чтобы я согрелась. – Всё обошлось…

– Нам нужно найти этого подонка. Кем бы он ни был. Нам нужно… – я сжала зубы.

Я слишком сильно дрожала и от холода, и от испуга одновременно, но я хотела, чтобы Гордон думал, что только от холода.

Дверь за нашими спинами распахнулась.

– Пёс подох, – сообщил возникший на пороге хмурый старик, и я отстранилась от Гордона, всё еще удерживающего меня за плечо. – Пальмира говорит, что вы привезли его уже без пульса, – еще раз обведя нас взглядом, старик сжато выдохнул через своё скрипучее горло. – Опасную игру вы затеяли, детки.

“Опасную игру вы затеяли, детки”, – в который раз за последний час прохрустел голос Сафиана в моей голове. Это он про коктейль Молотова или про руку Шеридана на моем плече?.. И вообще, хрустел его голос или это был хруст опавших еловых иголок, разрезаемых сейчас моей лопатой?

…Гордон вынес Вольта из дома Сафианов завёрнутым в скатерть. Его пушистый белый хвост, замызганный бордовыми пятнами крови, свисал из кровавого свёртка. Я судорожно сглотнула и отправилась к машине первой. Труп животного Гордон положил в багажник. Я уже хотела сесть на заднее сиденье, потому как спереди всё было залито кровью, но потом вспомнила, что я сама вся в крови, поэтому вместо того, чтобы пачкать собой больше пространства, я заняла своё прежнее место и всю оставшуюся дорогу до дома пыталась дышать глубокими вдохами и медленными выдохами. Мысль о том, что этой ночью я таскала на руках окровавленный труп животного, думая, что оно еще живо и надеясь его спасти, кружила над моей головой назойливой черной мухой.