Чтение онлайн

Тупиковые ситуации опасны. Порой они складываются просто потому, что никто не заметил, как процесс вошел в тупик. Держите уши востро. Объявляйте что-нибудь вроде: «Мы в тупике. Мы застряли. Никто не знает, что еще можно поделать, кроме как встать и уйти. На какое-то время мы завязли».

Такая осознанность помогает всем измениться и двинуться дальше. Одна сторона в конечном счете признает справедливость каких-то обвинений в ее адрес, благодаря чему ситуация сдвигается с мертвой точки. Либо происходит что-то эмоциональное, как в противоборстве с человеком, больным СПИДом, что заставляет всех оставить обсуждаемый вопрос и сосредоточиться на чувствах, до сих пор не находивших своего выражения.

Все, что составляет сражение, включая и тупиковые ситуации, является частью реки, называемой сообществом. Не противодействуйте тупикам, пытаясь насильно изменять явления.

Помните конфликт между двумя женщинами, когда мы прекратили работу посреди сражения, когда оно зашло в тупик? Одна из них в ту ночь увидела сон о йогине. Решения приходят разными путями.

Острый конфликт может представлять угрозу целостности. Но он же, если его фасилитировать, способен сплотить сообщество. Война между партнерами или супругами иногда оказывается центральным духом для всей организации в целом. Вероятно, вам нетрудно вспомнить ситуацию, когда разногласия, тяжбы и баталии во взаимоотношениях между группами или учреждениями становились центральными проблемами для всего мира. Подумайте о том, как этнические конфликты в другой части света становятся центральными для вашей страны.

Судебные процессы, полностью захватившие внимание СМИ в начале девяностых годов, как процесс над Мендесом, слушания по делу «Кларенс Томас против Аниты Хилл», тяжба между Лореной и Джоном Баббитами и суд над О. Дж. Симпсоном, наглядно демонстрируют, как целая страна использует проблемы супружеской пары или отдельного человека для отработки национальных проблем, связанных с расизмом и сексизмом. Враждующие стороны против воли превращаются в центральных фантомов времени для окружающего мира.

То, что представляется личной баталией, может превратиться в поле для большой организации. Когда это происходит, приватность становится невозможной. Вам приходится вступать в гущу актуальных проблем, а не избегать их. Я рекомендую крупным организациям формировать широкие рамки, в которых можно было бы фасилитировать центральный конфликт с вовлечением небольшой группы людей. Другие наблюдают за сражением, пока оно разворачивается. В этом случае в конфликтующих сторонах легко можно различить главные для организации роли.

Иногда большая группа оказывается неспособной сосредоточиться и непрерывно прерывает спорящих. Предположим, что в центре круга находятся мужчина и женщина, между которыми разгорелся конфликт вокруг личных моментов, а также по вопросу о лидерстве. О них долгое время сплетничала вся организация. Теперь они ведут свое сражение в открытую. Но группа все время вмешивается; каждый думает, что знает лучше самих участников конфликта, как им следует поступить. Возможно, это происходит из-за того, что враждующие стороны достигли края, и группа пытается помочь им прорваться через коммуникативный блок. Но может быть и другое: люди в большой группе так долго были подавлены, и их потребность в эмоциональном самовыражении уже настолько велика, что они просто не в состоянии сосредоточиться на том, как эта пара работает над своими конфликтами.

В подобной ситуации вы, как старейшина, можете заметить, не проявляет ли группа склонности подавить тех, кто находится в центре. Просите, чтобы и другие вступали в центр и занимали позиции. Наблюдайте края и горячие точки и помогайте людям сохранять осознанность.

Если наблюдатели начинают переговариваться друг с другом и все еще не могут концентрироваться на центре, вы можете отнестись и к этому как к части потока группового процесса. Попросите у группы согласие на то, чтобы она разбилась на группки поменьше, и пусть каждая занимается каким-нибудь актуальным конфликтом.

Разбиение на небольшие группы позволяет участникам непосредственно пережить тот факт, что обсуждаемые в центре проблемы в действительности являются их собственными. Такое кучкование происходит автоматически в паузах, которые бывают в групповой работе. Именно поэтому часто после перерывов внезапно обнаруживаются решения проблем.

Если одна конкретная подгруппа желает внимания всей большой группы, то она может вступить в центр. Не оказывайте предпочтения ни разделению на мелкие группы, ни общей групповой работе. Это лишь две полярности в жизни сообщества. Время — собираться и время — делиться, когда большая группа заходит в тупик, оказывается у края, не укладывается в график или просто не может продолжать работу. Может быть, участникам требуется что-то обдумать самостоятельно. Может быть, они хотят поразмышлять в одиночестве о том, не отражает ли групповое сражение их внутренний конфликт. Люди могут разбиваться на группки еще и потому, что некоторые проблемы уже нашли свое разрешение. Следуйте естественной динамике собирания и разбрасывания. Следуйте Дао войны, хаоса и мира.

В первый раз нас с Эми пригласили для оказания помощи Эсалену в восьмидесятых годах. Мы достаточно подробно рассказывали о проделанной нами работе в книге «Вскачь задом наперед»*. На тот момент Эсален был одним из ведущих центров психологии личностного роста в США. Именно он дал начало гештальт-терапии Фрица Перлза, рольфингу и многим другим деятелям, методикам и техникам в движении гуманистической психологии. После смерти своего духовного руководителя Дика Прайса эсаленское сообщество резко пошло под уклон и вскоре оказалось на грани полного развала вследствие конфликтов между руководством и работниками.

Для того чтобы самым быстрым образом разрешить проблемы и прекратить потерю времени и творческой энергии в бесконечных сплетнях вокруг конфликта, мы сразу собрали всех вместе. В первый вечер люди были напуганы количеством гнева, накопившегося из-за неразрешенных разногласий. Когда они постепенно разговорились, неожиданно начался дождь. Это было весьма примечательное событие, поскольку Северная Калифорния уже несколько лет страдала от засухи.

Эсаленское сообщество снова превратилось в духовного воина, идущего в гущу сражения в поисках ситуаций, которые дают ему возможность роста. Когда призраки, донимавшие руководителей и работников, вставали во весь рост и в грозной ярости переступали через края, казалось, что на волю выпущена целая раса гневных демонов. Ситуация была настолько близка к войне, насколько может подойти к ней группа без того, чтобы кто-то пострадал физически.

Процесс завершился за два часа. Работа в небольших секциях продолжалась еще несколько дней. А дождь все шел и шел. Сообщество снова обрело свой центр. Эсален воссоздал себя практически из пепла. А дождь все шел. Казалось, что до тех пор, пока процесс не выходил из тупика, он мешал и нормальной смене времен года, и лето никак не могло перейти в осень.

Я помню еще одно столь же драматическое событие. Это случилось в Японии летом 1994 года, когда в стране царила ужасная засуха. В некоторых районах никому не разрешалось пользоваться водой 16 часов в день.