Чтение онлайн

– Я вроде ничего не почувствовал, – признался Ли Чиккер, когда они остановились в лесу, чтобы осмотреться.

– А ты и не почувствуешь. Просто задница сама отвалится, совершенно безболезненно, – сказал ему Госкойн.

– Заткнитесь, – одернул их Рихман. Затем взглянул на крохотный экран навигатора и, указав рукой направление, сказал: – Нам туда.

Через полчаса группа пересекла границу территории национального самоопределения.

– Теперь мы вне закона, – напомнил сержант Рихман.

– Да, – ухмыльнулся Ли Чиккер. – А до этого были в полной безопасности.

Безостановочный марш продолжался еще минут сорок, после чего сержант дал бойцам передохнуть. В отличие от других районов джунглей здесь не попадались непроходимые, затянутые лианами участки. Зато вся почва была собрана в высокие кочки и иной раз некуда было ступить.

Кочки нередко подламывались, и разведчики проваливались в сухие, глубокие ямки.

По мере приближения к речному рукаву джунгли становились более привычными: лианы, пауки, змеи и ядовитые слизни – их появление почти обрадовало разведчиков, ведь это было то, к чему они привыкли.

Пауки парашютировали на обрывках паутины, шипохвосты коварно прятались в листве кустов, змеи прыгали из густой травы и бессильно брызгали ядом.

Влажность росла с каждым шагом, и скоро разведчики буквально обливались потом, изредка прикладываясь к фляжкам с водой.

При прохождении сквозь очередную стену лиан в плечо Ли Чиккеру вонзил хелицеры паук-лиственник. И хотя он не был ядовитым, рана от укуса оказалась довольно приличной. Пришлось обрабатывать ее антисептиком и стягивать эластичным пластырем.

– Все, пошли дальше. Отдыхать будем позже, – приказал сержант, и группа двинулась дальше.

Через два часа непрерывного марша они вышли к берегу речной протоки, однако к воде выходить не стали. Там их могли заметить с одного из скутеров или с противоположного берега, где хватало вражеских разведчиков.

Согласно показаниям навигатора, по прямой до лагеря Ферро оставалось не более трех километров, однако далеко идти не пришлось. Протока в этом месте была прямой, поэтому уже с расстояния в четыре сотни метров стало возможным рассмотреть в бинокли широкую пристань во всех подробностях.

Воспользовавшись биноклем, который редко брал на задания, Джим увидел не менее трех десятков скутеров, которые прибывали, грузились и отходили от причала. Пустые двигались на запад, груженные тюками и ящиками шли на восток.

На берегу толклось не менее полутора сотен человек. Они перегружали в длинные штабели привезенные грузы, а затем снова грузили их, но уже на другие суда. Некоторые ящики уносили в лес – в лагерь, насколько понял Джим.

С помощью дальномера Рихман довольно быстро определил расстояние до пристани.

– Ну вот, все и готово, – сказал он, ни к кому не обращаясь, и, включив рацию, быстро передал координаты. С этого момента началась операция, и группа поспешила обратно.

В это время два вертолета-ветерана и «новичок» поднялись в воздух.

«Си-12К» был загружен только бомбами, старые машины несли кассеты с ракетами и скорострельные пушки. Им предстояло охотиться на добычу помельче – на временные причалы и одиночные скутеры.

Гулкий взрыв у пристани застиг разведчиков Рихмана на марше, и это заставило их ускорить шаг.

«Новичок» положил бомбу с поразительной точностью. Взрыв на мгновение обнажил дно, затем поднял цунами из воды и грязи, которое в щепки разнесло деревянную пристань и вышвырнуло на берег два десятка скутеров.

Были сметены штабели с ящиками и тюками, а также десятки мятежников, занимавшихся погрузочно-разгрузочными работами. Где-то загорелось разлившееся горючее, и через несколько секунд запылали все оказавшиеся на берегу скутеры. Вытекавшее из раздавленных баков топливо вместе с языками пламени сливалось в реку и медленно уносилось течением.

Нанеся главный удар, «Си-12К» ушел на законную территорию и уже там продолжил бомбардировку ранее разведанных складов. Мятежники и не подумали их перенести.

Израсходовав бомбы, «новичок» вернулся на базу, чтобы пополнить боезапас. Пока он выполнял индивидуальное задание, два других вертолета вели охоту на затерянных в джунглях речных рукавах. Выскакивая из-за поворота, машины на большой скорости неслись над самой водой, обстреливая пристани и стоявшие возле них скутеры. Столбами поднималась грязная вода, от бревен летели белые щепки, и горящие остовы разбитых скутеров с шипением уходили на дно. Мятежники, кому удавалось уцелеть, убегали в лес, позабыв про оборону.

Короткая атака, взрывы, лязг пушек, и пара вертолетов скрывалась за очередным поворотом реки.

В эфире началась паника. Мятежники старались предупредить своих об опасности, но путались в деталях, и те, кого следовало предупредить, узнавали об опасности слишком поздно.

Если попадались одинокие скутеры, их обстреливали из пушек. Этого хватало, чтобы опрокинуть судно, а дальше за дело брались зурабы. За время войны в джунглях они привыкли к тому, что после стрельбы и взрывов на реках было чем поживиться.

Где-то противник огрызался огнем, пытаясь сбить машины с курса, однако их большая скорость и везение пилотов помогали наносить разящий удар и уходить невредимыми.

Когда вертолеты вернулись на базу, патроны, короба и кассеты из-под ракет оказались пустыми. А пулевые отверстия в корпусах свидетельствовали о том, что опасность была рядом.

Еще через два часа за группой Рихмана отправился Байрон. Разведчики без проблем вернулись к лысой полянке, где он их и подобрал.

После ужина капитан Саскел докладывал о результатах операции полковнику Соккеру. Тот слушал молча, не проявляя эмоций. Лишь когда капитан закончил, произнес: