Чтение онлайн

– Готовятся они, ой чую я, готовятся, – прокомментировал этот факт сержант Рихман.

– К чему готовятся? – спросил Джим.

– Ясно к чему – к наступлению.

Упреждающие удары по мятежникам было решено нанести разом и как можно скорее. Оставалось еще с десяток неуничтоженных целей, да и новые разведать тоже не мешало. Предварительные наблюдения свидетельствовали об активизации противника во всех районах Междуречья.

– Долго нам воевать не дадут, – говорил своим офицерам полковник Соккер, – поэтому активные действия нужно уместить в три, максимум в четыре дня. Затем сюда примчатся новые комиссии, чтобы связать нас – в этом я почти уверен.

Перед тем как начать активно действовать, разведчики несколько дней собирали информацию, отслеживая на реках вереницы скутеров и отмечая места закладки имущества и боеприпасов. Мятежники быстро пополняли свои запасы, доставляя их с закрытой для войск территории. Поскольку залетать туда на вертолетах было запрещено, полковник Соккер обратился за помощью к коллегам с военно-воздушной базы «Мальбрук».

Штурмовикам летать над территорией самоопределения тоже запрещалось, однако им проще было незаметно нарушить закон и снять закрытые районы с большой высоты шпионскими фотокамерами.

Летчики совершили разведывательный полет и прислали полковнику Соккеру свежие фотографии. На них хорошо был виден большой, окруженный озерами остров, на котором размещались временные склады и вертолетная площадка. Видимо, транспорты садились на нее только по ночам, поскольку при дневном свете ни одной машины на снимках видно не было. Зато хватало уложенных в длинные штабели ящиков и тюков. Что в них находилось, можно было догадаться.

На островных берегах имелись пристани, на которых одновременно загружались по нескольку скутеров. Рабочих рук на острове тоже хватало. Увеличив разрешение экрана, полковник сумел насчитать две сотни грузчиков.

Нетрудно было догадаться, что этот поток грузов отправлялся из Свазиленда, который формально тоже находился на территории национального самоопределения. И хотя в городе были и полиция, и государственные органы управления, размещать на его территории войска запрещалось законом.

После разбора полученной от летчиков информации полковник и капитан Саскел стали обсуждать предстоящие задачи. Было отмечено, что мятежники изменили методы закладки схронов. Теперь они не делали больших складов, которые легко обнаруживались наземной разведкой. Вместо этого грузы дробились на небольшие, до тонны, партии, и таких тайников в лесу были уже десятки. При желании некоторые из них можно было найти, однако бомбить такие цели не имело смысла.

– Здесь помогла бы ковровая бомбардировка… – заметил полковник, рассматривая принесенную Саскелом карту, – однако такого оружия у нас нет.

На карту были нанесены с десяток старых недобитых целей, а также точки постоянного скопления скутеров. В некоторых местах джунглей речные рукава были утыканы наспех сколоченными пристанями.

– А знаете, сэр, мне вот еще какая мысль пришла в голову.

– Какая же?

– Как будут определять, нарушили ли мы границу территории самоопределения или нет?

– Забудьте, капитан Саскел, никаких ударов по лагерям мятежников мы наносить не будем. Это – сумасшествие.

– Нет, сэр, меня интересует сам принцип – как?

– Да очень просто. Самое страшное, если рухнет подбитая машина – тут прямая улика военному суду. Не такие очевидные, но тоже улики – крупные части от бомб и ракет, на которых можно найти заводскую маркировку.

– А если бомба упадет в воду?

– А какой нам прок от бомбежки воды? – полковник невольно улыбнулся.

– Это второй вопрос, а вот как насчет поиска улик в воде?

– Ну, это практически невозможно. Во всех водоемах в округе дно сильно заилено, вода мутная – много речного планктона, так что поиски, скорее всего, окажутся безрезультатными.

– Я вот почему спрашиваю, сэр… – капитан откашлялся. Он старался не смотреть полковнику в глаза, чтобы тому проще было отказать, если он почувствует, что такой ход будет опасным для его собственной карьеры. – Где находится лагерь командира Ферро, мы знаем.

– Ну допустим.

– Нетрудно себе представить, что происходит на берегу возле лагеря, если даже отдаленные речные протоки напоминают городские шоссе в час пик. Там должны скопиться десятки скутеров.

– Очень может быть, – осторожно согласился полковник.

– Так давайте попробуем садануть стофунтовой бомбой по воде – рядом с пристанью. Вертолет на десяти тысячах метров никто не разглядит – проверено уже, а потом он по-тихому смоется.

– И что мы получим?

– Взрывом, а точнее волной грязи, скутеры выбросит на берег. После этого, сами понимаете, такая техника уже никуда не будет годной.

Полковник помолчал, затем вздохнул и произнес:

– Они на нас тогда всех собак спустят.

– Сэр, но ведь их и так спустят, как только мы разнесем оставшиеся цели и эти временные пристани в джунглях. Разве не так?

– Увы, капитан, именно так все и будет. Давайте сделаем вот что – пусть ваши люди завтра с утра отправятся поближе к лагерю Ферро и посмотрят, что у них на пристанях происходит.

– Мы можем забросить их вот сюда, – сказал Саскел, указывая точку на карте. – У самой границы возле протоки. Отсюда до лагеря пять километров по прямой. Группа подойдет скрытно и понаблюдает с другого берега.

– Но как только они внесут метку в навигатор, пусть немедленно сообщат ее координаты. Удар нужно будет нанести сразу. Сначала по главной пристани, а затем по временным, которые находятся на нашей территории.

– А также по разведанным ранее складам, – добавил Саскел.

– Ну это само собой, – согласился полковник. – Следом за первым ударом пусть вступает в действие кавалерия – я имею в виду наши ветеранские машины, которых у нас уже якобы нет. Пусть разнесут на речных рукавах все, что мы засекли.