Шоу Девочек
Шрифт:
– Отодвинь ебаный засов, или я выломаю его!
Глаза расширились, и Кейси почувствовала, как ее дыхание замирает, а глаза заглядывают внутрь, проскальзывают в ее череп, как туман, и тянут нервы, мускулы, пока ее рука не поднимается рывками, снова потянувшись к засову.
– Открой люк, и я тебе помогу.
Ее пальцы дрожали, пытаясь сопротивляться, но глаза существа обладали слишком большой силой. Их гипнотический взгляд притянул ее руку к засову.
Я не могу допустить, чтобы это повторилось,– отчаянно подумала она, - Я не допущу, чтобы это случилось,– однако эта мысль рассыпалась, как выпавшее из банки печенье.
– Ты можешь спуститься к нам, - продолжал голос. Гнев пропал; существо говорило успокаивающе, с ритмом, немного похожим на детскую песенку с подпрыгиванием в такт словам. – Здесь есть окош... ко...
Ее рот сложился в слове "нет", но голоса не было.
– Мы спасем тебя от нее, спасем. Ты знаешь, что она с тобой делает, нет?
Другой голос обвиняюще зашипел, под полом началась борьба, и люк захлопнулся.
Глаза исчезли.
Кейси ахнула, словно внезапно вырвавшись из мертвой хватки, одернула руку и рухнула на спину.
– Нет!
– гаркнул голос.
– Я хочу ее сейчас, я не хочу ждать, запах... Я хочу ее сейчас!
Другой голос что-то укоризненно зашептал.
Кейси уставилась на люк, понимая, что все, что поджидает ее внизу, является намного хуже того, что происходило в этой комнате. Ей надо снова запереть засов, сдвинув задвижку на место так, чтобы угол люка уже нельзя было приотворить. Она поползла по полу, протянула ослабевшую руку и растопырила пальцы над засовом, когда внезапно угол люка с резким деревянным скрипом приподнялся, и рука - ужасная рука с опухшей, багряной кожей и розовыми, гноящимися наростами, блестящими от стекающей из них жидкости, а также острой серой костью, торчащей из пальцев, где была оторвана плоть, - крепко схватила Кейси за запястье и потащила ее руку в зловонную тьму под полом, затянув до самого локтя, пока она не почувствовала горячее липкое дыхание на ладони и грубый язык, скользящий по среднему пальцу.
Кейси крепко зажмурилась, зная, что произойдет, если она заглянет в проем, зная, что один взгляд этих двух могущественных глаз заберет у нее те немногие силы, что осталось. Повернув голову в сторону, она взмолилась:
– Отпусти меня, отпусти, о Господи, пожалуйста, отпусти!!!
Она резко дернулась, но рука не отпускала. Кожа на ней казалась грубой и липкой, а обнаженные кости, торчащие из кончиков двух пальцев, угрожали пробить плоть Кейси.
В темноте внизу послышалось движение, звуки вздыхающих голосов.
Их становилось все больше и больше.
Она почувствовала другую руку и, открыв глаза, закричала, потому что еще три конечности тянулись к ней, с отсутствующими некоторыми пальцам или вообще без пальцев, а то, что пробиралось вверх из темноты, протискиваясь между ними, было вообще чем-то нечеловеческим: узловатой, перекрученной клешней.
Она кричала, пока не выдохлась, затем глубоко вздохнула и завопила снова.
– Прекратить!
– раздался позади Кейси голос, такой громкий, что, казалось, он заполнил всю комнату.
– Отпустите ее!
Кейси повернула голову и увидела Шиде, возвышающуюся над ней, с плоскими круглыми ноздрями, раздувающимися от ярости.
Все руки, кроме одной, отцепились и скользнули обратно в темноту.
– Отпусти!
– снова приказала Шиде.
– Я больше не буду ждать!
– забулькал голос из-под люка.
– Я голоден!
Шиде наклонилась, взяла Кейси за руку и потянула ее, пока не стала видна схватившая ее опухшая, больная конечность. Она обхватила своими изящными пальцами запястье существа и дернула вверх. Запястье сломалось со звуком хрустнувшей веточки сельдерея. Снизу раздался звериный вой, и люк захлопнулся. Что-то тяжело грохнулось под ним, несколько секунд слышался плач, после чего он перешел в жалобное хныканье и затих.
– Ты цела?
– мягко спросила Шиде, задвигая засов ногой.
Кейси не мог ответить; ее рыдания приобрели такую силу, что, даже несмотря на то, что руки и эта ужасная клешня – Господи, - все думала она, - что это было, что за херня?– исчезли, она не могла остановиться.
Шиде наклонилась и, не прилагая никаких усилий, обняла Кейси, отнесла ее на подушку, осторожно опустила и села рядом.
Рыдания Кейси начали стихать, и Шиде погладила ее по щеке. Когда слезы перестали течь, Кейси поняла, что опасность все еще не миновала. Женщина рядом с ней являлась чудовищем, даже не человеком, какой бы мягкой ее ни была кожа, каким бы нежным не казался ее голос, как бы прекрасно не выглядели ее глаза...
Кейси снова закрыла глаза и крепко прижалась головой к подушке.
– Держись подальше от этого люка, - произнесла Шиде.
– Даже не подходи к нему.
– Кто они? – Спросила Кейси.
Шиде некоторое время молчала, словно внимательно изучая ее реакцию.
– Мои дети, - наконец сказала она. – Такие же, как ты. Но они слишком быстро вышли из-под моей опеки, слишком быстро начали питаться самостоятельно. Они питались плохой кровью. Кровью, насыщенной химикатами, опасными химикатами. Наркотиками. Другие потребляли кровь, зараженную несколькими болезнями, от которых у нас нет иммунитета. Они больны, искалечены. Но я забочусь о них. Там внизу есть окно, и они могут уйти, если пожелают, но они не хотят, так как не могут сами постоять за себя. Они нуждаются во мне.