Шелет
Шрифт:
— Не знаю, на что это похоже, но на всякий случай не дёргайся. Понимаешь?
Роман кивнул, с некоторой настороженностью следя взглядом за тем, как старик подносит к его лбу небольшой круглый кристалл зелёного цвета. Внутри него плясали всполохи света, придавая ему по-настоящему потрясающий вид. Судя по всему, это был именно тот, пресловутый мана-кристалл.
«Значит, там внутри магия? И он… заряжает меня с их помощью? Я теперь типа робота на батарейках? Интересная штука получается…»
Кристалл коснулся лба, как раз в том месте, где находился амулет Госпожи. И в тот же миг молния вонзилась в тело, заставляя скелета выгнуться дугой. Это не было болью, последняя перестала иметь для него значение после воскрешения. Роман просто утратил на несколько мгновений контроль над своим телом, став просто игрушкой в руках неведомой силы, пронизывающей его с головы до ног. Ощущение описать было сложно. В нём смешались огонь и лёд, невероятное давление и невесомость, боль и наслаждение. Всё и сразу обрушилось на него единым сметающим потоком.
Ураган схлынул быстро, в одно мгновение. Скелет рухнул обратно на плиту. Лопнувшие ремни беспомощно болтались по краям стола. А перепуганные люди смотрели на него, отпрыгнув назад, когда его скрутила судорога. Первым справился с переживаниями алхимик:
— Видимо, третий — это перебор. Как себя чувствуешь?
Вопрос, конечно, был несколько дурацким, учитывая неспособность ответить на него. Тем не менее, Роман сел и прислушался к себе. Внутри бурлила сила. Даже в первые часы после гибели Госпожи он не ощущал себя настолько могучим. Ему казалось, что он с лёгкостью сможет пробивать кулаком каменные стены и сбивать с ног лошадей вместе со всадником. Насладившись ощущением могущества, он кивнул ожидающему ответа алхимику. Для пущей уверенности Роман даже показал большой палец, хотя не был уверен, что этот жест сработает так, как надо. Однако, старик его понял.
— Вот и хорошо. Кстати, а как тебя зовут?
Роману не оставалось ничего, кроме как пожать плечами. Не пытаться же по буквам передавать своё имя. Тут на помощь пришла Риоза.
— Я нарекаю тебе Шелет!
Роман догадался, что она произнесла просто «скелет», но его «переводчик» видимо сумел распознать слово из контекста, поэтому не стал менять произношение. Помедлив, Роман кивнул. Шелет, так Шелет. Ничем не хуже прежнего имени. Девушка довольно захлопала в ладоши, радуясь, как пятилетняя девчушка, получившая в подарок на день рождения долгожданную куклу.
— Мы с тобой будем везде ходить! Я покажу тебя друзьям и…
— Нет, нет, нет! Нельзя… Шелета никому показывать. Его же просто уничтожат! Опомнись, доченька!
В этом смысле Роман был со стариком согласен. Пожалуй, лучше некоторое время побыть инкогнито. Тем более, что теперь у него имелось сразу два почти родных человека. А ведь ещё вчера он был совершенно один! Нет, рисковать не надо. В конце-концов, что плохого в том, чтобы прятаться в доме некоторое время? Ведь это ни в какое сравнение не идёт с тем, что ему уже довелось пережить.
«Буду считать, что я на карантине. Сидели же по домам во время ковида. И здесь посижу. Заодно освоюсь немного, попривыкну…»
Какой же далёкой оказалась реальность от его розовых мечтаний!
Нет, старик-алхимик оказался более, чем гостеприимным хозяином. На его месте Роман не был бы настолько любезен. Скелету предоставили одну из комнат на втором этаже. Конечно, шторы в ней всегда были плотно задёрнуты и существовал запрет ходить по дому без разрешения, но это было намного лучше подвала. Хотя в последнем приходилось бывать довольно часто. Основной причиной, по которой Витрио дал своё согласие, была, разумеется, просьба дочери. Но имелась и ещё одна. Алхимику хотелось разобраться со странным феноменом свободно гуляющего по миру скелета.
— Понимаешь, все призванные создания привязаны к своему хозяину. У них нет своей воли, совершенно. Конечно, всякие там личи способны к самостоятельным действиям, но эта их свобода действий весьма условна. Фактически, они просто некая разновидность автоматонов. Действуют в рамках заложенной программы.
Витрио изучал Романа каждый день по несколько часов. И уже на третий день озвучил скелету некоторые свои соображения. Вообще говоря, старику в некоторой степени нравился его объект исследования. Не всякое разумное существо способно слушать чужую болтовню часами напролёт. В каком-то смысле Шелет мог считаться идеальным собеседником. Пусть и не по собственному желанию.
— Думаю, всё дело в этом амулете-переводчике. Весьма старая модель, думаю ей лет сто — сто пятьдесят. Сейчас используют более простые в использовании и более долговечные конструкты. Эта же потребляет слишком много магической силы при весьма посредственном результате. Впрочем, не буду отвлекаться. Так вот, сохранившаяся внутри амулета магическая сила внесла небольшие поправки, нарушения в ткань заклинания оживления. Именно поэтому ты и сохранил способность испытывать эмоции и даже способность мыслить. Правда, остаётся загадкой, как же ты остался один. Полагаю, твой господин… Нет? Госпожа? Ага… Твоя госпожа погибла, верно?
Сидящий на том же столе, где его в своё время «заряжали», Шелет кивнул. Он держал в руках две металлические палочки, а старик в это время ходил вокруг него с необычным прибором, больше всего, на взгляд Романа, похожим на старый кассовый аппарат из двадцатого века. Штука была тяжёлой, поэтому старик подвесил её на ремни. Время от времени он дёргал рычажки, поворачивал тумблеры. Аппарат отзывался на это мелодичным перезвоном, а один раз и вовсе пронзительно запищал. Старик в этот момент довольно усмехнулся.
— Так вот, я уже говорил, что призванные создания обычно погибают следом за хозяином. Причина в том, что источником их жизненной силы, если можно так выразиться, служит именно магия хозяина. Без неё они просто перестают существовать. В истории, конечно, встречаются представители нежити, пережившие гибель создавшего их человека. Но это обычно те, кто были созданы для такой работы специально. Охранять склепы или сокровищницы, понимаешь? Так, двенадцать с половиной… Необычно… Я рассчитывал, что будет не больше семи… Хорошо…