Чтение онлайн

Только, в отличие от легенды, у Владимира было не три, а пять вариантов.

Жрецы Криве-Кривайто бродили по улицам городов, по дорогам страны. Жрецы уже понятных, знакомых богов. Слуги «болотного папы» из Ромова. Чётко указывающие князьям: «знай своё место» — место «младшего брата». Самый простой вариант для «робича»: ничего не менять. И отказаться от первенства в стране.

«Лучше быть первым в деревне, чем вторым в Риме». Цезари рождаются не только в Италии. Иногда их зовут не «гаями», а «вовами». «Так жить нельзя. И Русь так жить не будет» — решил закоренелый язычник, и пошёл искать новую веру.

Посланцы Папы Римского обещали золотые горы, но ведь и слухи о деспотизме пап, об их манере отлучать князей земных от церкви, освобождать вассалов от клятвы их сюзерену — на Русь доходили. И не только слухи: до Руси доходят и послы.

Владимир чётко говорит «немцам»: «Иде?те опять, яко отцы наши сего не прияли суть» (то есть ступайте назад, ибо наши отцы этого не приняли). Речь о Святославовых ещё временах, о 962 годе, когда германский император присылал в Киев епископа и священников по просьбе княгини Ольги.

Реальная была христианка. «Как заря перед рассветом» — съездила в Константинополь, крестилась в православие, крестным отцом у неё был сам Император. Какая благостная картинка… Но когда, через пару лет, византийское посольство является в Киев просить о военной помощи, Ольга отвечает: «Когда он (Император) у меня на Почайне столько постоит, сколько я у него в Суде (гавань в Константинополе) — простояла, тогда и говорить будем».

Нахлебавшись «византийщины», Святая Ольга послала приглашение к католическим пастырям в Рим.

«Вера — верою, коль сил невпроворот…»

Но государю надлежит думать о народе своём.

Исторически Католицизм оказывается сильнее Православия. В средневековье есть несколько примеров, когда народы переходили из православия в католичество. Венгрия, Литва… И нет примеров обратных. Даже и в 21 веке католическая община в Вифлееме усиливается и разрастается, а православная — умаляется.

Ольга, сменив арианство «от Ульфилы» на православие от Константина Багрянородного, могла бы спокойно принять и вариант христианства от «наместника святого Петра». Но сынок — Святослав вообще их всех, хоть восточных, хоть западных христиан — на дух не переносил. Проповедники из Рима, не принятые на Руси, «ели спаслись».

Было ещё собственное русское посольство в Самарканд. С «заявлением о принятии в ислам».

В 981 году — поход против поляков, 982 — против ятвягов. Это пограничные районы зоны влияния Криве-Кривайто. Но в 985 Владимир идёт на Волжскую Булгарию. Какой-то странный поход. Конечно, победоносный. Но: «эти — в сапогах, поищем себе других данников». Похоже, русские не довели дело до полного разгрома. Был заключён какой-то мирный договор. Какой-то набор взаимных обязательств.

Булгария приняла ислам из Самарканда, выгнав посольство Багдадского Калифа. Результатом примирения Киева и Булгара стало русское посольство, сопровождаемое вчерашними противниками к их единоверцам в Хорезм? Помощь в организации посольства как элемент мирного соглашения?

Аль-Марвази пишет: «И когда они обратились в христианство, религия притупила их мечи, и вера закрыла им двери занятия, и вернулись они к трудной жизни и бедности, и сократились у них средства существования. Тогда захотели они стать мусульманами, чтобы позволен был им набег и священная война и возвращение к тому, что было ранее. Тогда послали они послов к правителю Хорезма, четырёх человек из приближённых их царя, потому что у них независимый царь и именуется их царь Владимир — подобно тому, как царь тюрков называется хакан […] И пришли послы их в Хорезм и сообщили послание их. И обрадовался Хорезмшах решению их обратиться в ислам, и послал к ним обучить их законам ислама. И обратились они в ислам».

Русские здесь следовали недавнему примеру волжских «серебряных» булгар.

Посольство Сусана-ар-Раси, молодого любовника Багдадского Калифа, мальчика для развлечений, сделавшего успешную карьеру при дворе и на ложе повелителя правоверных — провалилось. Этот исторический эпизод лежит в основе фильма «13-й воин». Только в реальной истории Антонио Бандераса там не было. Свита посла, набранная из таких же дворцовых прислужников и паркетных богословов — разбежалась «побоявшись въехать в эту страну». Кочевники, через земли которых шло посольство, долго спорили: или разрезать каждого из них пополам, дочиста ограбить или отдать их хазарам в обмен на пленных огузов. Посол, впервые в жизни выбравшийся из дворца, пребывал в панике. Ибн Фадлан, секретарь посольства, опытный чиновник и путешественник, довёл-таки караван до Булгара. И… полный провал. Есть этикет, есть слова и дела который должен делать именно посол.

Алмыш — правитель Волжской Булгарии, воин, чьё имя означает «Завоевавший», с сочувствием и пониманием относился к положению ибн Фадлана. Но принятие веры — дело государственное. Аргумент — «человек же хороший» — здесь не играет. В записках ибн Фадлана сквозит обида умного профессионала, пожилого человека, которому проходится подчиняться гонористому бестолковому сопляку, привыкшему добиваться успеха своей смазливостью и лестью.

Но в записках ибн Фадлана нет описания обратного похода. Просто не дошло до нас? Или дворцовый дипломат устыдился своей никчёмности в реальной жизни, и стал-таки «13-м воином»? Такие повороты в жизни случаются. А переписчикам не понравилась такая концовка?

Алмыш не мог принять веру от такого посла. Что-то типа Святославого отказа от крещения: «надо мною дружина смеяться будет». И булгары приняли хорезмийский вариант мусульманства.

Но приехавшие на Русь из Хорезма «учителя» наскочили на другой народ. И другого правителя. Который, конечно, хочет, «чтобы позволен был им набег и священная война». Но постороннего «генштаба» с чужеземными «комиссарами» над собой не потерпит.

«Народ обучился». Понял, что в этой системе и над муллой есть «громкоговоритель» — излагающий волю божью. Калиф Багдадский…

Калиф в это время ещё полноправный не только духовный, но и светский владыка. Тоже давит владетелей-единоверцев. И «словом аллаха», и силой оружия.

После гибели, в 13 веке, последнего багдадского калифа, в мусульманском мире многократно появлялись калифы-имамы. Иногда они создавали целые империи, как в Северной Африке. Совмещение духовной и светской власти в одном лице — вполне нормальная мусульманская традиция. Но для славян-язычников… вождь и шаман «в одном флаконе»? На Руси «такая шутка не пройдёт».