Чтение онлайн

Пока командиры спорили как выбивать стальной бронещит, Александр вычертил конструкт поглощения, напитал его и активировав подождал пока холод выморозит сталь до состояния стекла, и пистолетным выстрелом разнёс металл вдребезги.

— Ну, можно и так. — Командор Толстой усмехнулся. — Александр Леонидович. Поберегите силы, нам ещё много чего взламывать придётся, и не везде можно будет воспользоваться взрывчаткой.

В здании было грязно. В буквальном смысле. Лужи жидкости похожей на нефть, в которые превращался человек «съеденный» магической чумой, высыхали, и превращались в плотную несмываемую жирную грязь, которая уродливыми пятнами лежала везде. В холле, в коридорах и кабинетах. Одежда и пластик как ни странно тоже истлевала почти мгновенно и всё что оставалось, это металлические предметы. В основном пистолеты и револьверы.

Пара офицеров из ГРУ, как видно точно знали куда идти, потому что, не сворачивая, поднялись сначала на второй этаж, а оттуда по лифтовой шахте спустились в подвал, где и находился архив. Двери архива из толстой стали Александр со вторым приданным энергетиком командором — металлургом просто сделали металл непрочным как мел, и расковыряли сапёрными лопатками в мелкое крошево. Точнее сделал Алексей Николаевич, поскольку его специальностью была именно управление свойствами металлов, а Александр лишь подпитал его, потому что у Алексея Толстого, собственное восполнение было очень небыстрым.

Собственно, на этом их работа в этом месте и закончилась. Александр с Алексеем Николаевичем заняли один из командно-штабных БТРов, потихоньку пили вкуснейший китайский чай из огромного трёхлитрового термоса, и беседовали о литературе, пока солдаты споро грузили стальные ящики с документами в грузовики.

Американцы не препятствовали информационному мародёрству. Военные фактически взявшие власть в стране очень сильно недолюбливали ЦРУ, и это очень мягко сказано. Поэтому поняв, что русские не претендуют ни на землю, ни на золото и драгоценности которых в брошенных городах было более чем достаточно, даже помогли вывезти архивы разведки, не представляющие в их глазах ни малейшей ценности.

Зато военные сами очень любили золото, и за смешную цену продали несколько очень интересных заводов, включая заводы по производству двигателей, производство кузнечных прессов и так далее. Отдельно Александр выгрыз себе в хозяйство фабрику электронных элементов, и завод по производству высокочистого оптического стекла.

Мотаясь по Америке, влезая в перестрелки с мелкими и крупными бандами, Александр на самом деле отдыхал. Ему в московской жизни очень не хватало драйва и адреналина, которого здесь было хоть ложкой черпать, хоть половником.

Наиболее важной частью работы энергетиков оказалось вскрытие убежищ разных толстосумов о котором попросили военные. Генералы были уверены, что рано или поздно тараканы забившеся по щелям вылезут на свет, и потребуют поделиться властью. И если с губернатором Техаса, генерал Льюис смог легко договориться, то с людьми которые уничтожили страну даже просто общаться не хотелось.

Собственно, никто убежища штурмом не брал. Просто заваривали все входы и выходы, после чего ехали в новое место.

Больше всего возни доставил Бункер номер один — бункер президента США. Там было всего шесть выходов, которые пришлось разыскивать с помощью инженеров и специалистов по подземным коммуникациям. Но в итоге, справились, уничтожив попутно несколько банд мародёров.

Но пятнадцатого октября, получив вызов из ЦК, пришлось оставлять дела в США, и лететь обратно в Москву.

Пройдя дезинфекцию на аэродроме в Жуковском, он получил свою пропаренную и пахнущую какой-то химией форму, и вышел к воротам аэродрома.

Несмотря на средину осени, в Москве было почти по-летнему тепло и солнечно.

Его уже встречали Георгий с парнями, но поехал Александр не домой, а в парк Эрмитаж.

Ему просто хотелось побыть в окружении нормальных людей, увидеть мирную жизнь, и не зашуганных и пропылённых американских дам, а чистых и хорошеньких советских девушек. Так и шёл бездумно по аллеям сада, пока не повстречал совершенно седую старушку, в синем платье, и не по-стариковски элегантном пальто, которая тяжко двигалась, опираясь на палку.

— Что соколик, вернулся? — Спросила она, увидев Александра.

— Да, матушка. — Александр мгновенно поняв суть вопроса, остановился и низко поклонился женщине.

— По штабам не сидел, вижу. — Женщина усмехнулась, и размашисто перекрестила его. — Ну, беги. Девки тебя уж заждались.

— Успею, матушка. — Александр вгляделся в когда-то красивое лицо. — Почему не вернёте молодость? Это же можно.

— Не хочу. — Старуха вдруг улыбнулась, и словно свет брызнул из её глаз, смыв лет сорок. — Я к Ванечке своему хочу. Жить уж устала. Ваня вот как ты был. Молодой совсем. Красивый, аж девки на улице останавливались. Он остался с другими ранеными и санитарами прикрыть отход госпиталя… Так их и схоронили в одной могиле… А ты иди, старый мальчик. У тебя ещё много дел.

Александр отошёл всего метров двадцать и присел на скамейку. Ноги совершенно не держали. Он проводил взглядом женщину, медленно уходившую по аллее, и опустил глаза всё пытаясь пропихнуть через горло здоровенный комок.

— Привет, тебе плохо? — Раздался совсем рядом тоненький детский голос.

Александр поднял глаза и увидел маленькую девочку лет пяти, одетую в платье из коллекции Ладога, и лёгкое пальто, с широким воротником.

— Спасибо малышка. Уже легче. — Мечников благодарно кивнул, и оглянулся. — А где твои родители? Ты же не гуляешь по парку одна?

— Мама с тётей Олей, быстро не ходят. — Она вздохнула и тряхнула кудряшками. — А мне хочется бегать. А собаку мама не хочет и со мной не бегает. А ты что сидишь? Ты ранетый?

— Правильно говорить раненый. — Александр рассмеялся. — Нет, просто вдруг нехорошо стало. Но вот как ты подошла, мне уже сразу лучше.

— А ты заведи себе своих детей, и больше с ними ходи. Тогда тебе совсем лучше будет.

Александр рассмеялся.

— Я подумаю.